Русалии

Описание: Фольклор, культура, этнография, традиция

Яромар M
Аватара
Яромар M
Репутация: 925
Сообщения: 977
С нами: 3 года 5 месяцев
ВКонтакте

#1 Яромар » 25 апреля 2018, 10:14

"В календарной терминологии балкано- и восточнославянских традиций, а также в Карпатах известна большая группа хрононимов, производных от +rusal-/+rusalk-/+rusan-/+rus~, которая порождает в славянской народной культуре сложнейший комплекс мифологических поверий и рассказов, суеверий и запретов, обычаев и гаданий.
...
У истоков современной научной традиции изучения русальских обрядов, безусловно, стоял Фр. Миклошич (Miklosich 1864; 1876), убедительно доказавший, что основой славянского хрононима русалии стало название латинского поминального праздника rosalia, rosaria, воспринятое южными славянами и восточными романцами в греко-византийской огласовке .... Позже в силу целого комплекса причин произошла персонификация этого праздника, в результате чего мифологические системы славянских и восточнороманских традиций пополнились новыми персонажами, названия ко-
торых были идентичны названию древнего праздника/обряда/календарного периода или к нему восходили.
Добавим, что, вероятно, одновременно имело место и изменение (точнее, раздвоение, разделение) значения термина русалии. Русалиями стали называть 1) календарный период, отождествляемый главным образом с троицкой неделей; 2) обходной обряд с элементами экстатического поведения (по типу более поздних балканских русальцев или калушаров, которые на святках или во время духовских праздников совершают обходы и среди прочего исполняют специфические танцы возле больных).
Для древнерусских поучений и «слов» против язычества календарный и мифологический аспекты русалий, как кажется, оказались нерелевантными. Предметом осуждения и поношения в них стали русалии как языческий обряд (святочный или купальский, ср. выражение Русалии об Ивановом дне), включавший в себя бесчинно-оргиастические действия (об аналогиях между зимними и весенне-летними русалиями см.: Чичеров 1957, 16—18).
..."
Т. А. Агапкина
Мифопоэтические основы славянского народного календаря. Весенне-летний цикл

Про зимние "святочные русалии" - любопытно.
правда побеждает

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#2 Яробор » 27 апреля 2018, 18:06

Мифопоэтические основы славянского народного календаря. Весенне-летний цикл
Хорошая книга :yes:
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яромар M
Аватара
Яромар M
Репутация: 925
Сообщения: 977
С нами: 3 года 5 месяцев
ВКонтакте

#3 Яромар » 2 мая 2018, 22:52

РУСАЛКИ-ВИЛЫ
(взято из паблика "Кудеса")

