Славянский бестиарий

Описание: Ответы на часто задаваемые вопросы

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#1 Яробор » 17 сентября 2015, 14:12

Здравия други! Решил начать потихоньку заполнять данный раздел и предлагаю всем желающим присоединиться! Напоминаю, что к публикации принимаются только исторически/этнографически/фольклорно достоверные материалы, выдумки о кРАкАдилах и РАкообразных будут удаляться.
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#2 Яробор » 17 сентября 2015, 14:12

Вещица

Повелось как-то, что у крестьянина стали один за другим болеть дети. Он уже замучился знахарок да знахарей к себе зазывать! «Все помрут, — говорят те, — потому что завидует тебе вещица и смотрит на твоих детей завидущим оком!»

Что за вещица такая?! Неведомо. Никто ничего хозяину не ответил, поскольку все это знахарское племя друг за дружку горой стоит.

Стал хозяин голову ломать: кто ему может завидовать? Не иначе, какая-нибудь бездетная баба... И вспомнил: как раз перед тем, как заболеть сыну, приходила вдова-соседка, красивая черноглазая молодка, а после того ночью на двор забегала чужая черная курица и громко там кудахтала.

Поговорил хозяин с женой — и та припомнила несколько случаев, когда черная курица кудахтала, а потом заболел кто-то из детей.

Уже один у них остался здоровый ребенок — меньшая дочка, и положили хозяева себе непременно укараулить вещицу и спасти детей. Сели ночью стеречь: мать у постели дочкиной, отец на дворе. И вот ровно в полночь раскудахталась курица, да так, что не унять. Хозяин не растерялся и быстренько накрыл ее загодя приготовленным корытом.

— Вот погоди, настанет утро, придет тебе край! — пригрозил мужик, и в это самое мгновение маленький беленький мотылек выпорхнул в щелочку там, где корыто неплотно прилегало к земле, и полетел было в дом. Хозяин за ним, ловить, но где там! Однако тут не растерялась его жена. Схватила свечу и поднесла к мотыльку, опалила ему крылышки. Забился тот, затрепыхался и упал на пол. Только ударился оземь, хозяева глядь — а перед ними бьется та самая соседка, только волосы у нее опалены и руки все в ожогах.

— Ох, смилуйтесь, добрые люди! — начала она причитать. — Никогда я больше не погляжу на ваших детушек недобрым оком, никому больше вредить не стану!

Крепко вздул ее хозяин — уползла вещица едва живая. Но дети его наутро выздоровели и больше никаких бед в той деревне не случалось. Ведь если вещица даст слово больше не колдовать, все ее чародейные свойства избываются бесследно.

А при встрече с этим мужиком вещица так низко кланялась, что дивно было, как у нее спина не переламывалась!



Вещица — та же ведьма или колдунья, но она не запродала душу дьяволу уже в зрелые годы, а такой родилась. Свойства обычной женщины и демоницы она совмещает в себе с самого рождения, а потому только и может, что вредить людям.

Говорят, обычно вещица выглядит страшной злой старухой, но может быть и молодой. У нее, как и у ведьмы, есть незаметный хвостик или крылья. Вещица могла принимать облик ночной бабочки, мотылька, жабы, черной курицы, вороны и многих других существ.

Чаще всего превращается вещица в сороку. До сих пор можно слышать, как ворону или сороку называют вещицей, вещуньей. В старинных преданиях сохранились известия о том, что еще в XIV в. митрополит Алексий заклинал ведьм-сорок; при Иване Грозном жгли ведьм-волшебниц, две из них вылетели сороками в трубу, и сам царь пытался заклясть их. В сороку будто бы обратилась жена Лжедмитрия Марина Мнишек.

Обычно вещица оборачивается сорокой, перекинувшись в подполье через двенадцать ножей. Верхняя часть туловища вещицы становится сорочьим телом с крыльями и головой, а нижняя часть так и лежит в подполье, в темном углу, под старым корытом. Поэтому считается, что иногда вещицу можно поймать и обезвредить, накрыв ее корытом.

Когда вещица летит, в ночном небе движется чуть заметный синий огонечек — так ее можно отличить от обыкновенной сороки, которая, впрочем, ночью спит. Летают только вещицы.

Вещица, в каком бы образе она ни явилась: сороки, черной курицы или мотылька, — всегда будет вредить человеку, и прежде всего его детям. Особенно опасны вещицы беременным женщинам, у которых крадут из утробы детей, воспользовавшись отсутствием мужа. Поэтому женщины, когда мужья в отлучке, не иначе должны ложиться спать, как надев на себя что-нибудь из мужниных вещей, хотя бы опоясавшись его поясом. Это служит знаком, что они продолжают оставаться под покровительством главы семьи, а пояс преграждает — завязывает — доступ к ним чародейке.

Если женщина спит без оберега или без креста, да еще лежит навзничь, вещицы обязательно к ней прилетят. Женщина даже пошевельнуться не сможет, чтобы защитить себя. Вещицы вынимают из материнской утробы детей и тотчас съедают их, а вместо ребенка кладут краюшку хлеба, или голик, или кусок льда. Знающие люди говорят, что они поступают так не со зла, а просто потому, что ничего не могут поделать со своей демонической природой.

Вмешательством вещиц объясняются и те болезни, которыми страдает беременная женщина.

Образ вещицы как белой бабочки родствен с таким образом демонологии, как ворогуша. Это одна из дочерей проклятых Иродовых, лихорадок. Тот, кто нечаянно съедал бабочку-во-рогушу, заболевал, его начинало трясти как в лихорадке: точно так же как меленько трясет своими крылышками мотылек. При виде такого мотылечка лучше на всякий случай перекреститься и сказать: «Спаси меня бог от нее!»

Кроме того, если белая ночная бабочка сядет ночью на губы спящего, к утру они распухнут и покроются лихорадочными волдырями.

Представление о ворогуше или вещейке как о бабочке связано с тем, что бабочка — воплоЩение души умершего или покойника, который встает из могилы. А это — всегда враждебные живому человеку существа.

У наших родичей, южных славян, вещица зовется несколько иначе — вештица (русскому «ш» соответствует старославянское «шть»). Вештицей могла стать девочка, которую родители зачали в особенный, недобрый час (между полуночью и часом ночи или между полуднем и часом дня), или та, которая родилась на ущербе луны. Вештицей могла стать и женщина, потерявшая способность к деторождению, особенно пожилая. Она умела напускать мор, ссорить супругов и разлучать людей. Некоторые вештицы похищали месяц, сбрасывали его с неба и доили, будто корову. Кроме того, что вештицы пожирают младенцев, они еще умеют выедать сердца у живых людей. Веткой особого чародейного дерева дотронутся до груди спящего — грудь и разверзнется. Вещица съест сердце, а тело к утру срастется. Внешне эти люди остаются такими, как прежде, только очень скоро становятся добычей смерти: погибнут от удара молнии, под упавшим деревом и т.п.

Вещицы (вештицы), как и прочая нечистая сила, особенно опасны накануне дня св. Евдокии (1/14 марта), Юрьева дня (23 апреля/6 мая), Ивана Купалы (23 июня/7 июля), на Рождество (25 декабря/7 января), на Масленицу или Страстную пятницу (последняя пятница накануне Пасхи). Чтобы не дать им влететь в дом, следует на ночь воткнуть в двери и оконные рамы ножи, детям натирать пятки чесноком и вообще класть под подушку чеснок или нож, зачаровываться простейшими оберегами, например: «Тогда войдешь в наш дом, когда пересчитаешь все травы в поле, и листья в лесу, и песок на море, и звезды на небе!» Заслышав опасный шум в доме, полезно сказать: «Приходи вчера!» Злая колдунья не поймет, что это значит, замешкается и предпочтет убраться восвояси.

Источник: http://folklore.pro/098.html
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Сокол M
Аватара
Сокол M
Репутация: 185
Сообщения: 1911
С нами: 4 года 1 месяц

#3 Сокол » 18 сентября 2015, 0:39

Лихо одноглазое

Русская народная сказка

Жил один кузнец. «Что, — говорит, — я горя никакого не видал. Говорят, лихо на свете есть; пойду поищу себе лихо». Взял и пошел, выпил хорошенько и пошел искать лихо. Навстречу ему портной. «Здравствуй!» — «Здравствуй!» — «Куда идешь?» — «Что, брат, все говорят: лихо на свете есть: я никакого лиха не видал, иду искать». — «Пойдем вместе. И я хорошо живу и не видал лиха; пойдем поищем». Вот они шли-шли, зашли в лес, в густый, темный, нашли маленькую дорожку, пошли по ней — по узенькой дорожке. Шли-шли по этой дорожке, видят: изба стоит большая. Ночь; некуда идти. «Сём, — говорят, — зайдем в эту избу». Вошли; никого там нету, пусто, нехорошо. Сели себе и сидят. Вот и идет высокая женщина, худощавая, кривая, одноокая. «А! — говорит. — У меня гости. Здравствуйте». — «Здравствуй, бабушка! Мы пришли ночевать к тебе». — «Ну, хорошо; будет что поужинать мне!» Они перепугались. Вот она пошла, беремя дров большое принесла; принесла беремя1 дров, поклала в печку, затопила. Подошла к ним, взяла одного, портного, и зарезала, посадила в печку и убрала2.

Кузнец сидит и думает: что делать, как быть? Она взяла — поужинала. Кузнец смотрит в печку и говорит: «Бабушка, я кузнец». — «Что умеешь делать-ковать?» — «Да я все умею». — «Скуй мне глаз». — «Хорошо, — говорит, — да есть ли у тебя веревка? Надо тебя связать, а то ты не дашься; я бы тебе вковал глаз». Она пошла, принесла две веревки, одну потоньше, а другую толще. Вот он связал ее одною, которая была потоньше. «Ну-ка, бабушка, повернися!» Она повернулась и разорвала веревку. «Ну, — говорит, — нет, бабушка! Эта не годится». Взял он толстую веревку да этою веревкою скрутил ее хорошенько. «Повернись-ка, бабушка!» Вот она повернулась — не порвала. Вот он взял шило, разжег его, наставил на глаз-то ей на здоровый, взял топор да обухом как вдарит по шилу. Она как повернется — и разорвала веревку, да и села на пороге. «А, злодей, теперича не уйдешь от меня!» Он видит, что опять лихо ему, сидит, думает: что делать? Потом пришли с поля овцы; она загнала овец в свою избу ночевать. Вот кузнец ночевал ночь. Поутру стала она овец выпускать. Он взял шубу, да вывернул шерстью вверх, да в рукава-то надел и подполз к ней, как овечка. Она все по одной выпускала; как хватит за спинку, так и выкинет ее. И он подполз; она и его хватила за спинку и выкинула. Выкинула его, он встал и говорит: «Прощай, Лихо! Натерпелся я от тебя лиха; теперь ничего не сделаешь». Она говорит: «Постой, еще натерпишься, ты не ушел!»

И пошел кузнец опять в лес по узенькой тропинке. Смотрит: в дереве топорик с золотой ручкой; захотел себе взять. Вот он взялся за этот топорик, рука и пристала к нему. Что делать? Никак не оторвешь. Оглянулся назад: идет к нему Лихо и кричит: «Вот ты злодей, и не ушел!» Кузнец вынул ножичек, в кармане у него был, и давай эту руку пилить; отрезал ее и ушел. Пришел в свою деревню и начал показывать руку, что теперь видел лихо. «Вот, — говорит, — посмотрите — каково оно: я, — говорит, — без руки, а товарища моего совсем съела». Тут и сказке конец.


1 Охапку, вязанку (Ред.).

2 Съела (Ред.).

Лихо одноглазое // Народные русские сказки А. Н. Афанасьева: В 3 т. — М.: Наука, 1984—1985. — (Лит. памятники). Т. 2. — 1985. — С. 340—341.
Остерегайтесь тех, кто хочет вменить вам чувство вины, ибо они жаждут власти над вами.

Сокол M
Аватара
Сокол M
Репутация: 185
Сообщения: 1911
С нами: 4 года 1 месяц

#4 Сокол » 18 сентября 2015, 11:48

Чёрт
из книги Левкиевская Е.
Л34 Мифы русского народа. — М.: ООО «Издательство Астрель»; ООО «Издательство ACT», 2000. 528 с: ил. — (Мифы народов мира).
Стр. 438-449

Черт — самый загадочный среди всех мифологических персонажей
Необходимо заметить, что черт в народных поверьях — это самостоятельный персонаж, не имеющий ничего общего с дьяволом или Сатаной — образами, пришедшими в славянскую культуру из библейских текстов вместе с христианством. Дьявол или ыа участвуют в немногочисленных апокрифических легендах о сотворении мира и природы. В других поверьях и быличках они не встречаются. Зато черт — персонаж собственно славянский и, как полагают исследователи, возникший еще до принятия христианства, но потом изменившийся под влиянием христианских представлений о бесе.
Бесами в древнерусской литературе (повестях, житиях святых) назывались злые духи, демоны и прежде всего — языческие боги, идолы. Обычно с ним связаны сюжеты об искушении святых и пустынников, всегда оканчивавшемся победой святого, поруганием и изгнанием беса. В древнерусских повестях бесы также вызывают болезни и подбивают людей на грехи и пороки. Все эти функции сближают беса древнерусских книг с народным образом черта.
Черта в народной культуре представляют по-разному. Чаще всего это человек с хвостом и конскими копытами или куриными лапами, которые он старательно прячет. Иногда этот образ дополняется железными зубами или огнем, полыхающим изо рта. На голове у него всегда красуется шляпа, чтобы скрыть от посторонних глаз рожки. Одет он в черный кафтан с блестящими пуговицами или в солдатский мундир. Черт может превратиться в любого человека, животное либо предмет. Он может принять вид знакомого или родственника, любит оборачиваться кошкой или собакой, свиньей, бараном, вороном или филином, причем чаще всего — черным. Но не всегда его образ имеет конкретную форму: одно из наиболее любимых воплощений черта — вихрь. В виде вихрей черти летают, танцуют, женятся. Чтобы увидеть в мчащемся вихре черта, нужно, нагнувшись, посмотреть на него между ног, через рукав рубашки или плюнуть три раза и сказать: «Черт, черт, покажи хвост!» Тогда в вихре можно различить чертей с куриными лапами вместо ног. Считалось также, что если бросить в вихрь освященный нож, то он, окровавленный, упадет на землю, ранив черта. Человек, попавший в вихрь, может тяжело заболеть и умереть, поэтому при встрече с вихрем ему показывали кукиш, читали молитвы и произносили отгонные присловья типа: «А чур тебя!»
Чем же отличается черт от других восточнославянских мифологических персонажей? Во-первых, он всегда делает только зло, он принципиально не способен помочь человеку. Например, леший может завести человека в чащу, но он же и поможет набрать ягод, найти дорогу домой. Водяной, несмотря на все его коварство, может нагнать рыбы в сети рыбаковхили помочь мельнику следить за мельницей. Даже злобный банник, если вежливо его попросить, разрешит человеку переночевать в бане и защитит от других банников. У черта же одна задача — как можно быстрее погубить человека, довести его до смерти и завладеть его душой. Чтобы достичь этой главной цели, он способен на любую хитрость, на любой обман и притворство. Черт — олицетворение абсолютного зла.
Черта нужно опасаться всегда и везде. Он то сбивает человека с дороги, как леший, то обменивает детей, как банник, то топит людей в реке, как водяной. Про то, каким образом он это делает, рассказывают многочисленные былички.
С чертями чаще других общаются ведьмы и колдуны, к которым нечистая сила по договору поступает в услужение. Он может жить у них постоянно под видом работника или прилетает в облике огненного змея и приносит в дом зерно, молоко, сметану, масло и деньги, которые ворует в чужих домах, там, где добро хранят без молитвы. Ночью змей влетает к колдуну через печную трубу, рассыпается огненными искрами, складывает принесенное богатство в приготовленную посуду. Нечистый, приносящий своему хозяину богатство, называется: большачонок, змей-носак, змея-деньгоносица.

Мама говорила, что гостила у подружки. Прихожу, говорит, спать в клетушку. В клетушке много горшков наставлено больших, глиняных и в каждый горшочек влито по две ложки молока и не прикрыто. А мама говорит, что на ночь нельзя открытую еду оставлять — черти едят, домовые обедают. После них нельзя есть — заболеешь. Ну вот, а мать подружки была колдунья. Мама моя этого не знала. Ну она удивилась, взяла соломки с крыши натаскала и покрыла все горшочки, сказала: «Господи, благослови» и легла спать. Часов в двенадцать как зашумело под окном, затемнело, опять просвистело, как змея, которая молоко у чужих коров доит и колдунам приносит. Она у них на службе. После этого мама встала, а пол весь молоком залит. Змея молоко им принесла, а горшки-то закрыты, вот она и пролила все. Мама моя как испугалась, схватила всю одежду и убежала за пять километров ночью.

Тот, кто промышляет колдовством, может сам вывести себе такого черта, который в виде змея будет приносить ему богатство. Выводят змея из особого яйца, его должен снести петух, когда достигнет семи лет2. Найдя такое яйцо, человек должен спрятать его под левую мышку и носить семь, девять или сорок дней, после чего из яйца вылупится маленький чертик или змееныш, который и станет служить человеку. Задумавший вывести себе черта-слугу должен отречься от Бога, не ходить в церковь, ему нельзя молиться, креститься, мыться, стричься, обстригать ногти и расчесываться. Пока он носит яйцо под мышкой, надо сохранять молчание. Высиживают черта-слугу в каком-либо месте, символизирующем потустороннее пространство — в пустом доме, за печью, иногда там, где не слышно звона колоколов.
Выведенный черт живет в доме на положении слуги, но слушается только одного из членов семьи. Хозяин черта не знает покоя — черт все время требует работы, а после смерти завладевает душой хозяина.

На другой улице жили Демины. У них был старик. И вот он ляжет на печку и кричит кому-то: «Ну, ребята, давайте, влезайте на полати». А невестке: «Авдотья, принеси соломы побольше». Эта Авдотья рассказывала. Вот он лежит, а я, говорит, слышу, как они просят работы. А он ревет: «Ну, какую вам, ребята, работу дать? Молотите солому-то!» И вот они начнут! Мужик спит, а у меня, говорит, с ребятишками волосы дыбом. А они и начинают молотить! И он в потемках к ним сядет и разговаривает. А потом спрашивает: «Ну, что, ребята, наработались? Бегите на покой и мне покою дайте». Утром встану — мякина одна. «Дедушка, ты что сегодня дурел-то?» — «Девка, ведь не дают покоя, работы просят».

Черт, не занятый работой, может убить своего хозяина или кого-либо из домашних.

Раз одна баба вывела себе черта-слугу, а работы ему не дала. Нечем ему было заняться. В это время ее муж молотил зерно. Черт говорит бабе: «Давай работу!» А она ему: «У меня нечего делать, ступай к мужу». Пришел и повесил деда в сарае тот черт. Баба пришла, смотрит — а это ее муж повешенный висит. Увидев, что черт убил ее мужа, женщина испугалась и пошла к священнику. Тот сказал: «Приведи его к реке, дай решето и прикажи, чтобы он наметал копну из воды этим решетом». Черт начал — вода вытекает и вытекает. Такую работу дала, что не мог ее выполнить и убежал.

Избавиться от черта-слуги очень трудно, ведь он всеми силами стремится довести до смерти своего хозяина и заполучить его душу. Поэтому черта-слугу заставляли делать невыполнимую работу, например, считать песок или иголки на ели,собирать рассыпанную крупу и пр.
Если ведьмы и колдуны специально обзаводятся помощниками-чертями, то обычные люди могут, сами того не подозревая, оказаться в лапах у черта из-за неправильного поведения. Больше других такая опасность подстерегает женщин, которые после смерти мужа или во время его долгой отлучки сильно тоскуют. К таким женщинам начинает прилетать змей и является им по ночам в виде умершего или отсутствующего мужа. Этих демонов называют летунами, налетами, летучими, налетниками, литавцами, огненными змеями, огнянными, змеями-любаками, маньяками (от манить, заманивать), прелестниками (тот, кто прельщает). Змей появляется из облаков и, рассыпавшись искрами над крышей, проникает в дом через печную трубу. Связь с таким демоном приводит женщину к смерти. А все потому, что она нарушила запрет плакать, голосить по умершему, тосковать по отлучившемуся мужу. Змей получает доступ и к девушке, если та потеряла невинность до брака. А на востоке Украины верят что змей станет домогаться той, кто без благословения подняла на дороге вещь, бусы платок, перстень, - их специально разбрасывает змей чтобы заманить жертву.
Летящий змей похож на светящийся клубок синего цвета, огненное коромысло или огненный веник. На земле он принимает облик мужа или возлюбленного женщины. Змея можно распознать по недостатку, характерному для всех демонов6 у него нет спинного хребта. По некоторым поверьям у него человеческое тело, но несколько голов. Как и все демоны, он не способен правильно произносить священные христианские имена: вместо «Богородица» он произносит «Чудородица», вместо «Иисус Христос» — «Сус Христос». Гостинцы, которые он приносит женщине утром превращаются в лошадиный навоз. Черт, летающий в виде змея, мучит свою жертву, сосет у нее из грудей молоко или кровь, а под конец убивает. Если от такой связи рождаются дети, они уродливы и вскоре умирают. Ребенок, рожденный от змея, черный, на ногах у него копыта, а глаза не имеют век, тело его студенистое и холодное. Рассказов о том, как нечистый дух в виде огненного змея летает к женщинам, немало в древнерусской литературе. В повести о Петре и Февронии, написанной в середине XVI века рассказывается, как Петр вооружившись освященным в алтаре мечом побежит змея и спасает жену своего брата от домогательств нечистого. Об этом рассказывают полесские былички.

Злой дух летает над трубой как большая птица. Одна нас тут жила недалеко. Она очень парня любила. А хлопец ушел в армию. И черт к ней приходил, приносил конфеты, пряники, а оказалось, что это – конский навоз. И вот она заболела. Батюшка дал ей ладан, и она его носила. Черт к ней уже не ходил, а летал возле хаты и страшно ревел. Отец ей говорит: «Это ветер». А то злой дух прилетел к ней. А в хате читали Псалтырь, так он не может проникнуть в хату. Покрутился, как огонь над трубой, и все. А она умерла. Задушил ее тот злой дух.

Люди видели, как летал змей в трубу. Недалеко от речки есть хата. Умер муж, а к жене черт летал. Видели: стрелой огненной, веревкой огненной влетал в трубу и через нее попадал в хату. Он мучил ту женщину. Если бы она призналась, люди бы сразу подсказали, что делать, чтобы он не приходил. Он как человек — приходит и уходит, он в трубу вылетает. Надо маком обсыпать хату и травой безвершником умываться. А если женщина ничего не говорит людям, она высыхает да и умирает.

Рассказывали, что были нечистые. Сосед пошел в армию, а жена ждала его и сильно плакала. Так нечистый дух приходил к ней как ее муж, змей этот. Он до того замучил ее, что эта женщина чуть не умирает. А он ходит и говорит: «Душечка моя!» А люди ей подсказали: «Садись на пороге и расчесывай волосы. И ешь конопляное семя». Его ешь, а оно трещит. А нечистый приходит в первом часу ночи и спрашивает ее: «Что ты делаешь?» — «Косу чешу». — «А что ешь?» — «Вшей». Так он развернулся к трубе, обернулся змеем и вылетел. Это нечистый был.

Чтобы изгнать змея, надо изловчиться и накинуть ему на шею крест либо недоуздок. А над жертвой читают молитвы от блудного беса по требнику Петра Могилы. Женщина, к которой летал змей, должна спать вместе с ребенком или с кем-нибудь из родственниц. Оберегами от змея служат трава одолень (валериана), отвар репейника или его стебли, воткнутые в стены. В доме, куда летает змей, нужно читать Псалтырь, а окна, двери, печную трубу закрещивать. Власть змея над его жертвой длится до тех пор, пока женщина не расскажет об этом постороннему человеку.
По многим поверьям, змей приносит богатство женщине, к которой летает. Подобный случай в середине XVIII века стал даже предметом разбирательства Священного Синода: некто Федор Щедров «говорил слова, якобы живет змей и летает к жене белгородского президента Осипа Селиванова сына Морозова, и носит к ней тот змей, летаю-чи, немалое богатство: деньги, злато и серебро и жемчуг, отчего оный Морозов обогател, и оборачивается оная нечистая сила человеком оной жене, а как прилетает, то оного Морозова обмертвит, а при том свидетели были...»3 А вот как об этом рассказывают современные полесские былички.