В отличие от общепринятого современного представления о том, что русалки — это девушки с рыбьими хвостами, древние славяне представляли их очень красивыми птице-девами (вилами) — девушками с длинными косами и крыльями. Согласно преданиям, они живут на краю света, а к людям прибывают лишь однажды в году — весною и в нужное время орошают дождем хлебородные нивы. Они выливают росу из рогов, и хлеба начинают колоситься. От русалок зависит плодородие нив.
Русалки заботятся также и об опылении цветущих хлебных колосьев: когда нивы сияют, то это их брачное торжество.
Птице-девы изображались на колтах в кокошниках и с нимбами.
Птичьи тела сирен покрывались многозначительным символическим орнаментом: в верхней части, ушей, это — ряды синих волн, означающих или водную стихию вообще или же, учитывая небесную область обитания крылатых дев, «хляби небесные», источник благодатных дождей. Ниже волнистых рядов на синем фоне показаны крохотные белые кружки, означающие, по всей вероятности, дождевые капли или капли «росного тумана». Одно крыло у каждой птице-девы приподнято, а другое, обращенное к зрителю, обязательно украшалось крупным «крином» — символом прорастающего растения, подобно «кринам» на крыльях грифонов.
Спойлер
Точно такой же «крин» помещен в особом кружке в центре колта между сиринами. Все это связывает композицию лицевой стороны в единое целое, подчиненное основной идее аграрно-магических представлений: орошению молодых растений. Растение показано в самой начальной стадии роста: это красноватое зерно с лопнувшей оболочкой другого цвета, напоминающее лилию-крин лишь своим общим контуром, но явно отличное от цветка. На некоторых нашивных бляшках с эмалевым рисунком сирины изображались сплошь покрытыми знаками ростков вместо оперения. Изображения сиринов-сирен ведут нас к очень важному разделу древнерусских языческих верований. В русском переводе XI в. греческой хроники Георгия Амартола античные сирены приравнены в специальной глоссе к славянским русалкам-вилам.
Античные сирены связаны с богиней плодородия Деметрой, славянским соответствием которой является Макошь. Сирены, соблазнявшие Одиссея и его спутников, изображались в чернофигурной вазовой живописи как огромные птицы с девичьими головами, летающие над кораблем. Образ птице-дев возник задолго до Гомера. В крито-микенской культуре известны статуэтки крылатых женщин, а в Центральной Европе в бронзовом веке существовали своеобразные погребальные урны в виде грубоватых женских фигур с крыльями и штриховкой, воспроизводящей оперение (Баденская культура). В этой связи представляет особый интерес мнение А. Н. Веселовского о родстве славянского образа вил-русалок с римскими виолами-манами, в честь которых устраивались весенние праздники: «В виле я вижу сложный образ, в котором римская Viola слилась с древним вела — вила».
Сиренообразные урны бытовали в той части Европы (Средний Дунай), где обитали италийские племена до их расселения на Апеннинском полуострове. Праславяне были соседями этих племен. Это придает особую ценность соображениям Веселовского.
Обильный материал о вилах содержится в сербском фольклоре. Вилы — красивые крылатые девы, живущие обычно вдалеке от людей у воды («Вилина вода», «Вилин извор»), на горах, на облаках. Они могут превращаться в лебедя, в сокола, в волка и в змею. Вилы приносят людям счастье. Рождаются вилы от трав или от росы (отсюда, очевидно, и русалки?). Вилы излечивают болезни, предсказывают судьбу. По народным преданиям, существуют «вилины горы», на которых у бесчисленных родников растут чудесные деревья с серебряными стволами и золотыми листьями. Вильской травой считался ковыль. В Дубровнике на карнавалах главными персонажами были «вила» и «Турица». В отличие от болгарских и русских обрядов и представлений, где вилы-русалки (у болгар: «вилы», «самовилы», «дивы-самовилы») прочно входят в систему аграрных культов, у сербов эта связь прослеживается лишь опосредованно.
В русских средневековых источниках есть слово «русалии», но нет «русалок»; это слово соответственно заменено словом «вилы», а в этнографических материалах, наоборот, широко известны русалки и нет вил.
Иногда указывается количество вил — «30 сестрениць» (реже — 4 или 9).
Русалкам-вилам в жертву приносили птицу, что подчеркивает важность птичьего элемента в культе этих птице-дев.
Поразительным совпадением с фольклорными данными, говорящими о том, что вилы поливают нивы из рогов, являются изображения на обратной стороне золотых колтов.
На лицевой стороне изображаются две сирены-вилы со знаками ростка на крыле и символами воды, росы (волны и капли) на груди. Между вилами обязателен небольшой кружок с одним символическим ростком. Символика ростков и воды нарочито подчеркнута в изображении этих птице-дев. На оборотной стороне в центре помещен круг, внутри которого крупная четырехчастная композиция с ростками, обращенными или вовне или же внутрь, к центру, что как бы призывало благодать природы на единственное семя, расположенное в центре композиции. По сторонам круга, отдельно от него, располагались два рога, обращенные устьями вверх; иногда даже старались особым полукругом показать объемность устья. В самом низу колта, так сказать, «у земли» показано в маленьком треугольнике еще одно маленькое зернышко, городки с точками семян внутри или плеть прорастающего хмеля. Фон обычно синий. Рога с городками, расположенными по принципу «волчьего зуба», образуют по всему рогу широкую волнистую линию синего цвета, которую естественнее всего связывать с символикой небесной воды (роса, дождь), для которой и предназначены рога-ритоны, служащие вилам для полива полей.