Мужа у той ведьмы не было. Говорили, что она с чертом живет, с нечистой силой, как с мужем. И сын этот от него был. Говорили, к этим ведьмам летал змей. И он, змей этот, им все богатство носил. Гуляют девки, парни и видят: змей летит. Огонь с хвостом. Шумит, летит. Это я лично видела.

Раз хлопцы шли с гулянки около полночи и видели, что у одной женщины в хате из трубы валило пламя, как бы пожар. А это нечистый летал к ней и жил с нею и теперь летел из трубы огненным змеем. Как они летают к ведьме, то ничего — живут себе, и она здорова и ничего ей не делается. А если станет к простой женщине летать, то она станет желтой и умрет.

Обычных людей черти чаще всего подкарауливают на дорогах и перекрестках, где под видом случайных прохожих, путников или солдат, идущих на побывку домой, пристают к человеку, уговаривают его выпить, а потом заводят в непроходимую чащу, на обрыв или в болото. Если человек вовремя перекрестится или вспомнит о Боге, черт оставит его в покое, в противном случае несчастного ждет смерть. Очень любит черт проделывать такие шутки с музыкантами, когда они возвращаются с деревенской свадьбы. Их он заводит в лес и заставляет играть на поляне для ведьм и чертей.

Там был дедка Проня, скрипач. А раньше, знаешь, где свадьба, там музыкант — первая фигура. Так вот в Глинки-не свадьба была, его увезли на эту свадьбу. Ну вот, он там свадьбу отыграл, а утром хватились: дедки Прони нету. Что такое? Куда делся старик? Где-нибудь бы не замерз. Пошли. А пороша пала утром, и на след напали: ага, пошел старик. И вот семнадцать километров прошел, и там его нашли в лесу. Сидит на пне и наяривает, на скрипке играет. «Дедка Проня, что ты тут?» — «Не мешайте, видите, ребята только растанцевались!» Это черти, наверно. «Крестись. Что ты тут? Что с тобой?» — «Они меня за руки держат!» Ну, насилу его уговорили. Все же взяли этого деда Проню. Он после-то рассказывал: «Незнакомые какие-то ребята нарядные: «Пойдем, нам поиграй». Вот я только пришел, только устроился, они танцуют, я играю».

Черт глумится над человеком, являясь ему на дороге в виде какого-либо животного, чаще всего ягненка или барана. При попытках его поймать и взвалить на телегу мнимый ягненок разражается хохотом и исчезает.

Дед Иван ставил сети рыбачить. Ехал домой вечером. А за ним ягненок увязался. Бежит и бежит. «Наверное, отстал», — подумал дед. Положил на телегу, пологом прикрыл. Смотрит: а лошадь-то вся в пене! «Что ж это такое? Неужели ты так тяжело везешь пустую телегу? Бог с тобой!» А ягненок как соскочит да захохочет! И побежал вперед, в речку упал. А деду речку переезжать надо. Пока ехал, все молитвы вспомнил. Сильно испугался.

Былички рассказывают, как черти под видом парней приходят к девушкам на гулянки или являются к ним во время святочных гаданий.

В бане собрались ворожить девки с парнями. А к одной, Нюрке, привязался братишка, Андрюшка: «Я пойду с тобой тоже ворожить». Она никак не могла отвязаться и тоже повела его. Они в предбаннике ворожили, и этот парнишка-то, Андрюшка, за ними подглядывал, как они ворожить будут. Сели на стулья, закрылись тряпками.
Колечко золотое в стакан положили и смотрят. А потом что-то вдруг зашумело. И они все бросили, не стали ворожить, засмеялись: ну, дескать, нам уже чудится. Вдруг заходят в дверь три парня. Такие красивые парни! Сели на порог двое, а один на прилавок. Сидят, разговаривают. Те думают: «Сроду у нас таких парней не было. Откуда эти взялись?» Андрюшка заметил у них что-то и говорит: «Нянька, пойдем домой!» Она: «Ты что?» А парни: «Ну, никуда вы не пойдете, мы вас не отпустим». А ребенок: «Я на улицу хочу, я на улицу хочу!» — «Ну, иди». — «Я один боюсь, пойдем с тобой». — «Ну ладно, пойдем». И вот они вышли. Парнишка знал, что надо сказать «Господи, благослови», чтобы они не выскочили, не догнали. «Нянька, бежим, У парней-то сзади хвосты, а на ногах копыта!» Они бежать, давай Бог ноги, и успели добежать до дому. Дверь захлопнули. Всю ночь не спали. Рассказали дедушке и бабушке. Ну а старуха сразу сказала: «Это нечистая сила пришла! Что теперь будет с теми?» Там еще осталось пятеро: три парня и две девки. Наутро собрался народ, и все пошли к бане. И оказалось, что там лишь шкуры ободранные висят.

Чтобы заполучить себе человеческую душу, черти подбивают людей на самоубийство. Девушек-самоубийц черти берут себе в жены.

Ехали два мужика по лесу и немного заплутали. Попадает им знакомый мужик из другого села и приглашает в свое село на свадьбу. Сказал, что невеста из их села. Вот приехали, привязали коней. Зашли в дом. Гости сидят, невесту ждут. Мужики-то торопятся домой, а им говорят: «Подождите, сейчас невесту уже привезут». Вот привезли, заводят в хату, а эти двое ее узнали — из их села, Гашка. Узнали и думают: «Чего же это у нее голова так криво?» Началась свадьба. Один из мужиков взял баян и стал играть. Умаялся и вытерся занавеской и... все исчезло. Столы — не столы, а пни, а вся еда — конский навоз. Это их черти возили. Сели они на коней и до дому быстрей. Приезжают, а им говорят: «Гашка на току повесилась». Это ее черти запихали. Чертям душу отдала. Таких раньше на кладбище не хоронили. Тот срок, что им дожить осталось, они на чертей батрачили.

По одним поверьям, черти одиноки, они шатаются по свету и вступают в связь с земными женщинами, доводя их до гибели. По другим поверьям, у черта есть жена — чертовка, и она рожает ему детей — чертенят. Поэтому черт вынужден бывает приглашать обычную бабу-повитуху, чтобы она помогла его жене во время родов.

Мне тетка рассказывала моя. Она была бабка-повитуха. Она и говорит: «Я только что у черта детей принимала». Вот приезжает к ней ночью мужчина на коне. Привозит в дом, а там женщина рожает. Приняла бабка мальчика. Муж и говорит: «Ну, давай отплачу, ты хорошо детей принимаешь». И насыпал ей в фартук золота. На коня ее посадил и через речку перевез. И только он через речку перевез, на нее такой сон напал. А конь у него такой красивый, под седлом. Она легла на берегу и заснула. Утром идет женщина по воду и говорит: «Ты что, Семеновна, здесь лежишь?» — «Да вот, — говорит, — я у кого-то ночью роды принимала, так он мне золота дал». Развернула фартук — а там угли.

Черт не выносит креста, молитвы, святой воды и упоминания имени Божьего. Он не останется в доме, где все окна и двери закрещены, а стены окроплены святой водой — черта жжет, и он стремится убежать из такого помещения.

Тетя Шура с одной женщиной пошли по полю и услышали колокольчик и конский топот. И вот все ближе и ближе! А никого не видно. Они испугались и побежали домой. Прибежали домой и бабушке сказали, что за ними кто-то скачет и не видно никого. Бабушка взяла, пошептала, святой воды в углы и на дверь налила. А когда на дверь-то полила, выскочил черт с конскими копытами и сказал: «Хитра, бабушка!» Повернулся, сделал дыру в полу и в нее ускакал.

Черти забирают то, что отдано им неосторожным словом, вот почему нельзя, ругаясь, поминать черта — он услышит и придет потребовать «свою» вещь. В одной из быличек черт приходит к старику за лаптем, который тот под горячую руку ему пообещал.

Мама рассказывала. Раньше в лаптях-то ходили, бедно народ жил. Ну и старик сидит, заплетает лапоть. И пришел сосед-старик: «Ты кому это такой большой лапоть заплетаешь?» — «Черту», — говорит. Ну и засиделся до двенадцати. Двенадцать часов уже подходит. Подъезжает на сивой лошади человек. Высокий, прямо подокно и говорит: «Ну-ка, дедушка, ты мне пообещал лапти сплести. Так давай!» А он уже у последнего лаптя концы обрезает. «Сейчас, — говорит, — готов будет второй лапоть». Закончил, обрезал концы, связал парой и в окошко подал. Тот забрал и поехал. Слышно было, как конь топает ногами. Это, говорят, сущая правда. Черт! Он его помянул, тот и приехал.

Cěrt — чешское и словацкое написание названия Чертей в единственном числе
Crt — словенское написание названия Чертей в единственном числе
Czart — польское написание названия Чертей в единственном числе
Чёрт — русское написание названия Чертей в единственном числе
Чорт — белорусское и украинское написание названия Чертей в единственном числе

"... стары чорт, сiвый, а барада на тры сажанi доўга."
Казка "Чорт" (Павет Навагрудскi, вёска Сянежыцы)

В славянской мифологии злой дух. "Образ черта дохристианского происхождения, но христианские представления о дьяволе оказали решающее воздействие на его позднейший облик: в фольклоре и народных картинках черти — антропоморфные существа, покрытые чёрной шерстью, с рогами, хвостами и копытами. В русской средневековой живописи облик черта отличается от человеческого остроголовостью (или волосами, стоящими дыбом — шишом: отсюда эвфемизмы типа шиш, шишига), иногда — крыльями за спиной. У восточных славян черт — родовое понятие, часто включающее всю нечистую силу ("нежить", "нечистики"): водяных, леших, домовых и т.д. Само происхождение нечисти в народных легендах связывается с ветхозаветным мифом о падших ангелах (в русских легендах черти — ангелы, уставшие славить бога): сброшенные с неба, они попадали кто в воду, кто в лес, кто в поле, превратившись в духов отдельных урочищ. Вместе с тем собственно черти отличаются от прочей нечисти и местами своего обитания (преисподняя, где они мучают грешников, болото, перекрёстки и развилки дорог), и свободой передвижения (повсюду, вплоть до церкви ночью), и способностью к оборотничеству (превращаются в чёрную кошку, собаку, свинью, змея, чаще — в человека, странника, младенца, кузнеца, мельника, могут принимать облик знакомого — соседа, мужа и т.п.). С вездесущностью чертей связаны запреты поминать их и многочисленные эвфемизмы: лукавый, враг, шут, окаяшка, чёрный, немытик, анчутка, куцый, корнахвостик, лысо́й, пралик и др. Черти в народных верованиях постоянно вмешиваются в жизнь людей, причиняют мелкие неприятности, принуждают к неправильным поступкам ("вводят во грех"), насылают морок, заставляют плутать пьяных, провоцируют на преступление, самоубийство (самоубийца — "чёрту баран" или лошадь), пытаются заполучить душу человека; свои души продают чертям колдуны и ведьмы (чертихи). Черти могут жить семьями, по другим поверьям — соблазняют женщин, отчего рождаются уродливые дети, упыри (ср. западноевропейских инкубов). Когда черт вселяется в человека, тот заболевает, начинает кликушествовать. Черти могут также насылать непогоду, метель, сами превращаются в вихрь, срывающий крыши, приносящий болезни, уносящий проклятых детей; вихри — беснующиеся черти, чёртовы сваты ("чёрт с ведьмой венчается"); если бросить в вихрь нож, он окрасится кровью. Черти особенно опасны в "нечистых" местах и в определённое время суток (от полночи до первых петухов, реже — в полдень) или года (на святки и в канун Купалы). В эти периоды возможно общение с нечистой силой и иным миром: тогда черти призываются в заговорах, во время гаданий и т.п." (2)
По беларускому фольклору, живут черти в самом глубоком болоте, под самым густым кустом лозы. Чтобы изловить нечистика нужно рубить такой куст — черт сам вылезет, пытаясь понять, что же происходит.

Источники:
Мифологический словарь — М.: Советская энциклопедия, 1990 (2)
Грушко Е.А., Медведев Ю.М. "Словарь славянской мифологии" — Русский купец, Братья славяне, 1996 (8)
А.Н.Афанасьев "Поэтические воззрения славян на природу" — М.: Современный писатель, 1995 (9)
Е.Левкиевская "Мифы русского народа" — М.: Астрель, АСТ, 2005 (58)
Остерегайтесь тех, кто хочет вменить вам чувство вины, ибо они жаждут власти над вами.

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#5 Яробор » 18 сентября 2015, 13:39

Банник

Bannik — вариант польского написания названия Банника
Łaziebnik — вариант польского написания названия Банника
Łaźnik — вариант польского написания названия Банника
Баенник — одно из русских названий Банника
Баенный — одно из русских названий Банника
Байник — одно из русских названий Банника
Байнушко — одно из русских названий Банника
Банной — одно из русских названий Банника
Банный — одно из русских названий Банника
Банный бес — одно из русских названий Банника
Банный пастырь — одно из русских названий Банника
Банный хозяин — одно из русских названий Банника
Банщик — одно из русских названий Банника
Баянник — одно из русских названий Банника
Бес банный — одно из русских названий Банника
Лазеннік — одно из белорусских названий Банника (от белорусского: "лазня" — "баня")
Лазнік — одно из белорусских названий Банника (от белорусского: "лазня" — "баня")
Пастырь банный — одно из русских названий Банника
Хозяин банный — одно из русских названий Банника

По славянской мифологии "Банник, дух бани, стоящей вовсе на отшибе, на краю двора, а то и за его пределами — попросту опасен. По этой причине верующие люди считают баню — символ, казалось бы, чистоты — "нечистой". В древности слово "нечистый" означало вовсе не что-то греховное, дурное, а просто менее священное, более доступное действию злых сил. О Баннике и в наши дни рассказывают немало жутких историй. Он представляется в виде крохотного, но очень сильного старичка, голого, с длинной, покрытой плесенью бородой." (9) "Гэта злы дух, які выглядам нагадвае112 Вадзяніка." (156)
"Его злой воле приписывают обмороки и несчастные случаи, иногда происходящие в бане. Любимое развлечение Банника — шпарить моющихся кипятком, раскалывать камни в печке-каменке и "стрелять" ими в людей. Может он и затащить в горячую печку и содрать клок кожи с живого. И никогда друг друга не подгоняют — Банник этого не выносит, сердится." (9)
"Асаблiва варожа Лазнiк ставiцца да людзей, якiя iдуць мыцца "ў чацвёртую чаргу" або пасля апоўначы, якія мыюцца п'янымі або брыдкасловяць." (33)
"Нямала злобнага непакою прыносіць Лазніку першапачатковая апрацоўка пянькі і лёну, калі іх мнуць і трэплюць, а таксама папярэдняя сушка іх у самой лазні. Тады Лазніку даводзіцца пераносіць смурод і пыл ад падгнілай кастрыцы. Калі гэта застаецца ў лазні надоўга, Лазнік яшчэ больш злуецца на наведвальнікаў, якім ён помсціць пажарам у лазні." (156)
"Впрочем, с ним можно поладить. Знающие люди всегда оставляют Баннику хороший пар, свежий веничек и лоханку чистой воды." (9)
"Лазніку ахвяравалі таксама чорную курыцу... Калі заўважалі, што Лазнік пачынаў небяспечныя свавольства, то раілі хутка выйсці з лазні задам на перад." (33)
"А уж если попал под руку Баннику, надо выбежать из бани и позвать на подмогу Овинника или Домового "Батюшка, выручи!.."
Банники — банные духи. Обитая в непосредственной близи от человека, они не показывались на люди, но требовали строгого себе подчинения. Условия их были просты: баня должна была стоять там, где того желал их подлинный, мистический хозяин. В противном случае банник не замедливал с местью. Действовал он довольно подло и наверняка — вплоть до насылания на людей смертельных болезней (банной нечисти, банной притки). Однако стоило переложить баню — и больной, стоя уже одной ногой в могиле, шел на поправку..." (9)
"Небяспечны Лазнік і для парадзіх, таму ў лазні, дзе адбываюцца роды, іх нельга пакідаць адных: Лазнік можа задушыць і парадзіху, і навароджанае дзіця. У адрозненне ад іншых міфалагічных істот, Лазнік не баіцца ні крыжа, ні малітвы." (33)
"Ёўнікі, ці Асетнікі, Пуннікі і Лазнікі — няпрошаныя сядзібныя госці, без якіх лёгка абысціся, а таму пры пераходзе ў новыя збудаванні іх звычайна не запрашаюць, як Дамавікоў і Хлеўнікаў, яны самі набягаюць туды. Але, сумуючы ад адноснай бяздзейнасці, назойлівасці недарэчных і несвоечасовых наведвальнікаў, гэтыя нячысцікі часам раптоўна пакідаюць будыніну, дзе жылі. Такі зыход нячысціка суправаджаецца пагібеллю ці разбурэннем пакінутага прытулку — ён згарае, раскідваецца бураю ці ў ім правальваецца страха, столь, печка, крывіцца сцяна... У падпраўленае збудаванне нячысцік ўжо не ўвойдзе зноў." (156)

Источники:
А.Н.Афанасьев "Поэтические воззрения славян на природу" — М.: Современный писатель, 1995 (9)
У.І.Коваль Народныя ўяўленні, павер’і і прыкметы: даведнік па ўсходнеславянскай міфалогіі — Гомель, 1995 (33)
Е.Левкиевская "Мифы русского народа" — М.: Астрель, АСТ, 2005 (58)
Міфы Бацькаўшчыны: Літаратурна-мастацкае выданьне — Менск: Беларуская Энцыклапедыя, 1994 (156)

Дополнение:
Обдериха-то как кошка в бане появляется. Говорят, как в первый раз ребенка в бане вымоешь, так обдериха завяжется. Нельзя по одному в баню ходить. Родит женка, пойдет с ребенком в баню мыться, так кладет камешек и иконку, а то обдериха обменит и унесет, и не найдется ребенок. А вместо ребенка окажется голик (стертый веник). А бывает, что и ребенок окажется, но он не такой, как настоящие, — до пятнадцати лет живет, а потом куда-то девается (Вологодская обл., Белозерье 1997, 106).

...Обдериха появляется в бане только после того, как там обмоют новорожденного ребенка. Одни считают, что в бане столько обдерих, сколько в ней вымыто новорожденных младенцев. Другие полагают, что обдериха появляется в бане только после того, как в ней обмоют сорокового младенца.

Е. Левкиевская, "Мифы русского народа".
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#6 Яробор » 18 сентября 2015, 14:03

Бабай

Баба — вариант имени Бабая, страшного старика из славянских поверий
Таинственное вображаемое существо славянского фольклора в образе страшного старика, которым пугают детей.
"Баю, баю, баю, бай
Приходил вечор бабай.
Приходил вечор бабай,
Просил: Леночку отдай.
Нет, мы Лену не дадим,
Лену надо нам самим."
Одна из записанных на Русском Севере (Архангельская обл.) колыбельных (216: с.389-390)

Персонаж действительно часто встречается в колыбельных (обычно с призывом никогда не посещать ребёнка). Вот ещё один пример такой колыбельной:
Ай, бай, бай, бай,
Не ходи, старик Бабай,
Коням сена не давай.
Кони сена не едят,
Всё на Мишеньку глядят.
Миша спит по ночам
И растёт по часам.
Ай, бай, бай, бай,
Не ходи ты к нам, Бабай.
Обычно Бабай используется чтобы непослушные дети не вставали с кровати после того, как их уложили спать. В этом случае родители говорят, что Бабай прячется под кроватью, и что он заберет ребенка если тот встанет. Частенько услышать можно "Дед придёт, в мешке унесёт", когда родители "запугивают" совсем маленьких детей ради послушания.
Бабай описывается как "маленький старичок с бородой и мешком" или страшный кривобокий старик. Иногда не описывается вообще; в этом случае дети сами могут вообразить его в наиболее страшной форме.
"Когда приходит ночь, Бабай из огорода или из леса приходит под окна и сторожит. Услышит капризы, детский плач — начинает шуметь, шуршать, скребется, стучит в окно. Правда, он всего лишь пугает непослушников и никого не крадет: зачем ему лишние хлопоты?!" (8: с.22)
По другой версии, он бродит по улицам с мешком, складывает в него непослушных детей и уносит их на болото или в лес. В поверьях северных районов России бабай бродит по улицам с палкой. Встреча с ним опасна, особенно для детей.
Иногда говорят, что он живёт в зарослях камыша.
Название "бабай", видимо, произошло от тюркского "баба", "бабай" — старик, дедушка. Этим словом (возможно, и в напоминание о татаро-монгольском иге) обозначается нечто таинственное, не вполне определенного облика, нежелательное и опасное.
У русских есть и ещё один подобный персонаж: злая старуха Бабайка.
В других культурах славянскому Бабаю соответствуют: польский Bebok, немецкий Krampus, английский Bogeyman (Boogeyman, Boogyman, Bogyman, см.также Bogy), норвежские Buse и Bogey, шведский Bogey, голандский Bogey, финский Mörkö, французские Père Fouettard, Croque-mitaine и Bonhomme sept-heures, испанский El Coco, португальский Bicho-papão.

Источники:
Грушко Е.А., Медведев Ю.М. "Словарь славянской мифологии" — Русский купец, Братья славяне, 1996 (8)
В.Даль "Толковый словарь живого великорусского языка" — М.: "Цитадель", 1998 (207)
А.А.Кононенко, С.А.Кононенко "Персонажи славянской мифологии" — К.: "Корсар", 1993 (208)
Кирилл Королев "Энциклопедия сверхъестественных существ" — М.: "Эксмо"; СПб.: Мидгард, 2005 (216)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#7 Яробор » 18 сентября 2015, 14:05

Болотник

Болотный — вариант названия болотника
Болотный дедко — вариант названия болотника
Болотный леший — вариант названия болотника
Болотный шут — вариант названия болотника
Болотяник — вариант названия болотника и его название на украинском языке
Болотяник — украинское написание названия Болотника
Дедко болотный — вариант названия болотника
Леший болотный — вариант названия болотника
Шут болотный — вариант названия болотника
"Болото издавно считается местом обитания нечистой силы, о чем свидетельствуют многочисленные пословицы: "Было бы болото, а черти найдутся"; "Сидит, как черт в болоте"; "Бегает, как черт по болоту"; "Не ходи при болоте — черт уши обколотит" и др. Не случайно в заговорах нечистую силу и болезни отсылают "на леса, на болота" или "на мхи, на болота".
И во многих местах верили, что у болот есть особый хозяин — болотный, болотник или болотяник, болотный дедко, шут болотный. Впрочем, иногда его считали разновидностью водяного или даже лешего. Болотника представляли угрюмым неподвижным существом, сидящим на дне болота, безглазым толстяком, покрытым слоем грязи, с налипшими водорослями, улитками, рыбьей чешуей; или же человеком, поросшим серой шерстью, с длинными руками и закрученным хвостом. В отличии от другой нечистой силы, болотник не умеет менять свой облик.
Болотник заманивает человека или животное в трясину и губит его. Особенно легкой добычей становится человек, который по ночам играет на сопелке (пастушеской дудочке). Приманивает болотник свою жертву, крякая по-утиному, ревя по-коровьи, дико стонет или хохочет. Когда человек застревает в трясине, болотник хватает его за ноги и затягивает вглубь. Болотник не имеет ни жены, ни детей. В отличии от других демонов, он не боится громовых стрел, так как они теряют силу, соприкасаясь с поверхностью болота. Болотники гибнут при осушении болот и зимой, когда болото вымерзает.
Белорусы различали разных болотников. Самым старшим считался оржавиник* — он покрыт грязно-рыжей шерстью, с толстым животом и тонкими ногами. Помладше считался багник — хозяин багна*, угрюмое, неподвижное, грязное существо, одиноко живущее на дне багна и хватяющее за ноги случайных путников. Заметить багника можно по пузырькам, поднимающимся на поверхность, и по мелким бледным огонькам, которые иногда появляются на болоте. Самым младшим из болотных бесов считался просто болотник. А на Русском Севере часто наделяют болота не хозяином, а хозяйкой — болотницей" (58).
В украинском фольлоре назывался болотяныком (укр.: "болотяник"). Считалось, что он утягивает в болото проезжающих или проходящих мимо людей, если они играют на сопилке (750: с.193). Болотяник может пригласить человека к себе, чтобы над ним подшутить:

Пяниця страшний був дячок. Допив ся він до того, шо лукаві стали його водить та в гості звать. От уговорює, уговорює його жінка: "Ти бі молитви читав "Да воскресний бог", або що. Так ні: "Ни дають, каже, читать: як стану читать, а вони по губах бють". Один раз вона його заперла, ни пуска ночу. От він вирвавсь і подавсь кудись. Встрівають його два господина, зовуть його в гості: "Ходім, брат, кажуть: сьогодні в нас вечір, так ти у нас побудиш". — От приходить: вилика така зала, хороша, музика грає. Прийшов він, посадили його, піднисли йому водки. Він випив і начинає танцювать по болоту скрізь. Танцював, танцював , приходить кінець вечіру; провожують його додому і подарили йому шляпу, що він зробив їм удовольствіє. Жона спрошує: "Де ти ето бил?" — "Та брати мине в гості звали, так оце в гостях був". — "А це шо ти вершу надів на голову?" — Це міні брати подарили шляпу".
Як у болоті, так і в очиреті — тамички чорти живуть.
Борисовська волость, Валуйскьий повіт, Вороніжська губерня // Знадоби до української демонології. Зібрав Володимир Гнатюк. Том ІІ. Випуск 1 (755: с.182)

В историях Полтавской области болотяник может приглашать повитуху на роды своей жены — достаточно распространённый тип историй, который встречается часто про нечистую силу в славянском фольклоре и про народ хульдре — в скандинавском. После этого он может наградить так, что повитухе не требуется работать, чтобы прокормить себя, но она обязана выполнить всё, что он ей говорит. В другой истории мужчина, ехавший по дороге, встречает болотяника сидящим в луже, мнущим кожу и поющим песню. После этого болотяник начинает шить обувь, но замечает человека, ныряет в болото и запрещает тому приближаться (755: с.XXIII, перед).