Перун, Хорс и другие вышеупомянутые боги были, так сказать, божествами высшего порядка. Но кроме них наши предки признавали и чтили еще божества меньшие: русалок, водяного, лешего, домового. Перун, Даждьбог, Стрибог — были боги солнечного тепла, грозовой тучи, ветра. В силу своего могущества и отдаленности от человека, эти высшие божества носили более отвлеченный характер и наделялись в некоторой мере духовным началом. Русалки же, домовой и леший носят вполне антропоморфический характер; эти существа вполне материальные по своей организации, близки к человеку, только природа у них иная, не человеческая: русалки, например, живут в воде, в которой человек жить не может. Следовательно, по сравнению с человеком, живущим только на земле, человекообразные русалки, живущие и на земле и в воде, существа высшего порядка; хотя леший и домовой обитатели земли, но их жизнь — загадка для людей, следовательно, они существа иной категории. Впрочем, этот таинственный и, по-видимому, более совершенный мир не привлекает к себе внимания людей живых: жить на земле и веселей и приятней. Русалки и леший завидуют живым людям. Причины этому будут указаны ниже.
Верование в русалок распространено повсеместно в России. По современным верованиям, русалки — это души младенцев, умерших без крещения, или же добровольные утопленницы; русалкой может стать и всякая девушка, если будет купаться без креста, — ее может утащить водяной. Из этого видно, что вера в русалок возникла в дохристианскую эпоху.
Теперь, по народным верованиям, русалки считаются некрещеными; а когда все были некрещенными, то, следовательно, все девушки после смерти обращались в русалок. Народ представляет русалок в виде прекрасных, вечно юных девушек; они полны обаяния, и только зеленые глаза и зеленые волосы доказывают, что это особые существа. Лица русалок бледны и носят отпечаток загадочной грусти. Русалки живут обществами в воде: в озерах, речных омутах, источниках. В Новгород-Северском уезде есть две криницы-колодца, на срубах которых каждый год на зеленой неделе на рассвете сидят две прекрасные девушки и расчесывают гребнем волосы. Народ называет этих девушек криницами и русалками. Живут ли русалки в самых криницах, или же в уединенных болотистых и поросших густым кустарником местах, где обыкновенно бывают криницы, народ не дает ответа. Полагаем, что криницы. — те же русалки, но обитающие в источниках. Есть мнение, что криницы — не русалки, а богини плодородия. Этот взгляд не считаем обоснованным. Известно, что русалки живут еще в лесах; есть и горные русалки. Всю зиму русалки спят в омутах непробудным сном. Но когда весеннее солнце растопит лед, прилетят птицы, расцветут цветы, тогда и русалки пробуждаются. Вода вообще считается дорогой в царство мертвых, а следовательно, и обратно. До Троицына дня русалки живут в воде, и только ночами они выходят на берег погреться и понежиться в лучах месяца. Резвой толпой водят они хороводы на берегах рек или же, усевшись на берегу, расчесывают свои роскошные волосы, которые служат им вместо одежды. До Троицына дня купаться не следует; русалки утащат; особенно же не следует купаться на Троицу. Семик (четверг седьмой недели после Пасхи) в некоторых местах России называется «Русалка». Семицкую неделю называют «зеленой», «клечальной», а три последние ее дня и три первые дня Троицкой недели называются «зелеными святками». Как известно, в семик девушки ходят в лес петь песни, завивать венки, по которым потом гадают. В семик же бывают поминки покойников. Вообще семик — праздник русалок и мертвых. В семик теперь главным образом поминают умерших насильственною смертью, умерших без церковного покаяния и некрещеных детей, которым предварительно дают христианские имена.
Поминовение некрещеных детей следует сопоставить с обычаем: «крестить кукушек»: на ветку, на которой помещают чучело кукушки или на само чучело вешают шейный крестик; иногда чучело заменяется травою, называемой кукушкой. Вероятно, этот обряд связан с верованием, что душа по смерти принимает различные образы. Верить, что душа некрещеного младенца в течение семи лет, до обращения в русалку, летает по воздуху и жалобно просит окрестить ее. Если кто произнесет формулу крещения, душа возносится на небо, как бы приняв крещение. Полагаем, что семицкие празднества доисторического, языческого происхождения
Но еще и до Петрова дня русалки продолжают выходить на берег. В понедельник Петрова поста в некоторых местах бывают игрища — проводы русалки: соломенную куклу разрывают в игре. Такой обряд по местам проделывается на зеленой неделе. Летом можно видеть русалку только на берегу реки и при исключительных каких-либо обстоятельствах.
Русалки, по народным воззрениям, скорее враждебные, чем безразличные для человека существа: они могут защекотать или утопить человека, путать рыбакам сети, ломают плотины и мосты, заночевавшим на воде гусям завертывают крылья и проч.
Корень и происхождение слова русалка определить затруднительно. У нас есть слово «русый», «русло», «Руса». В санскрите «rasa» — жидкость, влага, вода; в кельтск. «rus», «ros» — озеро, пруд; в лат. «ros» — роса. Теперь русалку производят от слова русалии.
Этот взгляд обстоятельно объяснен академиком Веселовским, по мнению которого «римский праздник весенних поминок» — dies rosae rosalia — сохранился в христианском переживании под названием русалий. Там, где удержались русалии, они приурочиваются к Духову и Троицыным дням, когда, по греческому поверью, душам умерших дозволяется возвращаться на землю. В России неделя Святых Отцов и следующая за нею Пятидесятница назывались — русальною, зеленую, клечальною или семицкою. Семик, четверг на седьмой неделе по Пасхе, в Вологодской губернии называется русалкой; в Малороссии — носит название русалочий или мавский велик день. Особенность семика — поминовение умерших простирается и на другие дни, предшествующие и последующие за семиком: умерших поминают во вторник и в субботу. «Анализ русских суеверий приводит к заключению, — говорит академик Веселовский, — что весенние русалии, главным образом, поминальный обряд». Веселовский указал, что справляемые в январе в Южной Македонии русалии сопровождаются играми воинственного характера. Эти воинственные игры должны считаться древней тризной. Тризна — это погребальное состязание, погребальные игры. Известно, что были зимние и весенние русалии. В Эпире русалии справлялись в мае; участники веселились различным образом, потом разделялись на два отряда и изображали примерную борьбу христиан с османами, которая была заменой старой борьбы между летом и зимой, как полагал Веселовский. И зимние и весенние русалии совершались в честь мертвых. Таким образом, русалки — это умершие, что совершенно согласуется с нашими народными верованиями. Интересны русалии, справляемые в албанских колониях Апулии в первые три дня Пасхи. Главная роль в этих русалиях принадлежит парням, одетым в военный костюм: участники поют военные песни и пляшут. К ним присоединяются ряженые с вымазанными мелом, мукой или сажей лицами, одетые в козьи шкуры, с погремушками у пояса и проч. Эти русалии весьма важны: не переставая быть культом умерших (военные песни — остаток тризны), они переходят в культ природы, что видно из переряживания, обозначавшего обновление природы весной.
Итак, в древности на Руси кланялись рекам, источникам, берегиням и деревьям и приносили им жертву. Афанасьев сообщает, что в народе было принято от болезней купаться в реках, прудах или источниках и оставлять на прибрежных кустах и деревьях полотенца и сорочки. Замечательно, что такие же требокладения совершались и в честь русалок: крестьяне вешали в дар русалкам холсты и нитки. В Малороссии было в обычае во время русальной недели на деревьях вешать холсты, полотенца, сорочки и мотки ниток в дар русалкам. В Белоруссии рассказывают, что на Троицкой неделе по лесам ходят голые женщины и дети (русалки), и всякий встретивший их должен, во избежание преждевременной смерти, бросить им платок или лоскуток от. своей одежды. Таким образом, культ русалок объединился с культом природы.
В прежние времена покойника клали в воду и пускали по воде; памятником такого способа погребения служит слово «навь», «навье» — мертвец, того же корня лат. «navis» — корабль. Старинные гробы имели форму лодки. Пропавшие из дома некрещеные дети обращаются, по народным повериям, девочки — в русалок, а мальчики — в леших. Могла быть и другая причина, в силу которой лес считался обиталищем умерших. У скифов был, между прочим, такой способ погребения: мертвое тело вешали на дереве в честь божества неба. Мы не думаем отождествлять скифов со славянами, но, принимая Скифию в этнографическом смысле, допускаем, что среди населения Скифии могли быть и славяне. Во всяком случае, нетрудно допустить взаимодействие между скифами и славянами.
По народным верованиям, умерший сохраняет за собою те же потребности, какие он имел при жизни. Вот почему в могилу или на костер с умершим клали пищу, коня, жену и т. д. Покойники нуждаются в пище, питье и даже бане. В честь умершего совершается поминальная трапеза, на которой, как верят, невидимо присутствует сам покойник. По русскому обычаю такая трапеза обильно уснащается крепкими напитками, так что, помянув душу умершего, участники встают из-за стола далеко не в скорбном настроении: вино веселит сердце человека. А веселый человек не прочь попеть и поплясать. Слово «тризна», первоначально означавшее «погребальное состязание, погребальные игры», употребляется также и в значении попойки.
Была и другая причина, более глубокая, в силу которой праздники в честь умерших сопровождались песнями и плясками. Поворот солнца с зимы на лето («генварские русалки») и весенний расцвет природы наводили нашего предка на мысль о воскресении, о возврате от зимы к лету, от холода к теплу, от смерти к жизни. Восточные славяне верили, что покойники на зиму улетают в рай, а весной воскресают. На рождественских святках и весной совершались главные праздники в честь умерших. В это время скорбь о близких умерших смешивалась с радостным убеждением, что возвратятся, хотя и временно, дорогие умершие вместе с расцветающею и воскресающею природою. Такие чувства требовали обнаружения и проявлялись вовне песнями и плясками. Мы знаем, что в древности, например в Греции, в честь умерших совершались игры, примерные сражения. Этот обычай частью сохранился у нас в христианскую пору, как видно из жития Константина Муромского. Серьезное пение и религиозные действия к концу празднества после трапезы естественно принимали более веселый характер. С течением времени элемент веселья мог получить преобладающее значение. Остатком такого обычая являются наши ряжения на рождественских праздниках.