Источники:
Е.Левкиевская "Мифы русского народа" — М.: Астрель, АСТ, 2005 (58)
Труды этнографическо-статистической экспедиции в Западно-Русский край. Юго-Западный отдел. Материалы и исследования, собранные д.чл. П.П.Чубинским. Том I. Выпуск первый: Верования и суеверия. Загадки и пословицы. Колдовство. — Санкт-Петербург, 1872 (750)
Знадоби до української демонології. Зібрав Володимир Гнатюк. Том ІІ. Випуск 1 // Етнографічний збірник. — 1912. Т.33 (755)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#8 Яробор » 18 сентября 2015, 14:07

Вий

Вій — украинское и белорусское написание имени Вия
Касьян — христианский святой, чей образ в народных языческих поверьях послужил прототипом Вия
Ний — вариант имени вия
"Вій — це могутній витвір народної уяви. Так звуть українці старшого над гномами, що в нього повіки на очах спускаються аж до землі. Оця вся повість і є народний переказ. Мені не хотілося змінювати його, тому розповідаю майже так само просто, як і сам чув."
Микола Васильович Гоголь (**)

В восточнославянской мифологии персонаж, чей смертоносный взгляд скрыт под огромными веками или ресницами, одно из восточнославянскмх названий которых связывается с тем же корнем: среднеукраинское "вия", "вийка", белорусское "вейка" — "ресница". По русским и белорусским сказкам, веки, ресницы или брови вия поднимали вилами его помощники, отчего человек, не выдерживавший взгляда вия, умирал (2: с.124).
"Наши сказки знают могучего старика с огромными бровями и необычайно длинными ресницами: брови и ресницы так густо у него заросли, что совсем затемнили зрение; чтобы он мог взглянуть на мир, нужно несколь силачей, которые смогли бы поднять ему брови и ресницы железными вилами... но уже тогда ничто не утаится от его взоров...
В Подолии... представляют вия как страшного истребителя, который взглядом своим убивает людей и обращает в пепел города и деревни; к счастью, убийственный взгляд его закрывают густые брови и близко прильнувшие к глазам веки, и только в тех случаюх, когда надо уничтожить вражеские рати или зажечь неприятельский город, поднимают ему веки вилами (8: с.51).
"...он считался также судьей над мертвыми..., ...связан также с сезонной смертью природы во время зимы. Кроме того, этот бог считался насылателем ночных кошмаром, видений и приведений" (10: с.464).
"...раздались тяжелые шаги... какого-то приземистого, дюжего, косолапого человека. Весь он был в черной земле. Как жилистые, крепкие корни, выдавались его, засыпанные землею, ноги и руки. Тяжело ступал он, поминутно оступаясь. Длинные веки опущены были до самой земли. ...лицо было на нем железное...
— Подымите мне веки: не вижу! — сказал подземным голосом Вий."
Н.В.Гоголь "Вий" (11)

"Словно из ниоткуда, лишь на мгновение появляется в повести этот жуткий персонаж и тотчас вновь исчезает в небытие. Этот таинственный демон смерти, которому автор посвятил едва ли не полтора десятка строк повести, выписан столь яркими, выразительными красками, что неизменно привлекает к себе внимание исследователей творчества Гоголя.
Большинство из них считает, что в основу повести, несомненно, положено народное сказание, которое было переосмыслено и обработано автором. Вероятно, Гоголь переделал концовку предания, явив читателям загадочный образ Вия — порождение собственной фантазии. И тем не менее Вий появился не на пустом месте — у него имеются "фольклорные прототипы", некоторые характерные черты которых, видимо, и были использованы Гоголем.
Так, многие исследователи гоголевской повести отмечали сходство этого мистического персонажа, обладающего губительным взглядом, с многочисленными народными поверьями о святом Касьяне. Христианская церковь отмечает день памяти преподобного Иоанна Кассиана Римлянина (V век) 28 февраля по старому стилю, а в високосные годы — 29 февраля. Он известен как талантливый духовный писатель и устроитель монастырей.
В народном сознании существовал иной образ Касьяна, не имеющий ничего общего с каноническим. Он неожиданно превратился из реального человека в некое почти демоническое существо, которое наделяют эпитетами — немилостивый, грозный, злопамятный. Согласно одним поверьям Касьян — падший ангел, предавший Бога. Но после раскаяния он за свое отступничество был закован в цепи и заключен под землю.
Приставленный к нему ангел три года подряд бьет предателя тяжелым молотом по лбу, а на четвертый выпускает на волю, и тогда гибнет все, на что бы он ни глянул. В других рассказах Касьян предстает загадочным и губительным созданием, ресницы его так длинны, что достигают колен, и он из-за них не видит Божьего света, и только 29 февраля поутру, раз в 4 года, он поднимает их и оглядывает мир — на что упадет его взгляд, то погибает.
На Полтавщине Касьяна представляют черным существом, покрытым шерстью, с кожей, подобной коре дуба. Живет он в пещере, засыпанный землей. Его огромные веки 29 февраля поднимает разная нечисть, Касьян оглядывает мир, и тогда болеют люди и животные, случаются мор и неурожай.
Практически во всех легендах о Касьяне подчеркиваются его демоническая сущность и необычайная губительность взгляда как результат связи с дьяволом, что роднит Касьяна с гоголевским Вием. Определенные черты сходства обнаруживаются и при сравнении Вия с языческим Белесом — древним покровителем охотников, который олицетворял еще и духов убитых зверей и ассоциировался с миром мертвых.
Но, вероятно, наиболее важным для Гоголя прототипом Вия стал все же Иуда Искариот, облик которого угадывается за фигурой гоголевского демона при обращении к некоторым апокрифическим текстам. В этих не вошедших в канон сочинениях о внешности Иуды незадолго до его смерти сообщается, что его веки стали огромными, разрослись до невероятных размеров, не позволяя ему видеть, а тело чудовищно распухло и отяжелело. Этот апокрифический облик Иуды (гигантские веки и тяжелое, неповоротливое тело) определил и главные черты Вия. Гоголь, заставляя взглянуть на Вия Хому Брута, пребывающего в душевной лености и не уповающего на Бога, показывает нерадивому бурсаку его евангельского двойника" (*).

Источники:
Мифологический словарь — М.: Советская энциклопедия, 1990 (2)
Грушко Е.А., Медведев Ю.М. "Словарь славянской мифологии" — Русский купец, Братья славяне, 1996 (8)
"Мифы древнего мира" — СПб.: Каравелла, 1995 (10)
Гоголь, Н.В. "Вий" — М.: АСТ, АСТ Москва, Транзиткнига, 2007 (11)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#9 Яробор » 18 сентября 2015, 14:09

Водяной

Vodni mož — словенское название водяного
Vоdník — чешское название водяного
Wodny muž — сербо-лужицкое название водяного
Wódnykus — сербо-лужицкое название водяного
Вадзянік — одно из белорусских названий Водяного
Вадзяны — одно из белорусских названий Водяного
Вадзяны дзед — одно из белорусских названий Водяного
Царь водяной — одно из названий водяного

"В славянской мифологии злой дух, воплощение стихий воды как отрицательного и опасного начала. Чаще всего выступает в облике мужчины с отдельными чертами животного (лапы вместе рук, рога на голове) или безобразного старика, опутанного тиной, с большой бородой и зелёными усами.
Водяные соотносятся с чёрным цветом: им приносили в жертву чёрного козла, чёрного петуха, существовал обычай держать на водяных мельницах чёрных животных, любезных водяному. По поверьям, у водяного были коровы чёрного цвета, он обитал в чёрной воде — в сказках, в частности сербо-лужицких, урочище Чёрна Вода служит местом встречи с водяным. С левой полы водяного постоянно капает вода (это можно сравнить с особым значением левой стороны у лешего и другой нечистой силы). Водяные утаскивали людей к себе на дно, пугали и топили купающихся. Эти поверья о водяном сопоставимы с легендой о морском (водяном, поддонном) царе, отразившейся в русских былинах о Садко. В волшебных сказках водяной схватывает свою жертву, когда она пьёт из ручья или колодца, требует у схваченного царя или купца сына в залог и т.п. В славянских поверьях о водяном и морском царе можно видеть отражение на более низком уровне мифологической системы представлений, некогда относившихся к особому богу моря и вод (ср. Аутримпса в прусской мифологии, Нептуна в римской и т.п.)" (2).

В русском фольклоре
Пас я в ночную лошадей. И вот рано угром, не помню — было солнце вошедши или нет, но было уже светло. Дело это было в поемных лугах (т.е. где во время половодья луга заливаются водой). В средних числах июля. Все на этой же самой Медведице. Пошел это я по берегу лошадей посмотреть, вдруг вижу — сидит, а меня не видит. Покрыт «он» весь волосами — даже рук и ног не видать было, да еще большие концы волос на земле стелятся.
Как только это «он» заслышал меня, да как сразу бросится в воду и пропал над водой. А по реке пошел такой сильный гул, что даже и представить себе нельзя. А я не боялся, стал ждать, не выйдет ли — ничего. Так и ушел.
О водяном, 631.3 // Фолькор Тверской Губерни. (761: с.467)

В украинском фольклоре
Бо то рибаки, назад тому кілька літ, в Жванці* поїхали човнами рибу ловити на Дністрі. Закинули раз, — нема нічого, закинули сіти і кілька раз, — нема та й нема нічого, а тілько вода булькає. От вже не далеко берега закинули і витягнули якесь лихо волохате, чорне що як тільки до берега притягнули, — як сплесне руками, стало ся сміяти і назад в воду, так як чловік. А рибаки і сіті покинули, без духа поприбігали до дому.
Под. губ. Перед. Й. Р-ко, IV.13 // Драгоманов М. Малорусские народные предания и рассказы (760: с.48)

Источники:
Мифологический словарь — М.: Советская энциклопедия, 1990 (2)
Каляндар "Беларускiя нячысцiкi" — Мiнск: "Асобны дах", 2005 (219)
Малорусские народные предания и рассказы. Свод Михаила Драгоманова. — Киев: Типография М.П. Фрица, 1876 (760)
Фольклор Тверской губерни. Сборник Ю.М. Соколова и М.И. Рожновой 1919-1926 гг. — СПб.: Наука, 2003 (761)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#10 Яробор » 18 сентября 2015, 14:16

Волколак (волкодлак, оборотень)

В белорусской и украинской мифологии оборотень, вервольф, "чeлoвeк, cпocoбный принимать oблик вoлка" (293).

В белорусском фольклоре и литературе
"У пyшчy ўцёк, y ёй аceўcя, змяніўcя ўвecь, як ваўкалак."
Янка Kyпала (293)

"Bocь ён [вядзьмак] ycix i пракляў, i ўвecь пoeзд пабeг ваўкалакамi, з тагo i ваўкoў мнoга."
Максім Гарэцкi (293)

"Icкры cыплюцца з гэтай пoўcцi, калi ў змрoкy нoчы шалёна iмчыцца ваўкалак."
Леанід Дайнeка (293)

В украинском фольклоре
В украинском фольклоре верования касательно людей, способных превращаться в волков распространены достаточно ровно и повсеместно. В Центральной и Северной Украине чаще фиксируется название "вовкулак", на Западной — "вовкун".
Вовкун, как и европейский вервольф, существо часто подневольное и становится волком в наказание или в силу нарушения каких-либо запретов. Среди нарушения запретов находим отказ от Бога и невыполнение его заветов, но чаще вовкулаками становятся путём действий колдунов и чародейников.
Вовкулаком можно и родиться, и с этой возможностью также связаны некоторые запреты. Например, ребёнок, зачатый на Пасху станет вовкуном (754: с.XIII), в чём тоже видно нарушение запрета. Также вовкулака может родить женщина, если беременной увидит волка или станет есть мясо животного, разорванного волком (754: 859, с.86).
Существует множество способов вернуть вовкулаку человеческий облик. Для этого необходимо перевести его через хомут или заставить три раза перекинуться через себя (754: с.XIV). Один из способов, перекусить шнурок на вовкулаке (754: с. XIV), напоминает об одном из самых распространённых в Западной Европе способов превращения в вервольфа при помощи пояса. В других случаях шкура волка рвётся и слезает с человека, зацепившись за какой-либо крюк (756: 82, с.46). Любопытное поверье о вовкулаках зафиксировано на Покутье, в котором считается, что у вовкулаков есть под пахом своего рода ямка, где сходятся концы шкуры. Через неё шкура выворачивается и человек заходит внутрь, а выходит волк (757: s.106). Подобное поверье не имеет прямых аналогий, но в Западной Европе также фиксируются поверья о том, что шкура у вервольфов с одной стороны человеческая, а с другой волчья.
Читать далее...
Як чоловік забуває Бога, то за него забуває и Бог. Тодї відьма бере нечистого за руку, веде на гору и там єго роздуває і каже єму: Перевернись через цей ніж три рази. Як він це зробить, то він весь обростає волосєм. На дорогах грабить людей.
Умань. Зі збірки Д. Щербаківського, 755 // Гнатюк В. Знадоби до української демонології. Том ІІ. Випуск 2. (754: с.85)

Есть мнение, что и европейский вервольф, по крайней мере иногда, идентифицировался с, собственно, разбойником. В то же время указывалось, что подобные сравнения принадлежат, в основном, художественной литературе (672: p.33).
Следующая запись из Хмельницкой области. Её любопытная черта в том, что вовкулак, про которого сообщается, — современник информатора и, судя по всему, вовкулак в данном случае обозначает скорее девиантное поведение данного жителя, чем действительно то, что информатор верит, что он превращается в волка.
В нас йи такий, жи сьи пирикидайи, воўкун, місьиць в вовка, місьиць в чоловіка. В зимі йик сьи вовки тьікайут, то воўкуни гет ідут. В нас воўкун так псів кусайиі вже сьи збирайут йиго бити, тей ни годні.
Зап. від Ганни Колоднїцької з Бедриковець, пов. Залїщики, О. Деревянка, 755 // Гнатюк В. Знадоби до української демонології. Том ІІ. Випуск 2. (754: с.86)

Следующее поверье было записано в Вижницкой районе Черновецкой области. В нём действиями вовкулаков (вовкулаки едят луну) объясняется изменение фаз луны:
Приходьи воўкуни і їдю́т єго́. Так нима, нима, а віта́к ви́тко черво́ний — ду́жи зму́чиний... Чьисо́м прихо́дьи в ночі́ — чьисо́м з ве́чіра; они́ є́го гризу́т, розирву́т, а вита́к си сці́лює місьи́ць наза́д.
Зап. Іван Волошинський в серпни 1911, від Гарасима Джюрєка з Ростів, пов. Вижници, 760 // Гнатюк В. Знадоби до української демонології. Том ІІ. Випуск 2. (754: с.86)

Следующее поверье записано в Воронежской губернии. Кроме любопытной истории о соперничестве двух колдунов-оборотней в ней есть отголоски широко распространённого сюжета о свадебном поезде, превращённом в волков.
Яритників чоловікові нїяк нїльзя гнївить, а то чим нибудь іспорте. Як ото це затїваїця свадьба, так ото вже його бируть дружком, а єслї хто не возьме, так ото вся свадьба пиридєлаїця у вовки. Ті вовки, котрі пиридєлані із людей, називаюця вовкулаками. Ото вона бач і ходять, поки милостивий яритник найдиця, їх пиридєла на людей. Один раз ізбіглось дві свадьби. У кажні свадьбі буди дружками яритники. От вони катались по улицї і ізбіглись: один притворив ся биком і біжить прямо до саней колоть молодих; а цей дружко притворився відмідем. І як ізсоклись биця, так відмідь як ну вола нуздать, так він його одходив добре, так шо після того днїв два на пічі лижав. От він тодї із серця ходив таки, щоб попортить тих таки молодих. Як саме були вичирини, так він хотїв у вікно духом попортить, так той дружко догадав ся та сїв з боку молодих тай обмахував ся платочком; як тілько стане химородить, а він платочком на оддїб і оджене його геть. З тим і згуляли вони свадьбу благополушно. І так у тій містностї, де єсть яритник, так як хто ни попросе його, так ни ожене сина.
Борисовська волость, Валуй пов., Вороніж. губ., 765 // Гнатюк В. Знадоби до української демонології. Том ІІ. Випуск 2. (754: с.88)

"Иные тела дьявол подменяет, и, пока они отсутствуют или спрятаны где-нибудь в тайном месте, сам овладевает телом спящего волка, образовываясь из воздуха, и, окутав его, производит те действия, которые, как полагают люди, совершаются отсутствующей зловредной ведьмой, которая выглядит спящей".
Франческо-Мария Гваццо "Compendium Maleficarum", 1626 (116)

"В мифах и фольклоре различных народов живые существа, обладающие способностью по желанию менять свой облик" (216). Как правило, оборотни имеют два основных обличья — человеческий и звериный. О самой распространённой разновидности оборотня можно прочесть в статье про вервольфа, звериная ипостась которого — волк. "Хотя в легендах и сказках упоминается умение людей превращаться и в других животных (мышей, лебедей, гусей, рыб...)" (16), "тигра (Индия), леопарда, гиену (Африка) или ягуара (Южная Америка)." (116) Также "здесь можно вспомнить многообразие японских оборотней (хэнгэёкай): енотовидные собаки (тануки), кошки (нэко), собаки (ину), обезьяны (сару), журавли (цуру), крысы (нэдзуми), пауки (кумо), карпы (кой) и прочие животные, почитаемые за свои выдающиеся способности" (116).
"Что касается славянских оборотней, С.В.Максимов говорит следующее:
"Оборотни... — существа временные, а не постоянные, являющиеся таковыми на ту лишь пору, когда требуют различные обстоятельства (например, желание отомстить и даже подшутить и тому подобное). В таких случаях оборотнями «скидываются на время» сами колдуны..." (206)
Причем колдуны как сами перекидываются в других существ, так и превращают в них своих врагов.
По преданиям, которые известны всем европейским народам, стать оборотнем довольно просто. Нужно прийти в лес, отыскать гладко срубленный пень, воткнуть в него нож, произнести заклятие и перекувырнуться через этот пень. А чтобы вернуть себе человеческий облик, нужно зайти с другой стороны пня и перекувырнуться обратно. В.И.Даль замечает, что «если нож кем-нибудь похищен, то придется остаться перевертышу на век волком».
В английском фольклоре настоящие оборотни — это боуги и хобгоблины. Но они пользуются своими способностями не столько для того, чтобы навредить людям, сколько чтобы пошалить" (216).

Источники:
Голубев, Максим "Энциклопедия чудес, загадок и тайн" — 2003 (16)
Бестиарий: Вервольфы // "Мир фантастики", №8; апрель 2004 (116)
С.В.Максимов "Нечистая, неведомая и крестная сила" — СПб.: Полисет, 1994 (206)
Кирилл Королев "Энциклопедия сверхъестественных существ" — М.: "Эксмо"; СПб.: Мидгард, 2005 (216)
Сумцов Н.Ф. Символика славянских обрядов: Избранные труды — М.: Издательская фирма «Восточная литература» РАН, 1996 (Этнографическая библиотека). — 296 с. (752)
Знадоби до української демонології. Зібрав Володимир Гнатюк. Том ІІ. Випуск 2 // Етнографічний збірник. — 1912. Т.34 (754)
Этнографические материалы, собранные в Черниговской и соседних с ней губернях. Вып.1: рассказы, сказки, предания, пословицы, загадки и пр. / Б.Д.Гринченко. — Чернигов: Типография губернского земства, 1895 (756)
Pokucie. Obraz etnograficzny. Tom III. — Krakow: Drukarnia Universitetu Jagielonskiego, 1888 (757)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#11 Яробор » 18 сентября 2015, 14:25

Упырь (вурдалак, стрыга)

"В русском фольклоре (точнее, в литературной обработке фольклорных текстов) упырь" (216: с.404), "мифическое существо, живой мертвец, обычно возрождающийся из мёртвых людей или из тех, которые были укушены другим вурдалаком. Пьют кровь родных; обычно из-за появления вурдалаков вымирают целые деревни, так как они умерщвляют в первую очередь, обращая их тоже вурдалаками, самых близких людей (дочь, мать, отец и т. п.)" (**).
По наиболее распространенной версии само "слово, искаженное «волкодлак», впервые употребил А.С.Пушкин" (216: с.404):
Трусоват был Ваня бедный:
Раз он позднею порой,
Весь в поту, от страха бледный,
Чрез кладбище шел домой.
Бедный Ваня еле дышит,
Спотыкаясь, чуть бредет
По могилам; вдруг он слышит, —
Кто-то кость, ворча, грызет.
Ваня стал; — шагнуть не может.
Боже! думает бедняк,
Это, верно, кости гложет
Красногубый вурдалак.
Горе! малый я не сильный;
Съест упырь меня совсем,
Если сам земли могильной
Я с молитвою не съем.
Что же? вместо вурдалака —
(Вы представьте Вани злость!)
В темноте пред ним собака
На могиле гложет кость.
А.С.Пушкин. "Песни западных славян". "Вурдалак", 1835 (*)

Также существует версия, что на образование слова "вурдалак" повлияли западно-славянские формы написания вроде болгарской "върколак" (**). Таким образом вурдалака отождествляют с волкодлаком. (**)

— Упырей, — отвечал очень хладнокровно незнакомец. — Вы их, Бог знает почему, называете вампирами, но я могу вас уверить, что им настоящее русское название: упырь; а так как они происхождения чисто славянского, хотя встречаются во всей Европе и даже в Азии, то и неосновательно придерживаться имени, исковерканного венгерскими монахами, которые вздумали было все переворачивать на латинский лад и из упыря сделали вампира. Вампир — повторил он с презрением, — это все равно, что если бы мы русские, говорили вместо привидения — фантом или ревенант!
А.Толстой "Упырь"

Читать далее...
Упырь и вампир
Дабы упредить упреки о синонимичности упыря и вампира, сразу скажу, что связь есть. Связь между упырем и вампиром примерно такая же, как между рэпом и айронби. Второй произошел от первого, но делает вид, что они не знакомы. Первый крайне непрезентабелен, второй аристократичен. Первый уродлив, второй нравится девочкам. В общем, как отвечали КВНовцы, если ты выходец из рабочего квартала и у тебя грязь под ногтями, то ты упырь. А если у тебя папик — миллионер и ты весь в гламуре, то ты вампир. В смысле, рэпер и айронбишевец соответственно.
Дело в том, что тот вампир, которого мы все хорошо знаем (кто-то лучше, кто-то хуже — кому как повезло), есть продукт литературного творчества, клишированный и растиражированный компьютерными играми (об этом уже начали писать и писать достаточно подробно (346; 347; ***)). Его корни однозначно упыриные. И, что интересно, славянского происхождения. Правда, происхождение это сугубо лингвистическое, потому что всякие демонические сущности (и посмертные в их числе), которые питались человеческим соком и мясом, были известны задолго до появления славян на исторической арене.
Не будем углубляться в дебри вампирических сущностей с разных концов света. Это скорее уместно сделать в статье про вампира (хотя нет, сделаем пару засечек на память: австралийский Яра-ма-йха-ху, китайский Чиан-ши, римские ламии со всеми их месопотамскими предшественницами, филлипинские асванги да и хватит пока, хотя пласт, конечно, богатейший (348)). Здесь же остановимся на нашем родном упыре.