Автор: О.Берег
Изображение
правда побеждает

Яромар M
Аватара
Яромар M
Репутация: 925
Сообщения: 977
С нами: 3 года 5 месяцев
ВКонтакте

#4 Яромар » 13 мая 2018, 10:50

ПРОИСХОЖДЕНИЕ И ВНЕШНИЙ ОБЛИК СИБИРСКОЙ РУСАЛКИ

Западно-сибирский материал представляет собой довольно разнообразную, пеструю картину народных верований о русалках, в том числе об их происхождении и внешности (о представлениях восточных славян о русалках подробнее см.: [Зеленин, 1995, с. 141-295; Померанцева, 1975, с. 17-21; Виноградова, 1986, с. 88-133; Виноградова, Толстая, 1990, с. 99-118; Агапкина, 2002, с. 340-372; и др.]). В Западной Сибири, как и в Европейской России, происхождение русалок, часто связывали с преждевременной смертью молодых девушек, умерших до замужества, в большинстве случаев — с утопленницами. Поэтому в описании информантами облика русалки практически всегда проглядывали черты покойника — демонические и пугающие (рис. 1). В совокупном описании внешности русалки можно выделить следующие характерные признаки, наиболее часто упоминаемые информантами: неестественная (для живого человека) бледность, синеватый или зеленоватый цвет кожи, распущенные длинные волосы (зеленые, светлые, рыжие, русые, золотистые, черные), страшный взгляд, свечение глаз, длинные острые ногти или когти как у животного, длинные (иногда способные растягиваться) руки, белая одежда, напоминающая саван. Появление русалки, как и покойника, могло сопровождаться ощущением холода, озноба, чувства «жуткого» страха. Русалок боялись, они как покойники. Говорят, в них утопленницы превращаются, кто свою жизнь покончил, а ведь это большой грех, вот и нет им покоя на том свете. Шастают по ночам, людей пугают, могут и до смерти загрызть (ПМА: Омская обл., Тарский р-н, д. Гриневичи, 2005). Русалку видели. Вся в белое одета, сидит на камне у воды и волосы чешет, гребнем расчесывает. Повернулась, а лицо
белое как мука и взгляд такой страшный. А вокруг как будто свечение идет, какое-то зеленое. Глянула на нас и бултых в воду. Нас как будто холодом изнутри обдало, домой скорей побежали (ПМА: Алтайский край, Первомайский р-н, с. Березовка, 2009). У нас тут один рассказывал, за ним русалка гналась от самого озера. Пошел ночью рыбачить, а она из воды выходит, страшная, вся голая, волосища длинные и глаза горят. Он побежал, она за ним, до самого дома. Говорит, не бежала, а неслась скачками, будто прыгала. Он забежал в ворота, закрылся, а она через ограду к нему руки тянет, такие длинные, прямо как змеи вытягиваются, за мужиком ползут. Когти на руках как ножи острые. Успел в дом забежать, молитву до утра читал, потом весь дом освящали (ПМА: Новосибирская обл., Здвинский р-н, с. Верх-Урюм, 2002).

Вместе с тем на основе полевых материалов у разных этнографических групп можно выделить различные черты облика русалки, нередко противоположные. Они могли быть как привлекательными, так и безобразными. Такое различие, вероятно, было связано с происхождением информантов и обычно соответствовало традиционным представлениям тех мест, откуда переселились в Сибирь их предки (подробнее см.: [Виноградова, Толстая, 1994, с. 22; Фурсова, 2007, с. 126-128]). Некрасивыми и уродливыми, косматыми, с большими обвислыми грудями, порой чудовищами-людоедами, русалки представлялись потомкам переселенцев с Русского Севера, из Поволжья, Приуралья, некоторых центральных областей России, Белоруссии. Русалки — то нечистая сила. Ходят грязные, косматые. Зубы у них острые, так и клацают, а глаза как угли горят, страшно. Раньше детей русалками пугали, чтоб на речку не шли (ПМА: Новосибирская обл., Болотнинский р-н, д. Баратаевка, 2013). Россомага в огороде меж гряд сидит. Она-то и есть самая русалка. Она зверь страшной, лохматый. Полуженщина, полузверь. Детям одним нельзя в огород ходить. Утащщит в омут и съест (ПМА: Новосибирская обл., Здвинский р-н, с. Лянино, 2002). Потомки южнорусских и украинских переселенцев, напротив, представляли русалок молодыми красивыми девушками, трагически погибшими (утопившимися) из-за несчастной любви или жестокости мачехи. Жила у нас в селе одна ведьма, воспитывала падчерицу. Хотела, чтобы та тоже сильно умной стала (научилась колдовать — пояснение информанта), посылала ее в купальскую ночь искать цвет папоротника. Но девочка не хотела ночью в лес идти, пошла и в реке утопилась. Говорят, ее потом русалкой на том месте часто видали (ПМА: Новосибирская обл., Мошковский р-н, д. Глядень, 2000). В селах сибирских украинцев были записаны истории, напоминающие по сюжету «Майскую ночь» Н.В. Гоголя, но повествующие о событиях, якобы происходивших в данной местности и претендующие на достоверность (ПМА: Новосибирская обл.: Карасукский, Краснозерский, Здвинский, Мошковский р-ны; Омская обл.: Калачинский, Нижнеомский р-ны).