Собственно упырь
Славянский упырь имеет свою — и достаточно богатую, хочется отметить — историю. Начало этой истории Б.А. Рыбаков относит к палеолиту или мезолиту — времени тотального доминирования охотничьего хозяйства. В его классификации, которая строится во многом на таком документе XII в. как "Слово об идолах", эпоха упырей и берегинь есть первая стадия религиозно-мифологического сознания славян.
"...а преже того клали требы упиремь и берегыням"
Слово об идолах (344)

Упыри здесь представляются злобными духами, враждебными человеку, которого защищают берегини (совсем еще не русалки, кстати). Представляется, что и те, и другие мыслились людям как духи ушедших (навьи). Тем более, что в свое время Д. Зеленин убедительно показал, что теоретически все покойники (навьи) делятся на "хороших" (дзяды в белорусской терминологии) и "плохих" ("заложных" в терминологии Зеленина). Итак, упыри являлись злыми духами, духами умерших — вероятно, чужих людей, иноплеменников, врагов. Акцент здесь следует ставить именно на "духах", хотя сам Рыбаков делает упор на чужеродности. Не совсем корректно с точки зрения современной этимологической науки (принято считать, что слово "вампир" попало в европейские языки через Германию от славян и является измененным словом "упырь"), он выводит этимологию слова "вампир" от "ва/вя" — "оный"/"иной" и "пърь" — корень, встречаемый в словах, обозначаемых силу: "пря", "топор", "порато" и прочих (344). Наиболее же авторитетный на сегодня этимологический словарь М.Фасмера утверждает, что слово "упырь" соотносится либо с нетопырем (летучей мышью) через праславянское o§руrь, либо с пером и парением (o§pirь), дуновением. Подобные ассоциации упыря в качестве умертвия с парящим духом и полетом вполне понятны и, мы бы даже сказали, закономерны: душа как необходимая составляющая жизни — дыхание как видимое вопложение жизни — пар (например, зимой от дыхания) как видимое воплощение души — перение (и бестелесность, и полет) как состояние души после смерти тела. Отсюда, кстати, дальнейшая вера в то, что именно по ветру можно с помощью мертвецов или материалов с могилы насылать болезни (моровое поветрие, например) и по иному вредить людям. Кстати, "румынское "носферату", второй по распространенности термин для обозначения вампира, считается произошедшим от греческого nosophoros ("несущий чуму") (**).
Впрочем, относительно происхождения слова "упырь" есть и иные теории. В частности, Е.Е. Левкиевская пишет: "Некоторые считают, что оно означает «раздутый» от крови жертв (58), другие полагают, что древняя форма этого слова значит "несожженый", "не преданный огню" (от общей индоевропейской традиции кремировать покойника и связано с греческим απυροξ "жертва без огня. не принятая богами", латинским purus "чистый", хеттским pahhur "огонь" (291)).
После распространения ингумации вместо кремации наступает, вероятно, новый этап в эволюции упыря. Понятно, что коль трупосожжение уступает место захоронениям в земле, злобные упыри получают возможность "стать ближе к людям". Они постепенно перестают быть просто духами и становятся "восставшими" в телесности покойниками. Как таковые они до нас и дошли. Причем, современные фольклор знает их очень хорошо, хотя и под разными именами (а что делать? как говорится, не кличь лихо...):
По данным опроса сельского населения восточной Польши (Л.Пелка "Польская народная демонология", 1987), около 80% информантов продолжало верить, что умершие приходят с того света навещать живых, но лишь треть из числа опрошенных пользовалась термином "упырь", остальные либо избегали какого бы то ни было именования, либо называли таких духов терминами: nieboszczyk, umrzyk, duch pokutujnicy, strach, zіy duch, mara, zmora, то есть "покойник", "мертвец", "душа раскаявшегося грешника", "пугало", "злой дух", "мара", "змора" (**).
По поверьям, "упырь является в облике конкретного умершего, одет он в ту же одежду, в какой был похоронен. Его можно распознать по наличию хвоста, а по некоторым верованиям, — по наросту под коленкой, скрывающему отверстие, через которое вылетает душа" (58). В телесном виде egahm представляет собой "либо скелет, либо раздутое тело, мешок с кровью". Если же упырь имеет вид обычного человека, то "его потустороннюю сущность выдает необычно красное лицо, отсутствие тени, проваленный нос, ряд других аномальных признаков" (**). Еще у него толстые от сосания губы и острый как жало язык (291).

Причины "упыризации" :lol:
Итак, упырь — это "злодеятельный мертвяк", который после смерти встает по ночам из могил дабы вредить людям, скоту и хозяйству в целом. В отличие от вампира, упырь не является инициированной нечистью, т.е. его не кусает другой упырь. Причиной упыризации покойника могут являться:
а) особенности смерти — вероятность того, что покойник станет упырем, велика в том случае, если смерть человека была преждевременной (т.е. жизненная сила человека не была до конца реализована) или неестественной: самоубийство, смерть от ран, во время эпидемий, смерть без исповеди или отпущения грехов.
Анализируя русские заговоры, Б.А. Рыбаков пишет: "В ряде случаев упыри не названы этим именем, но явно подразумеваются: колдун, насылая порчу на человека, просит в своем заговоре помочь ему "умерших, убитых, с дерева падших, заблудящих, некрещенных, безыменных..." (344)
б) специфика жизни — развратник, убийца, скупец, пьяница, да просто злой и жадный человек также после смерти может стать упырем. А может и не стать, но вот кого не минет чаша сия, так это злобных ведьм и колдунов, продавших душу Дьяволу. Собственно, для восточнославянского арела (особенно север России) характерно именно такое представление о происхождении упыря, которого тут зовут "еретник" (48).
"Злые знахари, по смерти, бродят упырями"
Толковый словарь А. Даля (207)

в) обстоятельства рождения — южные славяне верят, что некоторым судьбою предназначено после смерти "подняться". Это приписывалось людям, которые были зачаты в «злую» минуту (только никто не знал, когда она наступала), в пост или праздник, или родились в сорочке (349). Среди белорусов, говорят, бытовало поверье, что упырем после смерти может стать и подбабич, т.е. ребенок женщины, которая родила уже после того как стала бабить чужих детей (291).
Еще одним фактором упыризации может стать неправильное поведение людей между моментом смерти и похоронами человека. Так, нельзя, в частности, передавать над телом покойника предметы и тем более ронять на него что-нибудь; нельзя допустить, чтобы через тело перескочило какое-нибудь животное (особенно черная кошка) или перелетела птица; нельзя, чтобы на покойника капал дождь и людям, которые несут покойника на кладбище, нельзя оборачиваться (349).

Методы противодействия
По большому счету, они традиционны и общеизвестны. Превентивные мягкие, которые используются по отношению ко всем покойникам: на похоронах строгое выполнение таких предписаний и запретов как не оставлять покойника ни днем, ни ночью, не гасить свет в доме, не допускать к мертвому животных, избегать смертной тоски об ушедшем (особенно касается матерей и жен), поминать по положеным дням. Превентивные жесткие, которые применяются по отношению к тому покойнику, который, как верят односельчане, очень даже может "подняться": протыкают иглой кожу, рассекают труп на несколько частей, подрезают под коленками жилы, втыкают в пятки острые предметы, рассыпают по могиле мак или угли. Ультимативно карательные — это когда упырь уже дал о себе знать. Причем, не обязательно кровопийством. Упыри, как известно, могли наслать мор (равно на людей и на скотину), могли побить градом посевы или, наоборот, погубить нивы засухой. В таких случаях, как писал М. Грек:
"Телеса утопленных или убиенных и поверженных не сподобляюще я погребанию, но на поле извлекше их, отыняем колием". (344)
Иными словами, на помощь приходил добрый кол (у восточных славян осиновый, у южных — терновый), огонь и святая вода. Также помогало расчленение: могилу следовало отрыть, голову упыриную отсечь (тока смотреть, чтоб ежели брызнет чего, так чтоб не людев, и чтоб сок упыриный ежели превратится в гадов каких, так гадов тех подавить всех без выключения, дабы из частички своей малой упырь не возродился в полной силе) и упыряке между ног положить пастию вниз, тело колом проткнувши. А еще лучше сжечь его до праха, а оный развеять.
Вот оно, пожалуй и все. Жалко мне, что наши упыряки позабылись в вампирской тени, в лучшем случае став синонимами последних или их брутальным вариантом: тухло-зеленоватого цвета, омерзительно воняющим и покрытым слизью, с длинными острыми когтями на лапах. "Если вампир пожирает плоть жертвы, рано или поздно он станет простым упырем..." (347).
И на последок. Современные упыри, и это совсем не тайна, обитают на Упыри.орг, а первое литературное упоминание упыря, как ни странно, к посмертиям и вампирам никакого отношения не имеет:
"Слава тебе Господи царю небесныи, яко сподоби мя написати книги си. Ис коуриловице князю Влодимиру Новгороде княжащю сынови Ярославлю болшему. Поучах же е писати в лето 655 месяца мая 14. А кончах того же лета месяца декабря в 19. Аз поп Оупирь Лихыи. Тем ж молю всех прочитати пророчество се. Велика бо чюдеса написаша нам сии пророци в сих книгах. Здоров же княже будь в век живи, но ... писавшаго не забывай".
Книга Пророков в переписке священника-рунорезца Эпира Неробкого (*)

Живой упырь в борьбе с умершими упырями. Дело из махновского уездного суда о крестьянине Максиме Мазуренке за откопание мертвых тел и отрубление им голов в 1831 году.
Ниже приводится текст небольшой заметки, опубликованной в журнале "Киевская старина" за 1884 год по архивному делу в Центральном Киевском архиве. Квадратные скобки обозначают начало страницы оригинального печатного издания.
[169] Курьёзное такое происшествие случилось в 1831 году, в селе Подосах, киевской губерни, бердичевского уезда Впервые тогда появилась холера и своими многочисленными жертвами надолго оставила в памяти народа этот год, известный у него и доселе под названием «великого помірка” (великого мора). Тогда по сёлам умирало ежедневно по несколько десятков душ в каждом.
Завернула эта "пошість" и в с. Подосы. С начала июня стали умирать селяне по одному, по два в день; но чем дальше, тем смертность становилась больше. 24 июня умерло 8 душ, лежало больных до двадцати.
Селяне не знали что делать, как отвратить от себя такое зло. Пробовали различные средства: святили воду в криницах на четырёх концах селения, заставляли нескольких женщин, в одежде Евы, под вечер, оббежать вокруг всего села; ни то ни другое средство нисколько не помогло. Наконец, кто-то посоветовал обратиться к Максиму Мазуренку, крестьянину соседнего селения Степанок, который, как ходил слух, может излечивать всякую болезнь. 28 июня два крестьянина из с. Подосов приехали к Мазуренку с просьбой отправиться к ним для истребления открывшейся у них болезни. Мазуренко согласился и на другой день был в Подосах. После некоторых расспросов он объявил крестьянам, что вся эта болезнь происходит от умерших недавно местного пономаря и его жены, похороненных в одной могиле и в одном гробу.
— Это они, говорил Мазуренко, встают ночью, вылазят из своих гробов и ходят по селу, по хатам: где в хату зайдут и дохнут на человека, тотчас он и заболеет, а кого ещё и кровь высосут, тот не поднимется уже во веки вечные.
Тут его заявление подтвердила крестьянка Явдоха Карпенкова. Она стала рассказывать, как однажды поздним вечером встретил её на улице умерший пономарь и, ударив палкой, велел вести его к своему сыну, местному дьячку. «Я, говорит, [170] подвела его к дьяковой хате, отворила дверь и впустила его в сени, а сама стала под хатою и слушаю, что-то будет; как вдруг загрохотали миски и горшки в хате, а на другой день, помню, жаловался дьячок, что кто-то ночью потолк у него в хате все миски и горшки: даже, говорит, шлеи и вожжи нашёл я близ церкви, а помню хорошо, что с вечера положил их под хатою на завалине».
Хотя Явдоха считалась полоумной, но в настояющую минуту всё село потеряло голову, и все вполне поверили заявлениям Карпенковой.
— Так что-ж, Максим, нельзя-ли как беде помочь?
— Отчего нельзя? — можно. Нужно только сейчас же идти к могиле пономаря и его жены, откопать их и отрубить им головы; а то вот у вас сегодня умерло девять душ, а на завтра умрёт ещё больше, если только этого не сделать.
Нужно было добиться согласия дьячка, сына покойников, которых предложенная мера касалась. И вот громада направляется к дьячку с просьбой отрыть могилу отца и матери его.
– Что хотите делайте с ними, только бы они не ходили больше по селу, ответил дьячок Федор Левицкий.
Тогда громада, предводительствуемая Мазуренком, двинулась к кладбищу.
Разрыли могилу, открыли гроб; Мазуренко с топором в руках вскочил туда и принялся рубить головы пономарю и его жене; ударил раз, другой, — из перерубленной шеи показалась кровь.
— Вот видите, сколько проклятые выпили людской крови! заметил Мазуренко.
— И в самом деле, подтвердил замечание Мазуренка присутствовавший при вскрытии могилы местный сотский Денис Дмитренко и прибавил: «а ведь всё это кровь христианская».
— Дайте же мне осиновый кол, и я их приткну тут до самой земли; тогда уж не поднимутся больше.
Подали два колка, Мазуренко пригвоздил ими пономаря и его жену. Затем потребовал хворосту и тут же в гробу сжёг их головы.
[171] — Теперь засыпайте землёю, обратился к присутствовавшим; уже больше не встанут.
В благодарность за такое лечение подосская громада решила выдать Мазуренку из общественной казны рубль серебром, да пол-корца ржи и, сверх того, послать трёх человек для уборки Мазуренкового хлеба.
Между тем вскоре дошло известие о врачевании Мазуренка до местного начальства; последнее привлекло его к уголовной ответственности. На суде Мазуренко заявил, что он уже в течении пяти лет пособляет людям в различных болезнях, что делает это в силу врождённой способности: «Я, говорит, родился упырём, и пока жить буду, буду помогать людям в их болестях».
Для излечения самого Мазуренка от «упырства» начальство предало его церковному покаянию на полтора года.
Источники:
Кошовик, К. Живой упырь в борьбе с умершими упырями (Дело из махновского уездного суда о кр. Максиме Мазуренке за откопание мертвых тел и отрубление им голов. 1831. Хранится в К. Ц. Архиве) // Киевская старина. — 1884, Том VIII (январь). — с.169-171 (827)

ЭТИМОЛОГИЯ СЛОВА УПЫРЬ (читать обязательно!)

Стрыга

Shtriga — карпато-балканский, албанский вариант названия Стриги
Štriga — карпато-балканский, албанский вариант названия Стриги
Strigoi — румынский вариант названия Стриги
Strzyga — польское написание названия Стриги
Стржига — польское произношение названия Стриги
Стрига — украинский вариант написания названия Стрыги
Стриго́й — румынский вариант названия Стриги
Штрига — карпато-балканский, албанский вариант названия Стриги

В западно-славянской и карпато-балканской мифологиях ведьма, нежить, упырица, пьющая человеческую кровь.
Изначально — персонажи римской мифологии, ведьмы, потомки гарпий, нападавшие ночами на младенцев в облике сов-сипух. Овидий в «Фастах» говорит:

Хищных порода есть птиц, не тех, что томили Финея
Голодом жутким, но тех, что походят от них:
Головы их велики, очи зорки, а клюв беспощаден,
В крыльях видна седина, крючьями когти торчат.
Ночью летают, хватают детей в пеленах колыбельных
И оскверняют тела тех младнцев грудных.
Клювами щиплют они, говорят, ребячьи утробы
И наполняют себе выпитой кровью зобы.


Впрочем, Петроний в «Сатириконе» утверждает, что стриги всего-навсего подменяют младенцев, оставляя родителям соломенные чучела.
Именно из мифа о стригах выросли многие легенды о вампирах, влившись в представления самых разных народов, живущих в Европе. От средневековой французской формы слова estrie, например, известны ведьмы-вампиры эстри в фольклоре европейских общин евреев (777: p.38). Наиболее распространены формы этого слова в карпато-балканском регионе. Собственно, strigă (strigoi) по-румынски и есть «вампир», отсюда же произошло и албанское «штрига». В албанском фольклоре штрига уже не превращается в птицу, напротив, принимает человеческую форму (предпочитая образ старой женщины, часто вселяется в тело умершей темной ведьмы). Она питается spiritus vita (жизненной силой) человека ночью, пока он спит. Предпочитает детей, потому что в них больше жизненной силы. Если в семье несколько детей, то покончив с одним, штрига обязательно придет за другими. Жертвы штриги заболевают, впадают в кому и, в конечном счете, погибают. Однако штрига (и только она) может исцелить ребенка, чью силу забрала.

Источники:
Кирилл Королев "Энциклопедия сверхъестественных существ" — М.: "Эксмо"; СПб.: Мидгард, 2005 (216)
Trachtenberg J. Jewish Magic and Superstition: A Study in Folk Religion — Philadelphia: University of Pennsylvania Press, 1939 (777)
Марина Власова "Энциклопедия русских суеверий" — СПб.: Азбука, 2008 (48)
Е.Левкиевская "Мифы русского народа" — М.: Астрель, АСТ, 2005 (58)
В.Даль "Толковый словарь живого великорусского языка" — М.: "Цитадель", 1998 (207)
Беларуская міфалогія. Энцыклапедычны слоўнік — Мінск: Беларусь, 2004 (291)
Рыбаков Б.А. Язычество древних славян — М.: Наука, 1981 (344)
Ричард Псмит (Андрей Ленский) Вампиры и упыри // Лучшие компьютерные игры. №2 (63); февраль 2007 (346)
Асмолов К. Жажду утоляют кровью: Эволюция вампиров. // Мир фантастики. №3; ноябрь 2003 (347)
Мэлтон Дж.Г. Энциклопедия вампиров — Ростов: Феникс, 1998 (348)
Славянская мифология. Энциклопедический словарь. 2-е изд. — М.: Международные отношения, 2002 (349)
Кирилл Королев "Энциклопедия сверхъестественных существ" — М.: "Эксмо"; СПб.: Мидгард, 2005 (216)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#12 Яробор » 18 сентября 2015, 14:30

Индрик

Древние славяне называли единорога Индриком и почитали его гораздо больше, нежели их западные соседи. Вот что говорит об Индрик-звере словарь славянской мифологии (авторы: Елена Грушко и Юрий Медведев): "Глава и владыка звериного царства. Ходит он по поднебесью. Когда Индрик-зверь разыграется, вся Вселенная всколыбается! От его чудодейных копыт произошли на земле все овраги, котловины и пади, которые потом заполнились водою... Еще в XVII столетии рогу этой "матери всем зверям" приписывались целебные свойства, и уверенность в этом была настолько велика, что даже царь Алексей Михайлович, по свидетельству дворовых книг (1655 год), соглашался за три таких рога заплатить десять тысяч рублей соболями и мягкой рухлядью (мехами). Сведущие в целении болезней русские люди того времени были убеждены, что рог единорога не только может оказывать помощь в различных болезнях, но и дает владеющему им человеку уверенность в цветущем здоровье на всю жизнь долголетнюю" (8), к тому же, судя по книге А.Афанасьева "Поэтические воззрения славян на природу", рога эти "...светятся и бывают длиной до шести пядей" (9).
Кроме этого А.Афанасьев в своей книге приводит некоторые отрывки из русского фольклора, в которых речь идет об индрике:
"У нас Индра-зверь всем зверям отец:
Была на сем свете засушейца,
Ня было добрым людям воспитанийца,
Воспитанийца, обмыванийца;
Йон копал рогом сыру мать-землю,
Выкопал ключи все кипучии;
Йон пускал по быстрым рякам
И по маленьким ручьявиначкам,
По глубоким, по большим озярам;
Йон давал людям воспитанийца,
Воспинатийца, обмыванийца."
* * *
"Куда хочет (зверь) — идет по подземелью,
Аки Солнце по поднебесью.
Он происходит все горы белокаменныя,
Прочищает ручьи и проточины,
Пропущает реки, кладязи студеные:
Куда зверь пойдет — туда ключ кипит.
Когда этот зверь возыграется,
Словно облацы по поднебесью,
Вся Вселенная (мать-земля под ним) всколыбается."
* * *
"Когда этот зверь (рогом) поворотится,
Воскипают ключи все подземные" (9).
"Разрывая своим рогом (то есть молнией) облачные горы и подземелья и заставляя дрожать мать-сыру землю (потрясая ее громовыми раскатами), чудовищный зверь дает исток дождевым ключам и рекам" (9).
"Живет тот зверь в Сионских горах, в Фаворе или Афон-горе, он пьет и ест во святой горе (или "... из синя моря") и детей выводит во святой же горе, когда зверь поворотится — все святые горы всколыхаются!" (9)

Источники:
Грушко Е.А., Медведев Ю.М. "Словарь славянской мифологии" — Русский купец, Братья славяне, 1996 (8)
А.Н.Афанасьев "Поэтические воззрения славян на природу" — М.: Современный писатель, 1995 (9)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#13 Яробор » 18 сентября 2015, 14:36

Кикимора

Вещица — региональное белорусское название Кикиморы
Кикиморка — вариант названия Кикиморы
Кикимра — вариант названия Кикиморы
Кукимора — вариант названия Кикиморы
Ма́ра — вариант названия Кикиморы Происки поздних христианских авторов низвергнувших Великую Богиню, до уровня обычного вредящего духа.
Сусе́дка — прозвище Кикиморы, как одной из домашних духов
Шиши́мора — вариант названия Кикиморы
Шишига — вариант названия Кикиморы

"— От силы нечистой зародилось во чреве сие детище, проклинали его отец с матерью еще до рождения, кляли-бранили клятвой великою: не жить бы ему на белом свете, не быть бы ему в обличье человека, гореть бы ему век в смоле кипучей, в огне неугасимом! Унеси, нечистая сила, дите свое из утробы матери за тридевять земель, нареки его там кикиморой, отдай на взращение кудеснику в горы каменные. Расти ему там в холенеге на беду всему роду человеческому, научаться премудростям, любому волшебству всякому!.."
Елена Грушко "Венки Обимура" (211: с.133)


Читать далее...
"Кикимора (по-другому — шишимора) известна не всем восточным славянам. Поверья о ней распространены, в основном, у русских и, меньше, у белорусов. Однако многие черты этого мифологического образа указывают на то, что он сложился в глубокой древности, и скорее всего, под влиянием почитания Мокоши*.
Слово кикимора (и его варианты кикимра, кукимора, кикиморка) состоит из двух частей. Первая часть "кик-" возводится к древнему балто-славянскому корню "кик-/кык-/кук", который имеет значение горбатости, скрюченности (другими исследователя связывается то с глаголом "кыкать" — кричать, издавать резкие звуки, то с существительным "кика" — хохол, чепец). Вторая — "мора" восходит к общеславянскому корню "моръ" — смерть. Вторая часть слова — мора в других славянских языках выступает как самостоятельное слово, обозначающее женских демонов, насылающих на людей ночные кошмары. В польской мифологии мора — это женщина, у которой по ночам душа может отделяться от тела, в виде мотылька проникать в чужие дома и душить спящих. Похожие верования существуют и у южных славян.
Другое название — шишимора возводят к русским диалектным глаголам "шишить, шишать" ("копошиться, шевелиться, делать украдкой"), и это довольно точное определение поведения этого существа.
Кикиморой, как верят в народе, становится ребенок, проклятый родителями, как, например, в сказке "Кабачная кикимора", записанной в Самарской губерни (961: с.233-236). Иногда это ребёнок, загубленный матерью или умерший до крещения. Часто считается, что кикимора поселяется в домах, построенных на "плохом" месте, то есть там, где был зарыт удавленник или неотпетый покойник; где был убит или умер ребенок, или же где похоронено тело ребенка. По источникам XVIII века, кикимора — это ребенок, похищенный или обмененный нечистой силой. В XIX веке полагали, что кикиморы — это дети, рождающиеся от связи девушек с огненным змеем.
Кикимора может появиться в доме также вследствие злого умысла, порчи: ее могут "напустить" печники или плотники при постройке дома, желая отомстить хозяевам за какую-нибудь обиду. Они закладывают сделанную из щепок и тряпочек куколку — фигурку "кикиморы" под матицу* или между бревен в переднем углу.

Кикимора живёт в нежилых домах; она бросает во входящих в такой дом камнями из развалившейся печи. Заводится и в жилых домах, если какой-нибудь зложелатель при постройке дома всунет в низ вместе со мхом куклу, обрубок дерева, или даже щепку; в доме вследствие этого поднимается по ночам шум, стук, начинает бить посуду, словом, в доме поселяется кикимора.
Потанин Г.Н. "Юго-западная часть Томской губерни в этнографическом отношении" (1052: с.147)


Кикимору обычно представляют в виде маленькой, безобразной, скрюченной старушки, смешной, уродливой, неряшливой, одетой в рвань, лохмотья. Она так мала и суха, что не выходит на улицу, боясь, что ее унесет ветром. Именно так старухи на Святки рядились кикиморами:

Старухи одевались в шаболки (рваную одежду. -Авт.) и с длинной заостренной палкой садились на полати, свесив ноги с бруса, и в такой позе пряли. Прялку (копыл) они ставили меж ног... Девушки смеялись над шишиморой, хватали ее за ноги, а она била их палкой.

Реже считалось, что кикимора — это девушка с длинной косой, нагая или одетая в белую, черную либо красную рубаху, или же крестьянка в головном уборе замужней женщины — повойнике, а иногда — с распущенными волосами. И совсем уже редко ее представляли в облике мужчины. Белорусы верили, что кикиморы — это маленькие девочки, они живут в доме и досаждают членам семьи писком, визгом и шумом. А иные утверждали, что кикимора показывается в виде какого-нибудь животного: свиньи, собаки, зайца, утки, хомяка.
Если в доме завелась кикимора — значит, там неблагополучно, "нечисто". Появляясь в доме, она начинала творить мелкие пакости: бросала и била горшки, мешала спать, стучала вьюшкой, кидалась из подполья луковицами, с печи — шубами и подушками; выдергивала волосы у хозяина, перья у кур, стригла шерсть у овец и делала из этой шерсти постели для скота, досаждала людям воем, писком, плачем. В общем, если кикимора завелась в доме, то в нем уже не жить — обязательно выживет хозяев.

В одном доме, построенном на месте погребения неотпетого покойника, завелась кикимора. С тех пор в доме не стало покоя: никого не видно, а человеческий голос стонет, а как сядут за стол, слышится голос: "Убирайся-ка ты из-за стола-то!", а не послушают — начнет швырять подушками. Так и выжила кикимора хозяев из дому.

Но и это не самое страшное. Кикимора, насланная колдуном или "насаженная" в виде куколки строителями, может погубить человека, сжить его со света. Из-за "насаженной" кикиморы в доме чудятся то поросенок, то заяц, мерещатся свист, плач, песни и танцы.

У нас три чуда было. Вот в этой избе. Заяц бегал, бык, собака и поросенок. Хозяйка ушла за дровами, а в избе поросенок. Она пришла — он на лавку, на стол, везде. А потом в этом доме стала маячить собака. А то двери раскроются. Вдруг все двери — раз — все открылись. А потом что? Стали искать — куколка завязана: будто как платочек личико — или, как сказать? — мордочка перевязана. Сожгли эту куколку — маячить не стало.
Это уж на моем веку было. Отец мой дом строил, и плотников чем-то осердили. Они в последний ряд, под балку, куколку положили. Ночью как давай кричать: ребенок ревет, аж за душу тянет. Спать никак не могли в этом доме. Посудили старики. Пришлось снимать, раскрывать крышу и этот ряд бревен. Нашли куколку. Маленькая такая, из тряпочек сшита. Наотмашь ее бросили, а потом в печь. С тех пор все кончилось.
А еще кикимора мучает скотину, гоняет лошадей.
В одном хозяйстве кикимора повадилась ездить по ночам на кобыле и гоняла ее так, что к утру лошадь была в мыле. Хозяин подстерег кикимору рано утром и увидел: сидит на лошади небольшая бабенка в шамшуре (женском головном уборе. - Авт.) и ездит вокруг яслей. Хозяин стегнул ее по голове плетью. Кикимора соскочила с лошади и закричала: "Не ушиб, не ушиб, только шамшурку сшиб".
На Русском Севере полагали, что кикимора стрижет или выщипывает шерсть у овец, из-за чего они плешивеют.

У одного хозяина кикимора сильно мучила овец, выстригала у них шерсть, и как ни старались избавиться от нее, ничего не выходило. Тогда хозяева решили переехать в другую деревню. Надеялись, что кикимора на старом месте останется. Как вещи на подводу уложили, хозяин спрашивает: "Все взяли из дома?" А с подводы раздался тоненький голос: "Все ли вы взяли, не знаю, а я свои ножницы взяла!"

Однако кое-где кикимору считали полезной: она-де помогает хозяйке печь хлебы, убаюкивать детей, мыть кринки, ухаживать за скотиной.
Любимое занятие кикиморы — прядение и шитье. По ночам она играет с прялкой, веретеном и пряжей, может допрясть за хозяйку, но чаще рвет, мусолит и путает шерсть, жжет кудель, оставленную на ночь без благословения. Прядет кикимора на голбце*, при этом постоянно подпрыгивает и сучит нить не слева направо, а наоборот" (58).

Выходит она, чтобы проказить с веретенами, прялкой и начатой пряжей. Она берет то и другое, садится прясть в любимом своем месте: в правом от входа углу, подле самой печи. Впрочем, хотя кикимора и прядет, но от нее не дождешься рубахи, говорит известная пословица, а отсюда и насмешка над ленивыми: "Спи, девушка: кикимора за тебя спрядет, а мать выткет".
С.В.Максимов "Нечистая, неведомая и крестная сила" (206)


"Пытается она и шить, но швы, ею сделанные, неровные, и никакую работу она не может довести до конца. "От кикиморы рубахи не дождешься", — гласит русская пословица. Все это сближает ее с другими женскими персонажами восточнославянской мифологии — с русалкой, женой домового доможирихой, Параскевой Пятницей*.
По поведению кикиморы можно узнать будущее: она показывается на печке или пороге дома перед смертью кого-либо из членов семьи или перед какими-нибудь важными событиями. Если кикимора усядется прясть на лавку, стоящую в переднем углу, это также к смерти кого-либо из домочадцев. Предвещая беду, она плачет или громко стучит коклюшками, плетя кружева. Кикимора отвечает стуком на заданные ей вопросы. В народе верили, что если поймать кикимору и выстричь крестообразно у нее на темени волосы, она станет человеком, но на всю жизнь сохранит какие-нибудь недостатки: кривизну, заикание, слабый ум.
Кикимора обитает в жилом доме, реже — во дворе, бане, хлеву, на гумне, в курятнике; в пустых домах; в кабаках. В доме выбирает места, которые предпочитает и прочая нечистая сила: за печью или на печи, на чердаке, в подполье. Считается, что кикимора присутствует в доме постоянно, но дает себя видеть или услышать только по ночам. Впрочем, она может появляться только на Святки или в ночь перед Рождеством — то есть тогда, когда на этот свет приходят обитатели загробного мира. В некоторых местностях думали, что до Святок она живет на улице или на гумне, а потом уходит неведомо куда. На Святках она рожает детей — шушканов, которые тут же вылетают в трубу и живут на улице до Крещенья (19 января ст.ст.). А на Герасима Грачевника (17 марта ст.ст.) кикиморы становятся смирными, и тогда их можно выжить из дома.
От кикиморы защищает молитва, упоминание Божьего имени или же, наоборот, грубая ругань. Самые лучшие обереги от нее — "куриный бог" (камень со сквозной дыркой, старый лапоть или горлышко от разбитого кувшина). Такой оберег вешали над насестом, чтобы кикимора не мучила кур. Чтобы уберечь от нее скот, в хлеву под ясли клали заостренную палку, которой закалывают свиней. Кикимора боится можжевельника, пояском из которого опоясывают солонки, чтобы она не запускала туда свою мохнатую лапку. А если она начинает греметь посудой и бить горшки, самое верное средство — перемыть их водой, настоянной на папоротнике" (58).

"Нерадивой же хозяйке остается одно средство: бежать в лес, отыскать папоротник, выкопать его горький корень, настоять на воде и перемыть все горшки и кринки — кикимора очень любит папоротник и за такое угощение может оставить в покое."
Кирилл Королев "Энциклопедия сверхъестественных существ" (216: с.264)

Избавиться от кикиморы чрезвычайно трудно. В одном из лечебников XVIII века предлагалось такое средство: "от кикимор в доме положить верблюжью шерсть, когда суседка (тож кикимора) давит — лечение то же, шерсть с рясным ладоном клади под шесток". Кикимору можно было изгнать и с помощью заговора: "Ах ты, гой еси, кикимора домовая, выходи из горюнина дома скорее" (58).
Чтобы избавиться от кикиморы, обметают печь и углы в избе, окуривая ее ладоном и приговаривая: "Выходи ты, кикимора-домовая из горюнина дома скорее, а не то задерут тебя калеными прутьями, сожгут огнем-полымем, зальют черной смолой. Слово мое твердо. Аминь" (60).
"А вот кикимору, насланную колдунами, можно уничтожить только одним способом: отыскать в доме куклу или другой предмет, с помощью которого ее наслали, и с величайшими предосторожностями выбросить его за пределы усадьбы или сжечь.
По поверьям, кикимора боится медведя и убегает от него. Об этом рассказывает распространенная быличка.

Рассказывают, что в одной избе завелась кикимора, она ходила целые ночи по полу и сильно топала ногами. Потом она стала греметь посудой и бить плошки. Хозяевам пришлось уехать из этого дома, и он остался в запустении. Через некоторое время там поселились цыгане с медведем. Кикимора, не зная, с кем связалась, набросилась на медведя, но тот сильно помял ее. Кикимора убежала из этого дома. Когда хозяева узнали, что в доме перестало "пугать", они вернулись туда. Через месяц подошла к дому кикимора в образе обычной женщины и спросила у детей:
— Ушла ли от вас большая кошка?
— Кошка жива и котят принесла, — ответили ей ребята.
Кикимора пошла обратно, бормоча на ходу:
— Теперь совсем беда, зла была кошка, а с котятами к ней вообще не подступишься..." (58)

Кикимора болотная.

В славянской мифологии "жуткое создание, живущее в болотах и топях. Принимает внешность старухи, закутавшейся в ряднину, сотканную из мха и водорослей. Однако мало кто из живых видел кикимору, потому что она невероятно скрытна — на болотах в лучшем случае можно услышать ее вой.
Заблудившихся на болотах людей кикимора криком зазывает на трясину, откуда нет возврата. Поверхность трясины, состоящая из спутавшихся мхов, неожиданно раскрывается... и появляется кикимора, чтобы любоваться жуткой агонией медленно погружающегося в топь несчастного" (49: с.337-338).

Читать далее...
Ёсць яшчэ і кікімара, якая жыве ў балоце. Кікімара — гэта нікуды не годнае, малое сушчаство. Яна вельмі малая, худая і дажа, можна сказаць, гідкая. Звычайна ўяўляецца як старая жанчына з цёмнымі чорнымі валасамі, можа, трохі з седзіною. Часцей за ўсё вельмі непрыгожая: у яе вялікі нос, чорныя вочы, насупленыя бровы, можа быць бяззубая, твар у барадаўках, і часта кікімара з гарбом. Звычайна шкодзіць людзям. Кікімарамі ў наш час таксама называюць людзей, якія робяць нешта дрэннае.
Запісана ў г.п.Акцябрскім (1053: с.177 па 449: с.559-560)

Кікімара — страшэнная жанчына, вельмі лахматая, з вялікімі рукамі, ногі ў яе кароткія, не як чалавек ходзіць, а перакідваецца з адной нагі на другую. Яна жыве ў балоце, дзе шмат чароту. Яна зацягвае чалавека ў балета. Калі не паспеў чалавек выбрацца, хапае яго сваімі вялікімі рукамі і паціхеньку цягне ў балота, паку ль зусім чалавек не схаваецца ў ім.
Запісана ў Клецкім раёне (1053: с.174 па 449: с.560)

Чула, што кікімара — пагібшая маленькая дзевачка, нехрышчоныя дзеткі, а то і ўбітыя роднымі мамкамі і папкамі. Яны ходзяць, ад ветру хістаюцца, худзесенькія, малесенькія, з галубымі валосьямі. Можэт, яны жывуць у балотах? Я знаю, што гавораць: "кікімара балотная!" Знача, некрасівая, нікому не да спатрэбы.
Запісала Ж.Бацюк у 2003 годзе ў г. Гомель ад Караленка Вольгі Фёдараўны, 1933 г.н. (505: с.168; 611: с.156)

Кікімары — гэта памерлыя няхрышчаныя дзеці ці дзеці, якіх праклялі шчэ нават да раждзенія. Жывуць кікімары ў асноўным на балоце. Шкоды людзям яны не чыняць. Але быў у нас такі выпадак. Сабралася адна жанчына ісці па журавіны. Узяла карзіну і пайшла. А балота було далека ад дзярэўні. I во сабірае яна ягады, ходзіць з кочкі на кочку, ужо набрала амаль поўную карзіну, стаміласа. I ажно бачыць, што кочка, на якую яна ступіла, падобна на галаву. Не паспела жанчына яе добра разгледзець, як гэтая кочка стала правальвацца ў балота і цягнуць за сабой жанчыну, а тая ніяк не магла вырвацца і стала крычаць. Гэтыя крыкі пачуў мужчына, які быў недалёка ў лесе. Прыбег, але було ўжо позна. Ён найшоў толькі карзіну з журавінамі, а жанчына знікла ў балоце. Як потым даведаліся, гэта кікімара жанчыну забрала да сябе за тое, што калісьці ў моладасці яна загубіла свае дзіця. У яе без мужа радзілася дочка, а гэта быў вялікі грэх. I яна вырашыла ад яго пазбавіцца, кінуўшы нованароджанае дзіця ў рэчку. Кажуць, што за гэта яна зараз і паплацілася. Кікімара за загубленую дачку ей адпомеціла.
Запісана ў Чачэрскім раёне Гомельская вобласці (1053: с.177-178 па 449: с.560)

У балоце жывёт, а не ў доме. Выглядзіт маладой, но очень некрасівай дзевушкай. Ведзьма может превраціцца ў кікімару.
Запісана А.Зюзьковай у 2004 годзе ў горадзе Гомель ад Бандарэнка Зоі Іванаўны, 1934 г.н. (505: с.167; 611: с.156)

Кікімара жыве ў лясу, ета падруга лешага. Яна запаведуе лесам, звярамі, пціцамі. Еслі прыходзіць чалавек ў лес, то яна можа яго заблудзіць у лясу. Кікімара навядзе на чалавека цьму, і ён можа хадзіць па лесе очэнь доўга. Колькі назначыла яна здзелаць яму кругоў па лесе, столькі ён і будзе хадзіць. Выйшаўшы з лесу, чалавек доўжан пасядзець некаторае ўрэмя непадвіжна. Чалавек, ідучы дамоў, не доўжан абарочвацца назад, глядзець на лес, а ісці прама. А еслі паглядзіць назад, то можа не дайсці да сваёй хаты. Для кікімары эта бальшая пацеха.
Запісана А.Лупікавай у 2006 годзе ў вёсцы Неглюбка Веткаўскага р-на ад Герасіменка Ганны Іванаўны 1934 г.н. (505: с.165; 611: с.154)

Блізкая сяброўка лесавіка — кікімара балотная. Яна жыве ў балоце. Любіць апранацца ў мяха з мхоў і ўплётываець у валасы лясныя і балотныя расліны. Але людзям паказоўвываецца рэдка, таму што любіць быць нябачнай і толькі арэ з балота гучным голасам. У лесавіка і кікімары ёсць дзеці — лесаўкі, яны збіваюць з шляху падарожнікаў, сыплюць ім на галаву труху і абматоўваюць павуціннем.
Запісана ў Чачэрскім раёне (1053: с.200 па 449: с.561)

Кікімара заўсёды на пасылках у лешага. Гэта зялёныя дзеўкі, бабкі ў лахмоццях, падобныя на людзей, худыя толькі. Жывуць у лесе пад дрэвамі ў лісцях, могуць каля балота, ну, бліжэй к лесу. Некаторыя людзі чулі, як яны шэпчуцца ў лесе, могуць шышкамі кідацца да лешага заманіць. Другім словам — гэта нечысць гэтыя кікімары.
Запісала А.Сакалюк у 2006 годзе ў вёсцы Перасвятое Рэчыцкага р-на ад Грабок Анастасіі Паўлаўны, 1936 г.н. (505: с.171; 611: с.159)

Кікімара жывець у лесі, каля балотаў. Яна як недагледжаная кабета: валасы патлатыя, клочаныя, адзета ў рваную адзёжу. Яе мужык — лешы. Так як і жонка, ён паклаты, калматы, доўгія валасы і барада. Жывець у дрэвах. Ён — ахоўнік лесу. Але ж калі разазліць яго, дык нездабраваць чалавеку, можа ў лесе назаўжды астацца. Лешы так проста людзей не чапае, як і кікімара, а калі яны шкоду наробяць у лесе.
Запісана Т.Горскай у 2006 годзе ў вёсцы Краснаўка Светлагорскага р-на ад Паўлаўцовай Людмілы Уладзіміраўны (прыехала з г. Вялікі Усцюг РФ), 1950 г.н. (505: с.171; 611: с.159)

Кікімара — гэта лясная істота. Яна жыве ў хаце, у лесе. Кікімара састаіць з ветачак. Яна вельмі прыткая і любіць дражніцца.
Запісана А.Данілавай у 2006 годзе ў горадзе Бабруйск Магілёўскай вобласці ад Петуховай Кацярыны Піманаўны, 1932 г.н. (505: с.172; 611: с.159)

Раней быў у нас лес, калі дамоў такіх бальшых не было. Дык вось, у лесе было возера, заросшае чаротам і там, казалі, жыла кікімара. Бывала, хтосьці пойдзе ў лес, набярэ грыбоў, ягад, а калі назад вяртаецца, захоча скупацца. Паставя кошыкі, а сам у ваду і купаецца. Выходзя на бераг, а кошыкі развернутыя стаяць і ягады раскіданыя. Гэта значыць, кікімара ела ягады. А хто бачыў кікімару, казалі, што яна ўся лахматая, сама нібы гразная, а на руках доўгія пальцы з вялізнымі кіпцюрамі. Вось яна гэтымі рукамі і адбірае ў людзей ягады.
Запісана Ю.Ульянкінай у 2004 годзе ў горадзе Жлобін ад Казловай Эльвіры Паўлаўны, 1936 г.н. (505: с.169; 611: с.157)

Кікімары сядзяць у балотах. Гэта нячыстая сіла. Паяўляюцца воны ўвечары. Сабіраюцца, каб гуляць друг з другам. Еслі іх чалавек увідзіць, то яны накідаюцца на чалавека. От ніх нада ўцякаць.
Запісала В.Берднік у 2006 годзе ў вёсцы Боркі Жыткавіцкага р-на ад Юнчыц Васіліны Рыгораўны, 1948 г.н. (505: с.169; 611: с.157)

"К более мелким болотным духам, слугам кикиморы, относятся болотницы, хмыри, караконджалы, крыксы и злыдни. Все они враждебны людям и очень опасны" (49: с.337-338).

На правах рекламы
Мир ведьмака (А.Сапковский)
В мире ведьмака кикиморой названо некое опасное для человека чудовище или нежить, обитающее в болотах и внешне похожее на помесь паука с крокодилом. Убивает, только будучи голодна.
Nie zareagował na zduszony krzyk handlarki warzyw, wpatrzonej w kościstą, szponiastą łapę wystającą spod derki, podrygującą w rytmie truchtu osła.
...
— Na wszystkich bogów, Geralt! Co to jest?
— Kikimora. Nie ma za nią jakiejś nagrody, panie wójcie? Caldemeyn przestąpił z nogi na nogę, patrząc na pają-kowaty, obciągnięty zeschłą czarną skórą kształt, na szkliste oko z pionową źrenicą, na igłowate kły w zakrwawionej paszczy.
— Gdzie... Skąd to...
— Na grobli, ze cztery mile przed miasteczkiem. Na mokradłach. Caldemeyn, tam musieli ginąć ludzie. Dzieci.
Andrzej Sapkowski "Ostatnie życzenie"

Источники:
Бестиарий Анджея Сапковского / "Нет золота в Серых Горах" — М.: АСТ, 2002 (49)
Зямная дарога ў вырай: Беларускія народныя прыкметы і павер’і / Укладанне, прадмова, пераклад і паказальнік У.Васілевіча. — Мінск: Беларусь, 2010 (449)
Міфалагічныя ўяўленні беларусаў / пад рэдакцыяй В.С.Новак — Мн.: "Право и экономика", 2010 (505)
Беларуская міфалогія. Хрэстаматыя: вучэбны дапаможнік / уклад. В.С.Новак — Мн.: РІВШ, 2013 (611)
Міфалогія беларусаў / пад рэдакцыяй В.С.Новак — Гомель: Гомельскі дзяржаўны універсітэт, 2005 (1053)
Е.Левкиевская "Мифы русского народа" — М.: Астрель, АСТ, 2005 (58)
Папюс "Магия деревенская", "Магия практическая" — СПб., 1913 (60)
С.В.Максимов "Нечистая, неведомая и крестная сила" — СПб.: Полисет, 1994 (206)
Елена Грушко "Венки Обимура" — М.: Молодая гвардия, 1990 (211)
Кирилл Королев "Энциклопедия сверхъестественных существ" — М.: "Эксмо"; СПб.: Мидгард, 2005 (216)
Садовников Д.Н. Сказки и предания Самарского края — СПб.: Типография Министерства внутренних дел, 1884 (961)
Потанин Г.Н. "Юго-западная часть Томской губерни в этнографическом отношении" // Этнографический сборник — 1864, Выпуск VI — с.1-154 (1052)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#14 Яробор » 18 сентября 2015, 14:44

Кот Баюн
Из всех персонажей русских народных сказок и народного же фольклора, Кот-Баюн находится довольно близко к её к хвосту. Отчего? От того, что его так мало поменают в сказках. Почему? Вот об этом и поговорим.
Главный источник современных славянских нечистиков — это по прежнему русские народные сказки в оформлении Афанасьева, Толстого и т.д. В них и оформился образ Кота-Баюна, и на что же он похож?
... пришел Андрей-стрелок в тридесятое царство. За три версты стал его одолевать сон. Надевает Андрей на голову три колпака железных, руку за руку закидывает, ногу за ногу волочит — идёт, а где и катком катится. Кое-как выдержал дремоту и очутился у высокого столба.
Кот Баюн увидел Андрея, заворчал, зауркал да со столба прыг ему на голову — один колпак разбил и другой разбил, взялся было за третий. Тут Андрей-стрелок ухватил кота клещами, сволок наземь и давай оглаживать прутьями. Наперво сёк железным прутом; изломал железный, принялся угощать медным — и этот изломал и принялся бить оловянным.
Оловянный прут гнется, не ломится, вокруг хребта обвивается. Андрей бьёт, а кот Баюн начал сказки рассказывать: про попов, про дьяков, про поповых дочерей. Андрей его не слушает, знай охаживает прутом. Невмоготу стало коту, видит, что заговорить нельзя, он и взмолился:
— Покинь меня, добрый человек! Что надо, всё тебе сделаю.
— А пойдёшь со мной?
— Куда хочешь пойду.
Андрей пошел в обратный путь и кота за собой повёл.
"Пойди туда, не знаю куда", русская народная сказка (412)