Спойлер
Русалками могли стать дети, проклятые родителями, а также «обещанные» или «подаренные» нечистой силе. В речке у нас, в Ине, жили русалки. Мама рассказывала, раньше жил в нашем селе мужик, была у него жена беременная. Вот пошел он как-то рыбачить. Сидит он в лодке, рыбу удит, а нечистая сила стала лодку качать, переворачивать. Он говорит: отпустите! А они: подари, чего дома у себя не знаешь. Мужик подумал, что он дома все знает, да и согласился. Пришел домой, а жена у него девочку родила. Черти его все донимали, чтобы он ее им отдал, раз обещал. Мужик тот дочку не отдал. Сам перестал рыбачить, ей к реке подходить запретил. Исполнилось девочке десять лет, она пошла на речку и утопилась. Все говорили, что раз подарил ее отец нечистой силе, то все равно бы ей не жить (ПМА: Новосибирская обл., Мошковский р-н, д. Глядень, 2000).

Сибирские старожилы (потомки русских переселенцев конца XVII — XVIII в.) утратили значительную часть традиционных верований, связанных с русалками. «Убежденность значительной части старожилов в невозможности обитания русалок в Сибири основана на рассуждениях о морозных зимах, во время которых реки покрыты льдом. В тех местностях, где фиксируются русалки, они представлялись лохматыми и косматыми из-за необходимости утепляться в суровых климатических условиях, где невозможно существовать голым, что их объединяет с севернорусскими традициями» [Фурсова, 2007, с. 128]. Согласно нашим полевым материалам, с одной стороны, вопросы о русалках вызывали ассоциации с образами, известными по произведениям литературы, искусства или СМИ. С другой стороны, у сибирских старожилов русалка наделялась характеристиками ведьмы-оборотня. В ряде районов Западной Сибири были записаны былички о встречах с русалками, которые превращались в животных (лошадь, жеребенка, теленка, собаку, свинью), птиц (курицу, утку, кукушку, ворону) или предметы растительного происхождения (стог сена).

Одним из признаков, определяющим вторичную сакрализацию образа русалки, который «возвращается» в сюжеты устного народного творчества из художественной литературы, может быть наличие рыбьего хвоста у данного персонажа. Необходимо подчеркнуть, что хвост не фигурировал в описаниях русалок информантами старшего поколения, относившимися к этнографическим группам русских «новоселов» (потомков переселенцев рубежа Х!Х-ХХ в.), сибирских украинцев и белорусов.

У сибирских украинцев была записана псевдобиблейская легенда о происхождении руса-лок-фараонок в оригинальной интерпретации. Бабушка нам рассказывала. Раньше, совсем давно было. В какой-то стране издевались над христианами. Заставляли их босыми ногами глину месить. А туда, в глину, набьют стекла. А они босиком месили эту глину вместе с кровью. Бог пожалел их. Ладно, говорит, послал там одного от себя. Скажи, говорит, этим людям, что их через море надо перевезти. — А как же, Господи, я их переведу? Тут же море вон какое! А он (Господь-то) говорит: ты пойди, возьми палку длинную, вдарь по морю, так вода расступится. Значит, вы идите по дну морскому. Только скажи этим людям — пусть не оглядываются. Если кто оглянется — там и останется. Ладно, шли они, шли, половину пути уже прошли. Некоторым охота было оглянуться. Как так: идем по дороге, а где же вода? И вот половина народу уже перешли, а половина — как оглянулись, так и остались там, в море. Вот и стали они русалками, которые там остались. И женщины, и мужчины — все, которые оглянулись (ПМА: Новосибирская обл., Здвинский р-н, с. Хапово, 2002). Примечательно, что Дарья Ивановна Стрельцова (1913 г.р., д.ф. Кононенко), которая рассказала эту легенду, отрицала наличие хвоста у русалок.