Читать далее...
В этой сказке вроде бы описаны все основные детали этого персонажа: сидит на столбе, способен разбить железный колпак, иначе как клещами (тоже железными) его не возьмёшь, и, что самое главное, он разумен, хотя бы на уровне роботов Азимова, иначе бы с ним нельзя было проводить конструктивный диалог.
Стоп. Мы же забыли ещё кое-что — размеры Кота. С какого-то момента принято считать, что Кот-Баюн не только людоед, но и огромадных размеров, с лошадь наверное.
Гм. Кот... Людоед... Огромного размера... Что же это за животное получается?!
Да известно какое: тигр, лев, другие крупные кошачьи хищники. Все кошачьи, от мала до велика, и домашние, и дикие, похожи и анатомически (за исключением, пожалуй, гепарда), и по поведению (за исключением льва и отчасти южноамериканской кошки-ягуарунди — не путайте её с ягуаром, пожалуйста): все они хищники, нападающие на свою добычу из засады, добывающие её не только зубами, но и когтями...
Вернёмся к размерам. Огромен ли Кот-Баюн? Более старые рисунки — К.Кузнецова, например — не дают нам возможности судить об этом, но более новые рисунки — О.И.Новокрешённых или И.В.Тихонова — считают, что да. Чижиков, который иллюстрировал повесть-сказку Успенского "Вниз по волшебной реке", просто изобразил Баюна огромным чёрным котом (и впрямь, ведь не белым персом и не черно-белым сиамом его ведь изображать?), больше не только лошади, но и лошади со всадником.
Одним словом, Кот-Баюн не то "просто" домашний кот "размером со слона", не то просто сверх-большая и волшебная чёрная пантера или тигр-меланист. Но всё не так просто.
В выше приведённой сказке, например, о размерах Баюна не говорится, но то, что он вскочил главному герою на голову, всё-таки указывает, что он меньше тигра, и даже леопарда, пумы и рыси. Крупный родич домашней кошки, напав на свою жертву со спины (рысь на зайца, тигр на оленя, лев на зебру), валит её на землю без особых проблем. То, что Кот-Баюн в битве со своим супостатом (Андреем, Федотом, Иваном) этого не сделал, говорит о том, что он всё-таки небольшого размера, скажем — не больше домашней кошки, раз главный герой (скажем, Андрей-стрелок) смог принести его на родину в клетке (правильно, ведь кошка на поводке — это нонсенс и смертельная обида животному к тому же). При этом, однако, он обладает достаточной силой, чтобы разбить два железных колпака, а также стальными-железными когтями, которыми он хотел распотрошить царя, когда они были друг другу представлены.
Да, но при всём этом он ещё и обладал не только разумом и речью, но и рассудком, порядочностью, что ли: приказал ему Андрей-стрелок успокоиться и царя не трогать, Кот царя и не тронул. Соловей-разбойник, существо, вроде бы, гуманойдное (хотя изображают по разному, скажем честно), оказавшись в аналогичной ситуации между князем Владимиром и Ильёй Муромцем, так не поступил, в результате чего и поплатился головой. В чём тут разница?
А в том, что Кот-Баюн — это кот. А что такое кот? А это животное, которое бродит само по себе, там, где ему вздумается — Киплинг, когда писал свою сказку про кошек и собак, был совершенно прав. Отношения кошек и людей тоже идут в обе стороны, понять, кто в тандеме "кошка-человек" главный, иногда не просто (это вам не собака, друг человека). Кот-Баюн — это кот в квадрате, и победа Андрея над ним — это мечты людей об окончательной победе над кошками — кот, который сохраняет свои урождённые кошачьи качества и слушает человека как собака (Не дождётесь!).
Посмотрим ещё раз на характер Кота-Баюна. Да, он убивает всех, кто потревожит его покой, но, в отличие от, скажем, Змея Горыныча, он отнюдь не ищет приключений на собственную задницу, а сидит у себя на столбе (и кто его туда посадил, такого котю со стальными когтями и зубками?), и — всё.
Ну, понятно что не всё. Скорее всего, на своём столбе Кот-Баюн поджидал добычу (а что ему оставалось делать?). А потом пришёл Андрей-стрелок, и... мы вернулись к началу цитаты, приведённой выше: Кот-Баюн, как не крути, как не верти, он — людоед (как и любой другой крупный дикий кот, не важно, сказочный или реальный).
И вот мы вернулись к изначальному вопросу? Почему Кот-Баюн так не популярен? Е.Прокофьева, которая написала некий справочник о нечистой силе, смогла упомянуть его в только двух инстанциях: в "Руслане и Людмиле" Пушкина и "Вниз по волшебной реке" Успенского.
Что до "Кота учёного" Пушкина, то он не очень похож на Баюна: людей не губит, сон не насылает, хотя подобно Баюну он рассказывает сказки, а также поёт песни-песенки. Вот только в отличие от Баюна — "Под ним сидел, и кот учёный свои мне сказки говорил. Одну я помню: сказку эту, поведаю теперь я свету..." То есть данный кот не только Пушкина не тронул, но и рассказывал ему свои сказки без таких аргументов, как те прутья, которыми Баюна охаживал Андрей.
Так что, если ты пришёл без злого умысла, то можно и с Баюном договориться? В смысле, Андрей (или Иван, или другой герой русских сказок) пришёл, чтобы Баюна пленить, а Пушкин — нет, то и встретили их по разному? Вполне вероятно, так как кошки (даже простые, не волшебные) вполне чувствуют-понимают, какие намерения у людей, и реагируют на них по разному. Вот так-то.
Ну, а если Пушкинов "Кот учёный" был позитивным персонажем, то Успенский в своей сказочной повести "Вниз по волшебной реке" изобразил Баюна довольно жутко: то есть персонаж русских сказок, размером с человека, наверное, раз он может ездить верхом на лошади и бороться грудь в грудь с богатырём. И эффективнее чем тот же Соловей-разбойник, кстати (у Успенского он тоже есть). Почему?
Да потому, что кот размером с человека — это уже тигр! Опять же, чёрный кот (пускай и не размером с человека) — это уже нечистая сила. Ну и в народных сказках, на которые Успенский "опирался", когда писал свою повесть-сказку, Баюн описан довольно жутковато (см. выше). Он сложил всё это вместе, добавил Баюну усыпляющий взгляд (чего в сказках вроде бы не было) и создал довольно мрачное создание, особенно по меркам его весёлой сказки.
И всё-таки Баюна позабыли. Почему? Слишком зыбкий образ он оставил в сказках; у Пушкина он тоже только в прологе, а Успенский сейчас тоже подзабыт, и "помочь" Баюну не может. А жаль! В книгах жанра славянского фэнтэзи он бы занял не последнее место, не хуже какого-нибудь Змея Горыныча... Но видно — не судьба.
Но вот домашние кошки процветают и поныне, и быть поласковей с ними не мешает — а вдруг они свою обиду расскажут такому вот Баюну? Худо тогда будет! Так что обращайтесь с ними по-человечески — и вам воздастся сторицей.
Конец.
Источники:
Русские народные сказки — М: "Правда", 1985 (412)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#15 Яробор » 18 сентября 2015, 14:48

Леший

Албастый — одно из прозвищ лешего
Бор — одно из имен лешего
Лесной дядя — одно из названий лешего
Лесовик — одно из названий лешего
Лешак — одно из названий лешего
Лисун — одно из названий лешего
Лобастый — одно из прозвищ лешего
Лопастый — одно из прозвищ лешего
В час урочный полнолунья,
С темным лесом наравне,
Говорит молва-вещунья,
Кто-то бродит в тишине.
Пономарь пройдет ли пеший,
Псарь проедет ли верхом,
Всяк, крестяся, молвит: «Леший
Загулял не пред добром!»
Г.Л.Якубович «Лешего девка“

«В восточнославянской мифологии злой дух, воплощение леса, как враждебной человеку части пространства. Леший — хозяин леса и зверей, его представляют одетым в звериную шкуру, иногда со звериными атрибутами — рогами, копытами; леший может изменить свой рост — становиться ниже травы или выше деревьев; перегоняет стада зверей из одного леса в другой… Наделен отрицательными атрибутами, связью с левым (признак нечистой силы): у него левая сторона одежды запахнута на правую, левый лапоть надет на правую ногу и т.п… В быличках леший — проклятый человек или заложный (вредоносный) покойник. Леший может пугать людей своим смехом, увести ребенка, сбить с пути. Для защиты от лешего уведенный им человек ничего не должен есть или должен носить с собой лутовку (очищенный от коры кусок липового дерева), перевернуть стельки у обуви и т.п. Существуют также представления о женских духах леса — лисунках, лишачихах, с длинными грудями, закинутыми за спину. Сходные лесные духи известны в западнославянских и других традициях» (2).
«Полумистический сказочный образ, устаревающее русское название реликтового гоминоида, снежного человека» (16).
Тексты
Россия
Тамбовская область
Лешак живёт в лесу, имеет образ человека, только без бровей и без ресниц; когда идёт по лесу, ровен с лесом, по траве — с травой, и уменьшается иногда до величины мухи. Алтайские охотники часто видят его, как он подсаживается к огню. разведённому с вечера, греется и поддерживает его.
Потанин Г.Н. «Юго-западная часть Томской губерни в этнографическом отношении» (1052: с.148)

В вышеприведенном отрывке смущает, правда, упоминанием Потаниным «алтайских охотников», так как Алтай расположен довольно далеко от Тамбова.

Охотник и леший
Ходил охотник по лесу, ходил-ходил и ничего не убил, нарвал орехов и грызет себе. Попадается ему навстречу дедушка леший:
- Дай, - говорит, - орешков. Он дал ему пулю. Вот леший грыз ее - грыз, никак не сладит и говорит:
- Я не разгрызу!
Охотник ему:
- Да ты выхолощен или нет?
- Нет!
- То-то и есть!
- Давай я тебя охолощу, так и станешь грызть орехи.
Леший согласился. Охотник взял, защемил ему х...й и муде между осинами.
- Пусти, - кричит леший, - пусти! Не хочу твоих орехов.
- Врешь, будешь грызть!
Вырезал ему яйца, выпустил и дал взаправский орех. Леший разгрыз.
- Ну вот, ведь я сказывал, что будешь грызть! Пошел охотник в одну сторону, а леший пошел в другую сторону и грозит ему:
- Ну ладно! Придешь овин сушить, я сыграю с тобою штуку!
Пришел охотник домой, сел на лавку и говорит:
- Ох жена! Я устал, поди-ка ты овин сушить.
Баба пошла в овин, развела огонь и легла у стенки.
Вот приходят два лесовика и говорят промеж себя:
- Давай-ка зажгем овин!
- Нет, давай наперво посмотрим, такова ли у него рана, какую он у тебя сделал? Посмотрели.
- Ну, брат! У него еще больше твоей, видишь, как рассажена, больше шапки, да какая красная! И пошли они прочь - в свой лес.

Леший и звериный облик
"...
Вместе с тем леший, естественно, изображается и в зооморфном виде.
Причем его эманациями в дошедшей до нас традиции могут быть как дикие, так и домашние животные. Зооморфные черты лешего в значительной мере уже стерты, но могут быть реконструированы по совокупности его атрибутов. Например, леший одет в медвежьи шкуры; он рычит, как медведь; в его стаде, помимо других зверей, есть и медведи. Оттого что медведь вытащил сома на берег, загрыз его и сам помер, раздружились леший с водяным55,как бы стоящие за этими зооморфными фигурами. Появление «хозяина» в виде медведя не удивительно: ведь в русской традиции он относится к числу наиболее почитаемых животных, и это почитание восходит к культу тотемных предков.

Не менее характерно и изображение лешего в виде волка. Он показывается серым волком; одет в волчьи шкуры; волком воет; гонит стадо, полностью или частично состоящее из волков. Трансформация этого образа происходила в определенном направлении. В поздних мифологических рассказах леший — «сивенький старичок, с предлинной бородой, пасущий волков»56 . Это его любимые звери, и «старичок» — хозяин преимущественно над ними. В иных вариантах данного сюжета в стаде волков, которых пасет старик, есть белый, как снег, волк. И, наконец, в самых архаических рассказах стадом предводительствует белый волк, в облике которого появляется сам леший. Такой персонаж восходит к своему архетипу — к образу предка-родоначальника, покровительствующего той группе животных, к которой он сам относится, и людям той родовой общины, у которых почитается в качестве тотема. Со временем его может заменить христианский святой: «Костер разложен, а кругом волки сидят и с ними сам Егорий Храбрый»57.
..."

Криничная Н.А. "Русская мифология: Мир образов фольклора". — М.: Академический Проект; Гаудеамус, 2004. — 1008 с. — («Summa»)

Договор с лешим
Таким образом, атрибутами обряда договора охотника или пастуха с лешим являются яйцо, хлеб с солью (или «дарочка »), волосы, ногти, кровь.
Они эквивалентны в семантическом отношении: это «вместилища» жизненной силы, или души. В известном смысле леший действительно заполучает душу. Подобная душа может быть воплощена в мифическое существо.
Об этом свидетельствует поверье, бытующее, в частности, у поморов: если куриное (петушиное) яйцо положить в пасхальную ночь под престол, а затем через колдуна передать его лешему, то из этого яйца образуется огненный змей или неразменный, т. е. никогда не убывающий, «рубль »182. Лесной дух смыкается в данном случае с домашним.

Принесенные в лес атрибуты обряда нужно уметь отдать по назначению. Для этого, например, охотник отыскивает дерево, вывороченное с корнями: напомним, подобного рода «вывороть» — излюбленное место пребывания лешего. На вершину этого дерева он кладет принесенное пасхальное «первохрестное » яйцо, а также пояс и крест. Причем снятие пояса символизирует отказ от оберега при общении с лешим, а креста — отрешение от своей христианской принадлежности. Затем «спихивает» их к комлю, под вывороченное дерево, отдавая себя во власть лешего183. Вариант: приходит в лес, где живет «хозяин », вырубает в березке углубление, вкладывает туда «дарочку » и, забив отверстие, стреляет в нее через плечо, навсегда предаваясь «нечистому»184. Известны и другие способы вызвать лешего и даже увидеть его. Причем дух- «хозяин » подчас сам советует охотнику, каким образом можно заключить с ним договор: «Если хочешь, чтобы тебе была всегда удача на охоте, то разрежь большой палец у левой руки, достань крови и вот этим пером (при этом он подал глухариное перо) напиши свое имя и фамилию на листе, тогда будешь столько ловить птицы и зверя, что скоро сделаешься богатым»185. Выполнение этого условия, повторяем, эквивалентно запродаже души «черту».
..."
Дополнил Веледар.
Криничная Н.А. "Русская мифология: Мир образов фольклора". — М.: Академический Проект; Гаудеамус, 2004. — 1008 с. — («Summa»)
Источники:
Мифологический словарь — М.: Советская энциклопедия, 1990 (2)
Голубев, Максим "Энциклопедия чудес, загадок и тайн" — 2003 (16)
Е.Левкиевская "Мифы русского народа" — М.: Астрель, АСТ, 2005 (58)
Потанин Г.Н. "Юго-западная часть Томской губерни в этнографическом отношении" // Этнографический сборник — 1864, Выпуск VI — с.1-154 (1052)
А. Н. Афанасьев Русские заветные сказки. — Спб.: ТОО "Бланка", АО "Бояныч", 1994. — С. 85-86

Статья нуждается в дополнении
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#16 Яробор » 18 сентября 2015, 14:52

Мавки

Majki (Мавки). Иллюстрация Витольда Варгаса (Witold Vargas)
Majki — название мавок, лесных и горных дев украинского фольклора, на польском
Mawki — одно из польских названий мавок, лесных и горных дев украинского фольклора, на польском
Nawki — одно из польских названий мавок, лесных и горных дев украинского фольклора, на польском
Nejki — одно из польских названий мавок, лесных и горных дев украинского фольклора, на польском
Бісиці — буквально "бесовки", одно из гуцульских названий мавок, лесных и горных дев украинского фольклора
Лоскотниці — буквально "щекотницы", название мавок, лесных дев украинского фольклора, на Подолье, напоминающее о функциях русалки
Мявки — одно из названий мавок, лесных танцующих дев украинского фольклора
Нявки — распространённое гуцульское название мавок, лесных дев украинского фольклора
Няўки — фонетическая запись варианта названия мавок, лесных и горных дев украинского фольклора на гуцульском диалекте

Этимология слова "мавка" происходит, скорее всего, от "навь" — олицетворению смерти в славянской мифологии, слову восходящему в индоевропейскому *naHu- — виду погребального обряда) (2: Т.2, с.195). Есть и другие теории, которые можно отнести, правда, к так называемым "народным этимологиям", то есть когда происхождение слова определяется по схожести. Одно из них выводят от глагола "помавать" (maati), что значит "кивать, покачивать" (757: s.98) (слово теперь не употребляется, но его ещё можно встретить в "Илиаде" перевода Гнедича, где Зевс постоянно "помавает" головой). Более расхожая теория связывает слово мавки или "мявки" со звуками, которые издают кошки и которые в свою очередь издают мявки (757: s.98) Но легенды о мавках не связаны с котами. Сообщения редко передают о каких-либо специфических звуках, которые издают эти существа.

Читать далее...
Ареал обитания
Существа, подобные мавкам по крайней мере в некоторых деталях их облика и части их функций, встречаются практически у всех славянских народов, а некоторые и под схожими именами. Но комплекс известий об этих существах достаточно занимает достаточно компактную область, которая покрывает в целом украино-русинские Карпаты, заходящие на польскую территорию преимущественно с поверьями народности лемков. На восток известия о мавках распространяются не дальше Подолья (Хмельницкая область) и в центральной Украине они, судя по всему, известны не были. Область, где информация о мавках выделяется наиболее специфично как количеством собранного этнографического материала, так и оригинальными чертами, — это Гуцульщина.
Разнообразный характер историй про мавок, про их занятия и внешний вид указывает на то, что образ мавки как существа украинского фольклора синкретичен и развивался долгое время. По крайней мере, можно выделить не один, а как минимум два вида мавок. С одной стороны, это опасные существа, которые вписаны в христианскую систему народных верований как умершие некрещёными дети, с другой — своеобразные духи горных лесов, появление которых связывалось с пробуждением природы от зимней спячки и вполне сравнимые с древнегреческими нимфами или южнославянскими вилами.

Внешний вид
Нередко в описаниях мавок нет никаких необычных черт. Они могут выглядеть как обычные, хотя и красивые девушки, высокие, круглолицые, с длинными косами, украшенные цветами, как их описывают в Покутье (757: s.99) Ближе к Центральной Украине самая известная черта внешнего вида мавок тоже, видимо, не является общераспространённой.
Самая известная и частая черта внешнего вида мавок обычно встречается в гуцульских верованиях и касается "отворенности" мавок. Мавка только спереди кажется человеком. Если посмотреть на мавку со спины, то увидишь все её внутренности. Когда в лесу мерещится что-то красное среди деревьев, то считалось, что это хоровод мавок, которые "фуфелом идут" (749: с.56), то есть танцуют необычайно быстро и бешено. И так как их видно со спины, то их стремительный хоровод сливается в одну красную полосу.
У мавок очень маленькие ноги, следы от котороых можно принять за детские (749: с.58; 759: с.200). Иногда считается, что они размером с кошку, что явно напоминает про народную этимологию их имени (757: с.96).
Няўки, се чудово гарнї хлопцї й дївчата, які лиш тим ріжнять ся від чоловіка, що тулів їх від сторони плечий цілком отвертий. “У Няўки то перед так, як и у нас, а – не дивуйте – из заду цалом отворене так, що усі ключі видно; всьо, гет до чиста – и утробоу и серци и кьилюхи; усно, що у чоловіці, то усно видно”.
Павло Курчук // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонологі"ї (749: с.56)

Мавки могут быть и мужского пола и тогда называются дитками (757: s.96; 749: с.56), однако истории, касающиеся взаимодействия мавок и людей касаются мавок женского пола.

Места обитания и времяпровождение
Обыкновенно мавки обитают в лесах и на горных пастбищах, но в некоторых пересказах у них есть жилища, которые описываются как горные пещеры, увешанные и устланны коврами, где они ткут одежду из краденого льна (757: s.98). Обычное местонахождение мавок во многих пересказах — "ещё дальше". Часть легенд подразумевает, что мавки — существа ушедшие, их связь с человечеством со временем ослабла. В одном из гуцульских рассказов передаётся, что с тех пор как женщины стали ходить на полонину (горные пастбища), то мавки ушли ещё дальше, в недеи, то есть в самые высокие, почти недоступные для человека открытые горные пастбища "куда никто не зайдёт — разве что птица залетит" (749: s.57). Расположение мавок "ещё дальше" видно и по их заманивающей функции. Обычное и достаточно частое времяпровождение мавок в фолькорных рассказах заключается в танцах на горных полянках под музыку "дуток" (флейт, продольных флейт, дудочек) на которых играет "осынавець" или "осына" (чёрт), что воскрешает в памяти картины и вакхических шествий и сатиров, играющих на флейте нимфам. Но обнаружить при этом мавок оказывается достаточно нелегко, так как человек может идти на звук флейты пока не заблудится и не выбьется из сил. Существует одно средство всё-таки обнаружить мавок и их аккомпаниатора. Нужно нарезать веток, сделать из них обручи и класть на себя пока они полностью не закроют тело и в таком виде идти на звук и тогда их можно обнаружить (749: с.56-57).
Поляны и вообще места, где мавки водят свои хороводы назывались "игровищами" и представляли собой утоптынне, плоские круги, иногда мшистые, и там где танцевали мавки не будет расти трава вовек (749: с.58) Определённо, что некоторые оронимы Карпат получили название именно по этой причине. Например, хребет Сивуля в горном массиве Горганы в Карпатах, одна из вершин которого под наванием Игровец известна своей необычной особенностью — совершенно плоской вершиной.

Период активности
В качестве существ враждебных человеку мавки активны весь год. С ними могут связывать невесть откуда взявшиеся детские следы в снегу в горах, которые внезапно появляются и так же внезапно исчезают (749: с.58) Их более нейтральная ипостась, связанная с растительностью и плодородием, становится активной мавок с наступлением весны. До нас дошли известия, что на Покутье в околицах села Обертин были какие-то весенние празднества, связанные с мавками, но их характер при этом явно предупредительный, так как праздник происходит для того, чтобы мавки впоследствии не навредили людям и напоминает Розигры (см. ниже) (757: s.96) Начало периода их активности иногда обозначается временем, когда снег сходит с гор и всё начинает цвести (757: s.98-99). Танцы мавок обычно носят буйный, почти оргиаистический характер, мавки могут описываться как "распутные" (757: s.99), поэтому неудивительно, что пик их активности приходился на Ивана Купала (Зелені Свята) (749: с.57,58), традиционно связываемый с разгулом сверхъестественных сил и питаемый мощной дохристианской традицией. К дохристианской традиции и относится сам гуцульский праздник "Розігри" (Розигры) перед Ивана Купала, схожий и описаниями и запретами на работы с восточнославянскими русалиями. Это было время, когда мавки ходят по полям и над водами и голосят: мав-мав (759: с.200) и могут увести человека за собой в лес. По другим известиям, пляски мавок происходят периодически, а именно один день в месяц (749: с.56).

Взаимодействие с миром людей
Будучи сложным фольклорным образом, мавка взаимодействует с миром людей достаточно разнообразно. Как сверхъестественное существо, связанно с плодородием и цветением, она достаточно безвредна, пассивна и даже пуглива. Как демонизированное существо мавка опасна и первая может начать взаимодействие с человеком, причём обычно плохо для него заканчивающееся. Часть рассказов про мавок демонстрирует, что их образ мог быть взаимопроникающим с другими сверхъестественными существами, такими как русалки или польские богинкі и гуцульские мамуны, упыри. Кроме этого, как опасные существа, мавки в изменённой форме входят в общий класс таких существ как "пламеты" в гуцульском фольклоре.
Как уже говорилось, определённая часть легенд повествует о том, что мавки — часть прежнего уклада и другой жизни, возможно как действительное отображение дохристианского мировоззрения. Когда-то мавки жили с людьми и их можно было видеть везде, однако и сейчас в части рассказов подчёркивается, что мавки существа незлобивые. Они могут приглашать в свой хоровод и если их испугать — убегают (757: s.99). Мавки могли выполнять охранные функции для молодожёнов (757: s.99) Одна из этнографических записей передаёт практически повсеместно распространённый сюжет женитьбы на сверхъестественном существе после похищения предмета, принадлежащего ему. В данном случае это платок мавки, который во время её купания похищает юноша и она вынуждена выйти за него замуж, но при первой возможности возвратить этот предмет она убегает (текст см. ниже) (749: с.59).
Взаимосвязь христианина с мавкой более затруднена. Считается, что христианин не всегда и увидит мавку (749: с.56). Но когда взаимодействие происходит и когда в истории есть какие-либо христианские элементы, мавка выступает более демоническим и опасным для человека существом.
Видимо, легенды про мавок в менее характерных для их образа местностях более упрощает и более демонизирует их образ, и в то же время сближает с другими, более знакомыми существами. На Подолье мавки почти исключительно демонические существа, часть черт которых сближает их с русалками, для которых, по украинским поверьям, защекочивание людей насмерть типично (756: с.45):
«Мавки» или «лоскотницы» не что иное, как черти. Они живут в лесах и являются людям в образе молодых и красивых девушек. Беда тому, кто их встретит: они прежде привлекают внимание встретившегося своею красотою, заводят затем с ним разговор, любезничают и, наконец, свою жертву увлекшуюся сердечными порывами, защекочивают до смерти.
Литинский и Проскуровский уезды / Чубинский П.П. Трады этнографическо-статистической экспедиции в Западно-Русский край... (750: с.206)

Один из рассказов передаёт мавке черты практически упыря, который высасывает из человека жизненные силы. Хронологически такое поверье относится к празднованию Троицы (Зелені Свята, Зелёные святки), однако связано с типично языческим обычаем Западной Украине втыкать в грядки ветки ольхи и осины для лучшего роста того, что посажено на грядках. И если женщина или кто-нибудь выдернет ветку, "заткнену" на Троицу, то нявка начинает приходить по ночам и сосать её грудь и она начнёт чахнуть и худеть пока не умрёт. Причём может сосать грудь нявка и у мужчины и у ребёнка. (749: с.59).
Одно из поверий сообщает, что встретившемуся им мавки могут отрезать голову (750: с.207).
Иногда мавки могут уводить, маня за собой при помощи неких одурманивающих человека чар, но не отовсюду, а только с некоторых мест, как в одной из гуцульских историй. В ней характер мавок, скорее, существа не помогающие плодородию и цветению, а противоречащие им, так как на местах, с которых могут забрать человека мавки, ничего не родит:

То є такі місці, що якби уснув на кім місци, то прийде Няука и будит та так кличе за собоу, шо би ишоу Бог знає куди... а там на тім місци стояла грушка, де стрий спали и триста рокіу мала, а не родила – таке місце було .
Петро Попович // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.59)

Вобще, сон — одно из тех состояний, в котором мавки являются достаточно постоянно. И если заснуть в горах, но не крепко, и рядом будут танцевать мавки, то их можно увидеть как бы сквозь полудрёму и тогда они могут прийти и увлечь за собой. Помешать этому могут средства против мавок: лук, чеснок или валерьяна. В одном из припевов мавок, как говорят на Гуцульщине, они поют:
Як бі ни лук, чиснок, ни одилен зїлє
Мати синка породила, ми би єго взєли.
Юра Шеребурьик, Барвінкова// Шухевич В. "Гуцульщина" (759: с.201)

Одним из средств избавиться от чарующего дурмана, которые напускает мавка, увлекая за собой, считается снимание с себя одежды, выворачивание её и надевание на себя вывернутой (749: с.58-59). Тогда увлекаемый будет в состоянии увидеть что происходит и узнать где он на самом деле находится.

Взаимодействие с другими сверхъестественными существами
Легенды про мавок тесно связаны у гуцулов с верованиями про ещё одно существо, аналогов которому нет у остальных славянских народов. Это Чугайстер или Чугайстрин, проклятый человек, который бродит по лесам, оброс шерстью и его невозможно ни убить ни навредить ему. Чугайстер — это "смерть" мавок, существо питающееся исключительно ими.

Він зариє сї у лист, у лісі, і чьитує на нї. А няўка иде тим місцем — він уже знає ті місці — і перескакує через то місце, а він лиш хап! а она йай! йай! а він щапаў тай розідре надвоє и їст
Семен Попович // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.60)

В хороводах мавкам также подыгрывает на дудочке осынавец или осына — один из синонимов чёрта в гуцульском фольклоре, отличающийся только рогами, которые у него закрученные как у барана и козлиной бородкой, но способный перекидываться в любое животное* (755: с.X).
Мавки связаны и с комплексом поверий про таких существ как "пламе́ты". Пламеты — в большей степени класс или особенное состояние сверхъестественных существ в определённое время в гуцульских поверьях, чем сами существа. Время пламет — вечером и продолжается до полуночи. Под пламетами понимают практически весь гуцульский бестиарий: мертвецов, упырей, висельников, нявок, чертей, ведьм, но в изменённом виде. Они изменяют свой вид на людей, зверей или даже на неживые предметы и пугают или по-недоброму шутят над людьми. Пламету может увидеть не всякий, а только тот, кто был не первый и не последний ребёнок в семье. Пламету можно и схватить, но только подцепив мизинцем. Можно и ударить, но только раз. После того как ударишь пламету, она просит повторить, но этого делать нельзя, потому что удар вернётся к тому, кто его наносил (749: с.92).
Мавки как инверсия женского поведения в гендерно ориентированном обществе
Мавки выполняют сходную с другими сверхъестественными женскими персонажами фольклоров многих патриархальных традиционных обществах. Это женщины вне той роли, которая отводится женщине в подобном обществе. Они не подчинены мужчине, они не наделены добротелелями, которые обычно требуются от женщины. Даже наоборот, они распущены и определённая роль мавок, как существ соблазняющих в рассказах прослеживается. Это не единственные существа, которые выполняют эту роль в украинском фольклоре. Мавки сравнимы в этом смысле с другой женской "нечистью" вроде богинек (мамун) и русалок. Мавку можно приручить и поймать, как и любое подобное существо, и тогда оно будет женой, поймавшему. Причём подобные существа обычно не только выступают хорошими жёнами, они идеальные во всех отношениях жёны.
Есть некоторый антагонизм между мавками и женщинами. В некоторых рассказах они могут похищать женщин (757: s.97). Одна из причин почему мавки ушли нынче в самые далёкие и недоступные недеи в этнографических записях XIX века объясняется тем, что теперь женщины ходят на полонины, где раньше можно было встретить мавок (749: с.57).

Мавки в христианской системе мира
Обычно считается, что мавки — эти дети, умершие некрещёными, но определённая христианизация мавок даже здесь не выглядит слишком глубокой. Судя по всему, поверья о мавках изначально связывались с детьми, умирающими или младенцами или мертворожденными детьми. Очень схожий женский образ существует у многих народов и даже не у арийских, например, малайская понтианак, которая тоже связывается с мертворождением, тоже может быть поймана и тогда будет идеальной женой поймавшему её и точно так же это существо не цельное, а с дыркой сзади, только у понтианак она располагается на затылке и именно с закупориванием этого отверстия связывается пленение понтианак. Последней черты мы не находим в поверьях про мавок.
Но одно из любопытных поверий с христианским оттенком всё же связано с мавками. Это возможность крестить их, так как перед тем как стать мавками, некрещёные дети бродят по лесам и горам и если встретить или просто услышать такое существо, оторвать кусок ткани с одежды и, бросив его на землю, перекрестить и произнести ритуальную формулу "нарекаю тебя именем имярек", то это существо понесётся к богу. В противном случае через семь лет превратится в мавку (749: с.56).
Ниже, чтобы читатель мог составить собственное мнение о материале, касающемся мавок в украинском фольклоре, приведены этнографические записи, сделанные преимущественно в XIX-начале XX веков.

Записи
Коли дитя “прийде на світ нечисне”, себ то без життя, або хоч живе, а умре не хрещене, то душа його тиняє ся опісля горами і лісами, “кличе своїм родичам та кличе ирсту”... “Як би тото хто зачуў, та аби верг, що має на землю – ци би платок який, ци би удраў на сорочки кавалочок та аби верг и аби казаў: йикис хлопець, то ирщу ки христом свєтим и даю ти на имє Иван (ци як там), ґіучьи, то Марійка (або як), и тоги, як верг тот платок, а оно собі здойме и летит до Бога
Василь Онуфрак // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.56)

Буває однак, що і сім літ промине, а душа дитяти не найде чоловіка, що поступив би так, а тоді вона іде вона на Няўку.
Няўки, се чудово гарнї хлопцї й дївчата, які лиш тим ріжнять ся від чоловіка, що тулів їх від сторони плечий цілком отвертий. “У Няўки то перед так, як и у нас, а – не дивуйте – из заду цалом отворене так, що усі ключі видно; всьо, гет до чиста – и утробоу и серци и кьилюхи; усно, що у чоловіці, то усно видно”.
Павло Курчук // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.56)

Няўки перебувають громадно, а похапавши ся за руки, творять коло і віддают ся шаленим танцям — "фуфелоў идут". І в ту хвилю нічого не видно, "лиш червонїї сї шос на кім місци, бо то из заду усьо отворене"
Танцюючи співають. — Хлопці:
Бодай тато не прощен, не прощен
Що я умер не хрещен, не хрещен!
Дівчата:
Бодай мама не прощена,
Що я ўмерла не хрещена!
Буває також, що Няўки танцюють парами — хлопець і дївчина. Се, як мене впевнювали, много людей бачило й чуло, бо "не куждий хрискьинин буде то виґіти" та ще й не у всяку пору; Няўки відбувають свої танці лиш одного одного дня в місяци. Танцї такі не бувають без музик; при такий "оказиї" пригриває Няўкам Осинавец на дутках
Петро Попович // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.56)

Давнїми часами можна було бачити Нявки всюди, близь села, нинїж не так буває. "Від коли й чельидь зачьила ходити в полонини, то они (Няўки) забрали сї гет на цих поблиських ґруніў полонин и пішли гет у май далші недеї; себто у найвисші граничні пасма гірські "де нїхто не зайде — хіба птаха залетит". В таких-то безлюдних й неприступних місцях святкують Няўки й нинї свої танці, а де раз перетанцюють, там "трави не буде во вік". Показували менї люди місця, де — по оповіданю старих людий, — танцювали Няўки. Є то шматки землї, з вигляду округлі, порослї имшидоў; нарід зве сї місця игровищами
"У Рафайлові є такі два ґрунї, як оден; — називают сї Близницї. На тих Близницьих, кажуть, Няўки цїлий рік гуляют; так фуфелем идут, шо — й не видно, лиш шумит на ґруньих. Так они йдут фуфелем цїлий рік, шо утоптают тоти ґрунї, шо так гладко на них, як на столї. Там на то місце, як би хто пішоў, на ті Близницї, то пішоў би у повітрю із тими Няўками".
Петро Цапей// Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.57-58)

В Зеленици вірять також, що зле робить "кігітна" жінка, коли витягне з грядок майку, себ то галузку, яку заткнено на Зелені Свята; тодї приходять Нявки до неї в ночи, коли спить і ссуть її грудь; ... можуть також ссати дитину, а навіть мущину, а то за промах матери. Людина, яку ссуть у ночи Няўки поволї нидіє — марнїє, аж у кінци, висохнувши до шкіри й костин — умирає. Що Няўки ссуть чіюсь грудь, пізнаєть ся по тім, що ссутки їх напухлі, а натиснути на них, видїляють з себе білу теч — молоко.
І ще таке.
Буў то оден віўчьир-легінь, що пас віўцї у полонинї. Ишоў він раз із віўцями и наґійшоў д’ озерови. Але дивит сї, що там у озері купали сї Няўки и додивиў сї він, котра найфанїща тай ухопиў від озера єї фустку — що они якіс такі фустки мают — и укік... А она відивила сї що він зробиў и такі из озера тай за ним... Прилекіла й зачьила просити у него тоту фустку, а він не хокіў віддати, бо хокіў сї оженити. Тай так, шо она пристала. Извьінчили сї ни и були у купі. Але десь раз пішоў тот віўчьир гет, а она каже до єго маттери: Кобисти нї, каже унесли из комори тоту фустку, я би сї, каже, файно убрала... А стара узєла, тай унесла; а тота — фустку на голову и як полекіла назад у гори, то уже ї білше нїхто не виґіў.
Петро Попович // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.569)

У Сиготї трафило сї одним людим , тиж коло роботи у бутинї, що прийшоў ид нїм Чугайстир. Якурат піснули люди у колибі, а один якось ще не спаў, чує, а то шось чупкає на дворі та доперло двері у колибі и несе поперед себи на ріжнї ґіўчьи, Няўку тоту... А тот чоловік, шо ше не спаў, питає: А ти шо туй хоч? бо уже знаў, шо то Чугайстир. — А він каже: Нїчо, каже, нїчо; хочу собі трошки мєса сцмажити... Тай такі ту Няўку у ватру, ... віобертаў, віобертаў тай пішоў собі гет.
Петро Попович // Онищук А. "Матеріали до гуцульскої демонології" (749: с.60)

Нявки-мавки се такі бісицї, що з переду йик чельидина, а з заду видко їх утробу; ноги у них йик у дитини, а голова жіноча. Се нехрещені душі дітий, що перед зеленими сьвйитами блукают по польих та над водами, та голосьит: Мав, мав. Вони ізсисают людий. Вони сходьи си на розіграх, свйито перед Иваном, та співают тонким голосом:
Йик би не цибульи, ни чиснок
Та не кидрове зільи, анї юдове зільи
то би був наш сьвіток
Вони не любйи анї чиснок, анї цибулю, бо то вонит, тай свйичене ні. На великдень сьвйитьи зерно та відтак аж садьи . На розіграх не мож на дворі спати, бо нявки ходи та співают, а чоловік у просонку учує и схопит си заспаний, вони єго обманьи; він гадає що то правдива чельидь, і він з ними идет лїсами, степами; йик заведут єго у лїс. Юда си єго йме, обманит ище білше, переюдит єго, він уже у лїсї си лишиє, межи люди не йде, бо єго водит Юда; він вже не умиває си, оченаші не говорит, а йик загине у лїсї, то душу єго озме зараз Юда.
Люде сьвйиткуют розігри, аби нявки, йик справйиют весїльи, не взьили кого з собов, не заманили співом. З давен давна приказуют, що на розігри, йик нявки гуляют, не вольно робити нїчо, лиш сьвйиткувати
Юра Шеребурьик, Барвінкова// Шухевич В. "Гуцульщина" (759: с.201)

Мавки в художественной литературе
Два самых известных появлений мавок в украинской литературе — это драма-феерия Леси Украинки "Лесная песня", где мавка — главная героиня и выведена, скорее, как олицетворение природы с её красотой и циклом умирания и воскресения. В более привычном и близком к фольклорному мавки появляются в "Тенях забытых предков" Михаила Коцюбинского, где нявка в виде погибшей невесты главного героя заводит его всё дальше в лес, но затем появляется чугайстир и главный герой пытается отвлечь его, пригласив на танец. Всё сверхъествественное в повести в известную экранизацию этого произведения Сергея Параджанова 1964 года не попало.

Источники:
Мифологический словарь — М.: Советская энциклопедия, 1990 (2)
Онищук А. Матеріали до гуцульскої демонольогії // Матеріали до української етнології — Львів, 1909. Том XI. — с.1-139 (749)
Труды этнографическо-статистической экспедиции в Западно-Русский край. Юго-Западный отдел. Материалы и исследования, собранные д.чл. П.П.Чубинским. Том I. Выпуск первый: Верования и суеверия. Загадки и пословицы. Колдовство. — Санкт-Петербург, 1872 (750)
Знадоби до української демонології. Зібрав Володимир Гнатюк. Том ІІ. Випуск 1 // Етнографічний збірник. — 1912. Т.33 (755)
Этнографические материалы, собранные в Черниговской и соседних с ней губернях. Вып.1: рассказы, сказки, предания, пословицы, загадки и пр. / Б.Д.Гринченко. — Чернигов: Типография губернского земства, 1895 (756)
Pokucie. Obraz etnograficzny. Tom III. — Krakow: Drukarnia Universitetu Jagielonskiego, 1888 (757)
В.Шухевич "Гуцульщина". Часть 5. — Львів: Загальна друкарня, 1908 (759)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#17 Яробор » 18 сентября 2015, 14:56

Полуночник и полуночница

Бессонье — вредоносные существа, порожденные полдневным и полуночным временем
Полуночная хозяйка — обращение к полуночнице в заговорах
Полуночь — дух полуночи не вполне определенного облика, «растворенный» в полночном времени
Полуношница Анна Ивановна — имя полуночницы в Архангельской губернии

Духи полуночи; болезнь (детская бессонница); персонификация болезни.

«Говорят, ночью мне поглумило сегодня, полуночь показалась»
Вологодская губерния

«Чу, полуночник прошел!»; «Его полуночница гнетет»
Даль, 1882

«Заметивши, что ребенок просыпается в полночь, говорили: «У него полуночница»»
Авдеева, 1842

Сведения о полуночнике и полуночи ограничены. Полуночь – это дух полуночи не вполне определенного облика, «растворенный» в полночном времени:

«А в полночь полуночь ходит»
Вологодская губерния

В.Даль сообщает, что полуночник – род домового, который в полночь обходит всю деревню и возится по задворкам [Даль, 1882]. По поверьям Вологодчины, полуночь сродни домовому, глумице: она появляется и беспокоит людей, «глумится» ночью.
В рассказах Новгородчины полуночница схожа с кикиморой (пустодомкой): это нечистый дух, живущий в пустых хоромах, тревожащий исключительно детей, не дающий им спать. Полуночница, таким образом, – и домовой дух, и персонифицированное время (полуночный «рубеж;», опасный для человека), и болезнь, бессонница (полуночницей, полуночником в заговорах обычно именуется детская бессонница). Когда дитя не спит по ночам и плачет, обращаются к «полуношнице Анне Ивановне», «полуночной хозяйке», призывая ее оставить малыша в покое: «Взяв дитя на руки, поднять его вверх, трижды ногами его коснуться матицы, при чем трижды плюнуть и произнести:

«Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Полуношница Анна Ивановна, по ночам не ходи, рабы Божьей < имя > не буди! Вот тебе работа: днем играй пестом да ступой, а ночью матицей. Во веки веков. Аминь»»
Архангельская губерния.

По поверьям многих народов, временные «рубежи» (полночь, полдень, закат) порождают и активизируют опасных духов (в том числе полуденников, полуночников):

«В полночь нечистый по земле прошелся»
Даль, 1882

Иногда полуночник ассоциируется с покойником, который «ходит в полночь» (Арх.).
Крестьяне Архангельской губернии считали, что полуночниц двенадцать сестер. В заговорах упоминаются «полуденные и полуночные криксы и плаксы», «бессонье» – вредоносные существа, порожденные полдневным и полуночным временем, которых должны забрать, «увести к себе» представляемые живыми Утренняя Заря, Земля, Вода: «Во имя Отца и Сына и Святого Духа. Заря-заряница, заря, красная девица, возьми криксы и плаксы, денны и полуденны, нощны и полунощны, часовы, получасовы, минуты и полуминуты от раба Божьего <имя>» (Новг.).
«Встану я, раб Божий <имя>, благословясь, пойду перекрестясь, из избы в избу, из дверей в двери, из ворот в ворота, под восток, под восточну сторону; под восточной стороной ходит матушка утренняя заря Мария, вечерняя заря Маремьяна, мать сыра земля Пелагея и сине море Елена. Я к ним приду поближе, поклонюсь им пониже: «Вояси ты матушка заря утренняя Мария и вечерняя Маремьяна, приди к нему, рабу Божьему, ко младенцу, возьми ты у него полунощника и щекотуна из белого тела, из горячей крови, из ретивого сердца, изо всей плоти...» (Енис.).
Упоминается в заговорах и сходная с полуночницей, полуночью «матенка-полуноченка», «Матер ночная и полуночная». «От бессонницы клали в люльку ребенка краюшку хлеба, цветок чертополоха, косточку из головы поросенка, или рыбы, которую в просторечии называют «сон»; эта косточка имеет фигуру старинной серебряной копейки. Клали еще в люльку девочке прясицу, а мальчику лук и стрелу» [Авдеева, 1842].
Охранить от полуночников и полуночниц могло, по поверьям, особо осмотрительное поведение, заговоры, молитвы, все это, однако, далеко не всегда уберегало от всепроникающего влияния «порубежных» духов. (286)

Источники:
Марина Власова "Новая Абевега русских суеверий" — СПб.: Северо-Запад, 1995 (286)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#18 Яробор » 4 октября 2015, 22:49

АЙТВАРАС (Атварас, Айтвар)

В литовской мифологии (а также в польской — под именем Айтвар) так называют летучего духа в виде огненного змея, дракона (иногда чёрной вороны, цапли, петуха или кошки), привидение, инкуба. Считается, что он приносит людям богатство, особенно деньги, молоко, мёд.
"Мужской божок блуда, приложник или инкубус, нападающий на спящих девушек. Обитает за заборами, отчего и назван Айтверасом, буквально "зазаборником". К.Ширвид в своем словаре* называет его Айтварос, по-латински — Инкубус, по-польски — Летавец.
У литваков*, называющихся литонцы или литовенцы, "мара, дух мужского пола, который будто мешок песка давит спящего человека, ночью садится на коней или на девушек, отчего те покрываются потом. Он способен проникнуть в дом даже через замочную скважину. Невежественное население и по сей день верит в него" (Stender, Lettische Grammatik. Art.Mythologie).
Якобы в Литве существуют о нём поверья: в первый раз как невиданое существо напал во сне на девушку, другой раз показался ей в образе летавца (летающего огненного змея, метеора). Проникая в хранилища старых, запасливых хозяек, крадет мясо, колбасы, молочные и прочие продукты, которые вместе с деньгами относит излюбленной девице. И та, обольщённая соблазнами этого духа, уже не способна никакими способами избавиться от любви к нему.
Интересное упоминание об этих божках оставили нам Прусские Хроники (Schütz, fol.25. recto.): В лето 1247, когда крестоносцы уже Помезанией* владели, и тамошний люд, по-своему, к вере христианской как будто склонили; но в продолжительных кознях и боях с жителями других провинций, заручившихся поддержкой Святополка, княжича Померанского*, не имея, как видно, достаточно времени на усиление своей власти в Помезании, не сдюжили укрепить в вере новообращенную паству. В сей смуте явились свету божки, называемые Айтарасами (Succubos et Incubos), появлявшиеся всё чаще, открыто либо скрытно по ночам, а то и принимая образы живых людей. Мучили жён, искушали мужей, склоняли крепких духом и сильных верой во грехи, топили в реках, вешали на деревьях, словом, творили неисчислимые преступления и мракобесия. Иные девы рассудок теряли. Испуганный люд возвращался к языческих жрецам. Те говорили, что высшие боги послали сих духов скверны в наказание за то, что народ перестал чтить их веру. И это вернуло людей к вере жрецов, передавших ту волю богов. И те заговорами поклялись изничтожить Айтваров, а люд Помезании присягнул отныне не принимать веру христианскую и всех христиан до последнего среди своих на корню извести, и тем обеспечить защиту своей древней веры. И так ладно хитростью творятся чудеса в глазах легковерных.
Франсуа Ноэль (François Noël) в "Мифологическом словаре" под артикулом "Инкубус" сообщает: "Это злые духи, которые, как считается, приходят душить мужчин и женщин тяжестью своего тела. Это то, что по-французски зовётся Кошмаром. И также именуется Фавном и Сатиром, по причине их похотливости. В невежественные времена демонологи придумали демонов возлежащих — инкубусов и подложниц — суккубов, преследующих людей бесстыдными образами во сне, и даже тех, кто хранил целомудрие. В древности таких демонов-искусителей обожествляли под именами Ephialtes у греков и Hyphialtes у римлян."
Теодор Нарбут "Истории литовского народа. Литовская мифология"
Излюбленное занятие айтвараса — заплетать лошадям гриву, насылать людям кошмары. По поверьям, айтвараса можно купить (так верным местом для приобретения Айтвараса в литовских сказаниях называют Ригу, или рижский рынок), за чью-либо душу получить от дьявола или вывести из яйца от семилетнего петуха (иногда сам айтварас представляется в виде петуха, извергающего зерно). Избавиться же от айтвараса крайне сложно, просто выгнать его трудно, а если убить — случится пожар.А вот что рассказывают про айтвараса в народе:В деревне Кукай, что недалече от Лауксодиса, была у Мартинайтиса баня. И вот как-то вечером пошли бабы мыться. Идут они, и вдруг из-за соседского сарая сверкнул шар красный — и взлетел. Блеснул — и спустился на клеть другого соседа. Стали они Мартинайтиса расспрашивать, что, мол, это такое? Он и говорит:
— Айтварас это! А коли вам поймать его охота, полы одежды крест-накрест запахните — вот и поймаете.
А сосед этот с той поры сильно разбогател.
"Айтварас в полете". (Записала Б.Кукурите в 1970 году в д.Ноцюнай Пакруойского р-на от Р.Рямейкене, 72 лет)