В то же время представления о русалках-фараонках были известны жителям Русского Севера и Северо-Запада и, кроме апокрифических сказаний, «фараонов» (полулюдей-полурыб) можно было встретить в произведениях народного изобразительного искусства: их изображения украшали оконные наличники домов, называли их фараонами или берегинями [Померанцева, 1975, с. 16-21; Власова, 1998, с. 508-511]; в западных областях России известны мифологические воззрения о сиренах, отличающихся от русалок рыбьим хвостом [Черепанова, 1983, с. 35]. Таким образом, присутствие хвоста в описании русалки могло быть связано как с художественно-литературным влиянием, давшим толчок для вторичной сакрализации образа данного персонажа, так и с севернорусскими традициями. Однако в Сибири традиция изображения берегинь-фараонов не прижилась, как и легенда о «потонувшем фараоновом войске» не получила широкого распространения, поэтому более убедительной (хотя не абсолютной) я считаю свою гипотезу о том, что наличие рыбьего хвоста в описаниях русалок сибирскими старожилами может быть своеобразным маркером вторичной сакрализации их образов.

Локализация и время появления русалок: региональные различия

Исследователи славянских народных верований неоднократно ставили задачу определить принадлежность русалок к земной или водной стихиям, которая не имела однозначного ответа [Зеленин, 1995, с. 141-295; Гринкова, 1947, с. 88-133; Померанцева, 1975, с. 16-21; Виноградова, 1986, с. с. 88-133; Дынин, 1994, с. 111-119; и др.]. На Русском Севере «образ русалки раскололся на ряд отдельных персонажей, чаще всего по месту обитания русалок — в воде и на суше. Лесные девки, красны девки <...>, с одной стороны, водяная женщина, водяница — с другой,— модификации одного персонажа.» [Черепанова, 1983, с. 35]. В центральных и южных областях России русалки могли одновременно считаться как водными, так и лесными или полевыми. Южнорусская русалка была связана с культом растений, плодородия, влаги, духом водоемов; В.Я. Пропп ее сравнивал с персонифицированной стихией природы [2000, с. 92-93]. В Западной Сибири представления о способности русалок влиять на природу и плодородие сохранились рудиментарно — в обрядах весенне-летнего периода (подробнее см.: [Любимова, 2004, с. 186-190; Фурсова, 2003, с. 5-17, 33-56; и др.]). В сюжетах несказочной устной прозы русалка чаще всего связана с водоемами. Наиболее распространенный мотив таких сюжетов — сидящая на камне у воды русалка, расчесывающая волосы. По рассказам сибирских украинцев и белорусов, русалку также можно встретить в лесу, поле, на огороде или в бане, но только в период ее особой активизации — в русальскую неделю. Заглянула в четверг в баню, а там русалка сидит, вся косматая. Глазища на меня выпучила, я дверь закрыла и бежать, не оглядываясь (ПМА: Новосибирская обл., Краснозерский р-н, с. Светлое, 2004).

Время активизации русалок — русальская (русалья) неделя — обычно неделя накануне Троицы, однако в некоторых местах этот период считается после дня Пятидесятницы. Русалки также активны в ночь на Ивана Купалу (7 июля) или накануне (на Аграфену Купальницу), в это время молодежь собиралась на гулянья — на полянах, лугах, обычно около водоемов: водили хороводы, прыгали через костер; женщины собирали травы и утреннюю росу — для использования в народной магии и медицине. Купальские гулянья проводятся в наши дни как фольклорные праздники, инсценировки (рис. 2). Девушки приносили русалкам жертвы — оставляли на березах ленты, бусы, отрезы ткани («русалке на рубашку»); пускали по воде венки (рис. 3, 4), по которым также гадали о своей судьбе.

Некоторые локальные особенности представлений о русалках могли быть связаны с местностью: природно-географические факторы и особенности ландшафта косвенно повлияли на присутствие русалок и варианты развития их образов. Например, в местности, окруженной болотами, считали, что русалки заманивают людей в непроходимые топи, что коррелируется с традиционными представлениями белорусов о «болотных злыднях». Русалки на болотах сидят, нельзя туда ходить вечером. По грибы или за клюквой всегда ходим с утра пораньше, чтобы вернуться засветло. Как только стемнеет, русалки из болота вылезают, могут схватить и в трясину утянуть (ПМА: Омская обл., Тарский р-н, с. Васисс, 2005). Близость реки или озера с омутами, сильным течением могла стимулировать возникновение историй о водных духах, обитающих в этом водоеме, особенно, если там кто-нибудь утонул. Там в речке тракторист утонул, люди говорили, будто на том месте русалку видели. Теперь там не купаются, а раньше ничего, все спокойно было, пока не было утопленника (ПМА: Новосибирская обл., Искитимский р-н, с. Нижний Коен, 2001). Одна девушка утопилась в озере и превратилась в русалку. Теперь в этом озере живет, ночами на берег выходит, сидит у воды, многие ее видели (ПМА: Новосибирская обл., Карасукский р-н, д. Кукарка, 2004). То есть, возникновение быличек о русалках могло быть ситуативным.
По материалам О.В.Голубковой
РУСАЛКА В НАРОДНЫХ ВЕРОВАНИЯХ ВОСТОЧНЫХ СЛАВЯН ЗАПАДНОЙ СИБИРИ (ПЕРСПЕКТИВЫ КАРТОГРАФИРОВАНИЯ ЛОКАЛЬНЫХ АСПЕКТОВ ОБРАЗА)
Спойлер
при переходе по ссылке откроется пдф-файл полной статьи
https://vk.com/doc42129786_465208859?hash=e51593329a37a455f8&dl=2aac75f1e7bd8a3528
правда побеждает

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#5 Яробор » 24 мая 2018, 16:23

С именем Клепальной субботы в понятиях нашего народа соединяется старое верование в русалок. В этот день суеверные поселяне думают, что русалки бегают по ржи, бьют в ладоши и распевают: «Бух, бух! Соломенный дух! Меня мати породила, некрещену положила».

Жители села Горохово Воронежской губернии на берегу озера, соединяющегося с Доном, устраивали на лугу особенный шалаш, убирали его цветами и венками, в середине ставили соломенное чучело. Это чучело сначала наряжали в женское платье, а потом — в мужское. В шалаше пред ним ставили приносимое кушанье, вино и лакомства. Вокруг шалаша одни поселяне разыгрывали хороводы, молодые плясали, иные в кружках пели песни, другие вели борьбу. После всего начиналось пирование. Поселяне угощали друг друга кушаньем, вином и лакомствами. В заключение всего раздевали чучело и бросали его со смехом в озеро.

В Саввине, городке Чистопольского уезда, утром на ржаных и яровых полях бывает молебствие при стечении многочисленного народа. Вечером поселяне на своих полях разыгрывают хороводы, поют песни и пляшут почти до рассвета.

В селениях Ефремовского, Епифанского и Новосильского уездов, особенно по берегам реки Красивой Мечи, бывают проводы русалок. С вечера поселяне начинают собираться на полянах и поют песни. Когда же наступит ночь, то они бегают по полянам с помелами, машут ими по воздуху и кричат: «Догоняй, догоняй!» Некоторые из отчаянных, которых в деревнях очень немного, рассказывают за правду, что они видели, как русалки отбегали от их селения за лес с плачем и воплем. После чего, на рассвете, купаются в реке. Народ наш твердо уверен, что на русальной неделе опасно купаться в реках; тогда будто купаются там русалки и всякого неосторожного защекочивают до смерти. С изгнанием русалок эта опасность прекращается.

По берегам Оки, рассказывают поселяне, в старину бывало особенное народное сборище для усмирения водяного дедушки. Встревоженный и огорченный появлением русалок, он в полночь начинал поднимать воду из берегов так высоко, как будто бы гора вырастала из воды. Суеверные поселяне раскладывали по берегам костры и пели песни. Водяной, услышав народные песни, смирялся, и вода входила опять в свои берега. Там же, где не предпринимали таких мер, всегда случались несчастья. Это горе постигало более всего рыбаков.

И. Кузнецов. Предания русского народа
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яромар M
Аватара
Яромар M
Репутация: 925
Сообщения: 977
С нами: 3 года 5 месяцев
ВКонтакте

#6 Яромар » 25 мая 2018, 14:41

Поверья русальной недели
Народ считал, что если не соблюдать все традиции и игнорировать их, то таких людей непременно ждет некое наказание от русалок. Считалось, что у тех, кто не следовал им, обязательно должны были случаться несчастия. Например, у таких людей, не было урожая, рождались уродливые дети и другие не менее страшные последствия.

Также традиции гласили о том, что дни русальной недели (не все, а некоторые) носили определенные названия, в зависимости от обрядов и действий. Ниже приведены примеры.

Вторник назывался именем задушных поминок. Означало, что в этот день люди начинали призывать русалок.
Среду назвали буреломной. В этот день всячески запрещалось белить холсты и в случае не соблюдения этого правила, ждала человека страшная буря. Был и такой день, когда для русалок организовывали праздник. Это было воскресенье (крапивное или русальное заговенье).
Воскресенье, то есть конец Русальной недели считался днем, когда русалки оставляли людей и в честь этого они прощались с ними на целый год. Прощание с русалками носило ритуальный характер.

Добавлено спустя 1 минуту 33 секунды:
Яробор писал(а):С именем Клепальной субботы в понятиях нашего народа...
кстати порылся в сети на тему и очень мало что нашёл, практически ничего... Упоминание есть, а что к чему... :think:
правда побеждает


Вернуться в «Славянская традиция»

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 1 гость