Читать далее...
Ездил я, когда молод был, в ночное. Там-то и видывал я это и другие тоже видали: вот покатилась звезда по небу и стала видна далеко-далеко. Тут мы и вскрикивали:
— Айтварас! Айтварас!
А бояться-то его не боялись.
Раз поскакали в ночное, глядь — айтварас приближается. Весь черный, точно кочерга, только края поблескивают. Тотчас мы спешились да и порешили изловить айтвараса. Вонзил один из наших нож между пальцами ног в землю. Ну, тут айтварас и опустился на верхушку ольхи. Даже все листочки ольховые в округе затрепетали. И порешили мы все разом отпустить айтвараса. Уж больно страшно стало — ведь айтварас же не наш.
"Как айтвараса поймали". Записала Э.Глямжайте-Дулайтене в 1921 году в д.Куосенай Купишкского р-на от Й.Станчикаса, 65 лет

Повенчался парень с девицей небогатой. Ночевали они в каморке, а коли работать куда уходили, на ключ каморку запирали. Вот как-то раз возвратились, и взялась жена постель перестилать. Глядь — а там три кучки угля. Раскричалась она, свару затеяла — откуда, мол, такое? А хозяин ей в ответ:
Полно, ведь у тебя же ключ — вот и замыкай дверь покрепче!
Немного погодя снова нашла она три кучки не то угля, не то золы. И в третий раз тоже.
Переругалась она со всеми, перессорилась, расспросами всех замучила, да только никто о том не знает — не ведает ни семья, ни хозяин.
А ведь это айтварас угли приносил. Подобрала б она эти угольки да сказала б спасибо — обернулись бы они денежками. Куда там... Вышвырнула она угольки вон да еще прибавила: «Не надобно мне чародейства этого!». Ну и прекратилось все.
"Как айтварас в слуги напрашивался". Записал Н.Велюс в 1963 году в д.Тракогалис Шилальского р-на от П.Поцюса, 70 лет

Коли кто желал айтвараса завести, держал у себя семь лет черного петуха. А на восьмом году должно было петуху этому яйцо снести да айтвараса из него высиживать. Яйцо петушиное продолговатенькое, а посередке словно пояском перетянуто. Ну и что же из яйца того получиться могло? А вот что: вылезал из него червь, длинный точно уж, и за дело принимался. Летал по воздуху, приносил домой деньги, зерно да молоко. Только вот ведь беда: ежели в доме такую «пташку» держали, хозяйка с болезнями не расставалась, все хворала. А поутру приходилось ей что ни день яичницу жарить да из мисочки айтвараса кормить.
"Как айтвараса завести". Записал Руцявичюс в Капсукском р-не

Сравнялось парню одному девятнадцать лет, а он из дому ни ногой, ну никуда не ходит. Как-то раз велела ему мать пойти в баню помыться, да и настояла на своем, так сыну выговаривая:
— Что ж за напасть такая, все сиднем сидишь?
Пристала как банный лист, пришлось ему идти мыться.
А мать примечает: достает он что-то из подмышки, укрывает-закутывает потеплее, потом дунул — и вышел за дверь. Не стерпела она, глянула — а там яйцо, уж почти проклюнулось, даже голова торчит.
Мигом парень из бани обернулся — а мать ну браниться:
— Какого черта ты здесь высиживаешь? А он ей в ответ:
— Молчи, коли не знаешь! Или ты в богатстве жить не хочешь?
А потом, как вывелся у него айтварас, так и потекло в их дом богатство со всех сторон: жеребцы в стойле ржут, скот плодится. И стали они богаты.
Старики поговаривали, что прежде много у кого айтварасы бывали.
"Как парень айтвараса выводил". Записал П.Ярацкас в 1936 году в д.Аукштакальняй Зарасайского р-на от Е.Бикульчите, 65 лет

А вот у Петрониса из Свиденяй айтварас появился нежданно-негаданно. Шел он раз через пастбище, увидал чеку и подобрал ее. Как домой воротился, в конюшню зашел на лошадей поглядеть. А чеку засунул под стреху: не бросать же находку куда попало!
С тех пор, говорят, в яслях овес не переводился, а лошади чуть не лопались от жира. Петронис сразу приметил, что к добру находка.
Вот так и держал он у себя айтвараса несколько лет. А потом нанялся к нему батрак, принялся как-то навоз вывозить да и увидал чеку. Вытащил и засунул незнамо куда. Только и прозвенело: дзинь! дзинь! — и нет чеки, пусто.
С той поры достатка как не бывало: отощала скотина, да и все другие дела вкривь и вкось пошли. А Петронис чуть не удавился с горя: всегда ведь сам ходил лошадям корм задавать, а тут такая незадача! Подобрал батрак чеку и, сам того не ведая, беду наделал. Все прахом пошло!
"Как чеку нашли". Записал Й.Крикшчюнас-Йоварас в 1914 году в Шяуляйском р-не

Жила старушка. Давно ей хотелось айтвараса завести, только не знала она, каков он с виду. Раз поехал сосед на базар. Вот старушка и упросила, чтоб он ей айтвараса купил. Тому деваться некуда — просила ведь соседушка, надобно приискать! Купил он табакерку, привез домой и велел соседке положить табакерку в сундук. Так она и сделала. А немного погодя глянула — в сундуке черный петух сидит! Перепугалась старушка, за ксендзом побежала. Просит его, чтоб освятил сундук. Ксендз согласился. Пришел, освятил — и исчез петух, а вместо него снова табакерка появилась.
А ведь это, говорят, и был айтварас. Кабы не ксендз, был бы полный сундук денег.
"Табакерка". Записала В.Вайчюлите в 1970 году в д.Гатаучяй Пакруойского р-на от О.Уогинтене, 73 лет

В крепостные еще времена поехал один мужик в Латвию айтвараса покупать. Стал сосед просить, чтоб и ему тоже купил, и денег дал. Ну, мужик себе купил, а соседу — нет. На деньги позарился.
По дороге домой поймал он громадного овода, что лошадь донимал. Поймал — и в табакерку. Приехал домой. Подает соседу табакерку и молвит:
— Исполнил я просьбу, купил тебе. Только внутрь не заглядывай! Коли откроешь — беда! Тут же не станет у тебя айтвараса!
Много ли, мало ли времени прошло, заходит мужик к соседу. Спрашивает:
— Ну, что айтварас? Принес ли чего?
— Спасибо тебе! Верой и правдой служит айтварас! Исправно носит!
— А мой ничего не носит... — плачется мужик.
Вишь, настоящий-то айтварас у соседа оказался. Оводом обернулся. А мужик, о том не ведая, своими руками его соседу отдал. Захотел хитростью денежки соседовы присвоить, да не вышло! Себе-то он только уголек оставил. Купить-то его мужик купил, да только проку в том никакого.
Не обманывай!
"Как айтварас оводом обернулся". Записал А.Урбонас в 1937 году в д.Шалиненай Зарасайского р-на от Г.Квядарене, 57 лет

Послал хозяин батрака в Клайпеду за айтварасом и пять рублей выдал. Тот зашел в лавку, заплатил, дали ему коробок вроде табакерки. Да велели, чтоб по возвращении внутрь не заглядывать.
Он и пошел. А у хозяйского луга не стерпел и открыл коробок. А внутри только два уголька. Разозлился батрак: ведь втридорога заплатил! Взял да и забросил угольки в можжевельник.
Вернулся он домой. А хозяин к нему с расспросами:
— Принес?
— Не нашел.
— Врешь, нашел!
Тогда он признался:
— Да ведь там только и было что два уголька, вот я их и кинул!
А хозяин знал, что да как. Лошадь запряг и мешок прихватить не позабыл. Приехал на луг — а там копна ржи и ячменя копна. Да столько — зараз и не увезти!
"Как батрак выбросил айтвараса". Записал Ю.Мицкявичюс в 1934 году в Плунге от И.Станкониса

А вот как-то раз осенью — тогда уж молотили — шли мы, просушивши овин, вдвоем с батраком мимо гумна. Смеркалось уже. Вдруг будто промелькнуло-промерцало что-то по саду — и прямо к клети. Озарилась вся земля, а прямо над нашими головами блеснуло что-то, словно полотенце, светлое, точно буланое. Тр-р-р — и опустилось на клеть.
А хозяйка как выбежит, как выскочит с полотенцем этим в руках. Швырк один конец на дверь клети, а другой узлом завязала — и бегом обратно.
Ну, а мы прикинулись, будто не видали ничего, и домой воротились.
А назавтра, хоть и не чаяла, пришлось мне в той клети побывать. Ключи хозяин у себя держал, а нам с батраком заходить туда заказано было. Заглянула я туда — пять закромов пшеницей полны-полнехоньки: ну, чисто золото! А ведь в тот год пшеницу мы и не сеяли.
Вот миновал год — стали меня хозяева на другой нанимать и плату прибавили, да только кто ж там останется! Я и говорю:
— Спасибо, хозяйка, и на том годе, да только не ко двору я вам! Не ужиться мне с чертями — того гляди и меня лукавый попутает!
"Зерновой айтварас". Записала Г.Варкалене в 1948 году в Шяуляе от П.Шимкене, около 60 лет

Название «Айтварас» обычно сопоставляют с литовским словом varýti, то есть "гнать"; согласно другому объяснению, оно восходит к иранскому *pati-vāra (2: с.31), как и польское poczwara — злой дух, кошмар или белорусское пачвара — монстр, ужасное чудовище.
В латышской мифологии айтварасу соответствует дракон пукис.
Согласно П.Древлянскому, у белорусов схожими функциями обладает домовой цмок, которого за его службу следует ежедневно кормить яичницей.
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#19 Яробор » 7 октября 2015, 11:24

БОГИНКА

Женский мифологический персонаж, вредящий роженицам, беременным женщинам и обменивающий детей. Представления о Богинке известны в Польше, на польско-украинском и польско-словацком пограничье.

Богинок чаще всего представляют в виде нескольких (обычно трех или двенадцати) безобразных женщин, высоких, худых, бледных, с отвислыми грудями, вздутым животом и распущенными длинными волосами. Им приписывают зооморфные черты — гусиные, куриные или собачьи ноги, зубы в виде свиных клыков, крючковатый нос. Реже Богинки имеют вид красивых молодых девушек. Богинки могут принимать облик собак, кошек, лягушек, иметь вид тени, тумана или пара, поднимающегося над водой.
Обычно полагают, что Богинки происходят из «нечистых» покойников: самоубийц, женщин, умерших во время родов или в послеродовой период до введения в костел, девушек, умерших до свадьбы, детей, умерщвленных своими матерями, ведьм, грешников, старых дев. Ими становились также дети и женщины, украденные Богинками.

Богинки обитают около водоемов, в подводных ямах, на болотах, в норах, пещерах, оврагах. С весны до осени они живут в прибрежных зарослях, а на зиму уходят под воду. Временем, когда Богинки наиболее опасны, считается полдень, ночь, а также время после захода солнца. Из дней недели наибольшая активность Богинок приходится на субботу.
Основное занятие Богинок — нападать на беременных, рожениц, а также женщин в период послеродового очищения, не совершивших обряд введения в костел. Появляясь под окнами дома, Богинки зовут женщину по имени, привлекают танцами и пением и, выманив из дома, похищают ее, мучают, таскают по полям, бьют, измазывают грязью, сосут ей груди, выворачивают руки. Богинки насылают на рожениц порчу и болезни, отнимают у них молоко. Беременных женщин Богинки давят во сне, вынимают у них ребенка из утробы, выкармливают его своим молоком и превращают в демона, а женщину топят. Богинки подменивают детей, особенно некрещеных (см. Дети некрещеные), рожденных вне брака, оставленных без присмотра, и превращают их в демонов, заставляя служить себе.
Богинки могут нападать и на других людей, особенно на путников, которых сбивают с дороги и заводят в чащу, где убивают, топят или щекочут до смерти. Они особенно не любят мальчиков, которых стараются утопить, зато к девочкам бывают благосклонны, стирают им одежду и расчесывают волосы. Поляки полагают, что Богинки могут вредить и скоту, гонять и пугать лошадей, заплетать им гривы.

Богинки могут и сами рожать детей, обычно девочек; если рождается мальчик, он становится водяным. Мужьями Богинок становятся обольщенные ими мужчины; иногда полагают, что они могут зачинать детей без мужей, оплодотворяясь от ветра.
Согласно поверьям, Богинки купаются в водоемах и стирают белье на прибрежных камнях вальками или своими грудями, развешивают его на деревьях. Богинки не любят, когда за ними подглядывают, и любопытных убивают вальками. Сидя на берегах, они расчесывают волосы, прядут, а также поют, визжат, бьют в ладоши, танцуют, увлекая прохожих в свой хоровод, чтобы «затанцевать» их до смерти.
Основным оберегом от Богинок считался зверобой, который затыкали в окнах и дверях, клали у изголовья кровати женщины и в колыбель младенцу. Для защиты от Богинки под голову роженице клали мужской пояс, железный предмет, в пеленку младенцу втыкали иголку, повязывали ему на руку красную ленту, ставили у кровати вилы.

Источник:
Е. Е. Левкиевская. Славянская мифология.
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3556
Сообщения: 14257
С нами: 5 лет 2 месяца
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#20 Яробор » 17 октября 2015, 12:47

ЦМОК (Змок, Смок)

Дракон в белорусской и польской мифологии. В отличии от западного европейского дракона, цмок не враждебен человеку.
Сохранившееся на Беларуси слово "Цмок" в противовес "Змею", делающему акцент на "земляной" природе дракона, указывает на водную стихию. В некоторых белорусских диалектах словом "цмок" называют вяселку-радугу, которая как бы "выцмактывае" воду из реки или озера. "Цмактаць" означает "высасывать, осушать, лишать воды, влаги". Хотя есть версия заимствования этого слова из германских языков (ср. англосаксонское "snаса", английское "snake" — "змея"), мы придерживаемся славянской версии происхождения этого слова. Тем более, что оно известно и болгарам (Смок, Цмок), и словенцам (Smůk), и полякам (Smok), и чехам со словаками (Zmok), ну и в церковно-славянском языке это слово присутствует (Смокъ).
"Подобно шата́ну, цмокъ живетъ и дѣйствуетъ особняком и, подобно ему, не любимъ остальными нечистиками, но уже вслѣдствіе чванливой спеси. Благодаря природной лѣни, неподвижности отъ отучнѣнія, цмокъ не всегда откликнется на призывъ человѣка, или на призывъ къ помощи другого нечистика. Но разъ онъ подступилъ къ жертвѣ — непремѣнно доканаетъ ее, хотя предварительно взвѣситъ, сто́итъ ли она трудовъ, нарушеннаго покоя; если нѣтъ— цмокъ презрительно отворачивается отъ работы, предоставляя ее другимъ нечистикамъ.По внѣшости цмокъ какъ-то опрятнѣе другихъ нечистиковъ, любитъ купаться, ходитъ въ баню и ежедневно умывается. Въ то же время немногіе цмоки имѣютъ какія-нибудь поврежденія, потому что во́ время уходятъ отъ громовой напасти и непосильнаго столкновенія съ человѣкомъ. Предусмотрительная осторожность хранитъ бытіе цмоковъ дольше всѣхъ нечистиковъ.
Кромѣ сказаннаго, о цмокахъ извѣстно, что они рѣже пристаютъ къ простымъ деревенскимъ людямъ и что излюбленными ихъ жертвами бываютъ ханжи всѣхъ положеній, одиночники между людьми, такъ же, какъ и они сами между нечистиками. Люди семейные, или тяготѣющіе къ семейной жизни и живущіе обществомъ, свободны oтъ напастей цмоковъ; къ нимъ, какъ и къ жилищамъ ихъ, цмоки не подступаютъ; зато нарушители семейныхъ и общественныхъ обязанностей — первыя ихъ жертвы."
(Н.Я.Никифоровский "Нечистики. Свод простонародных в Витебской Белоруссии сказаний о нечистой силе)

"Змей, або смок, вялізны, як будынак, бывае ў яго тры, або шэсць, або дзевяць, або і дванаццаць галоў, тыя галовы, як цабры, вялізныя, зубы, як нарогі, пазуры, як сярпы, а крылы, як палашы, вострыя: як дасць імі па чом, так і перасячэ. Гэта найстрашнейшы звер на свеце; дзе ён жыве, ці ў лесе, ці на воблаках, то няведама, бо ён і па паветры лятае."
Federowski, M. Lud białoruski na Rusi Litewskiej — Kraków, 1897

Наиболее развесистое описание находим у широко известного в узких кругах фольклориста-мистификатора П.Древлянского:
"Цмок — дух в виде змеи. Три рода Цмоков насчитывают Белорусцы. Именно: 1) Цмок — общий (Цмок), 2) домовой (домовик) и 3) лесной (лесовик). Об общем Цмоке Белорусцы мало знают: кажется, это, по их понятию, просто дьявол. Общий Цмок имеет в своей власти и распоряжении всех других Цмоков: все прочие Цмоки должны давать отчет Цмоку общему. У каждого семьянина, говорят Белорусцы, есть домовой-Цмок (но, как видно, это уже не дьявол). Он поселяется в доме избранного им семьянина и, пока с ним в хороших отношениях, не отходит от него к другому семьянину. Домовой-Цмок носит своему семьянину деньги, делает нивы его плодоносными, а коров дойными (то есть дающими много молока); вообще он смотрит за всем его хозяйством. Разумеется, все это делается тайно, незаметно от семьянина; впрочем, каждый семьянин знает своего Цмока-домовика, но не более как своего, так что один семьянин не знает Цмока-домовика другого семьянина, даже рядом с ним живущего. За такие услуги Цмока-домовика семьянин, со своей стороны, должен всякий день приготовлять для него яичницу и ставить ее всегда в сковороде на кровле дома. Говорят, что когда один семьянин не приготовил для своего Цмока-домовика яичницы, то Цмок-домовик в ту же ночь сжег весь его дом и перешел к другому семьянину. Но этот обычай не повсеместен в Белоруссии; более господствует следующий. Каждый семьянин, со своей стороны, обязан в известные дни года приготовлять яичницу для своего Цмока-домовика и, прикрыв ее частым решетом, ставить на гумницы (место при гумне). Лесовой Цмок (лесовик), говорят Белорусцы, — непримиримый враг домовика и потому-то он все делает назло ему. Он морит у хозяев скот, делает нивы их неурожайными, ночью высасывает молоко у коров и похищает дочерей. Этот-то Цмок-лесовик нередко поедает яичницы, приготовленные для Цмоков-домовиков. Забавный случай в этом отношении рассказывают Белорусцы, будто бы однажды Цмок-лесовик прежде времени успел окончить поручения Цмока общего и прилетел к одному семьянину съесть яичницу, приготовленную для Цмока-домовика. В это время прилетел и Цмок-домовик. Произошла драка, и на шум, произведенный ими, стеклись поселяне со всей деревни. Но Цмоки, говорят, постыдились и улетели. После этой драки на гумницы осталось много крови и несколько клочков мяса... Вообще о Цмоках в Белоруссии сохранилось много преданий и все они одно другого забавнее и замысловатее. Не знаем, можно ли Цмока Белорусского назвать тем самым Змоком, которого Г.Касторский приписывает Польше (см. его «Начертание Славянской Мифологии», с.57). Нет сомнения, что этот Змок в Польше то же, что Цмок в Белоруссии, и что даже гораздо вернее будет, если и Польского духа назвать Цмоком, а не 3моком. Это можно доказать производством слов Змок, Цмок и самым делом (фактом). Если этого духа назвать Змоком, то нельзя будет найти корня этого слова ни в Польском языке, ни в Белорусском наречии. Разве в Русском? Но если производить корень этого слова из Русского языка, то свойства, приписываемые Цмоку в Белоруссии и Змоку в Польше, ничуть не оправдают этого словопроизводства. Так, если производить "змок" от мокнуть (а иначе нельзя на Русском языке), то этим ничуть не определишь значения слова Змок. Но с какой стати искать корня этого слова в Русском языке? Равно и опыт не доказывает мнения Г.Касторского. В Польше много рассказывают очень страшного про Цмока, и все эти рассказы похожи на рассказы Белорусцев. Различие в том, что в Польше знают одного Цмока (общего), который, по мнению Белорусцев, есть дьявол, а в Белоруссии насчитывают три рода Цмоков. Напротив, если мы назовем этого духа Цмоком, то это слово очень легко и верно можно произвести от его корня, как Белорусского, так и Польского, и значение его не будет противоречить самым действиям, приписываемым Цмоку. Так слово Цмок происходит от глагола цмокаць (cmokac), который и на Белорусском наречии и на Польском языке значит — свистать, щелкать зубами, шипеть по-змеиному. Корень верен, и такой предикат очень идет к змее. Итак, Цмок Белорусский и Змок Польский есть один и тот же нечистый дух в образе змеи."
П.Древлянский "Белорусские народные предания" // Журнал Министерства народного
просвещения на 1846 год

Тут стоит отметить, что функции, приписываемые домовому цмоку, характерны для польско-литовского айтвара и латышского пукиса.
Основываясь на тексте Древлянского, упоминает белорусских цмоков и А.Н.Афанасьев в своих "Поэтических воззрениях славян на природу", при этом он уже явно говорит, что "лесной цмок" — это леший, а "домовой цмок" — домовик.
"Не только людям, но и зверям, гадам и тварям подводным приходилось в тот год тяжко. Как раз тогда вымерли в Сенненских озёрах змеи, про которых писал ещё преподобный Амброзий Куцеянский; которых он когда-то проклял и загнал в озёра, чтоб не пугали людей. Вольнодумцы и еретики говорили, что всё это басни, ибо никто этих змеев, кроме гуляк ночных, не видел. Что ж, и гулякам нужно верить. Какой же это трезвый, богобоязненный человек полезет ночью на лесное озеро с дурной славой?!
И ещё говорили вольнодумцы, что если бы змеи были, они б народ хватали, лапали. И это ересь! Во-первых, преподобный Амброзии тех змеев проклял, а во-вторых, забыли они, что никогда в те времена не отдавало Лепельское озеро трупов.
А в тот год и вольнодумцы ахнули. Правду говорил преподобный. За одну ночь на отмелях тех ящеров, тех змеев нашли сорок, да половина того качалась на волнах, как плавучие острова. Да следующим утром нашли чуть меньше половины того, что вымерло в первую ночь.
А ещё через ночь всплыл самый большой. Один."
Владимир Короткевич "Христос приземлился в Гродно".

Для лучшего понимания ареала "обитания" цмока, стоит отметить, что переводчик, явно не представлявший географию описываемых в книге мест, весьма некорректно перевел имя преподобного Амброзия. Белорусское "Куцеянскі" образовано он названия речки Кутеинки, на высоком берегу которой стоит Кутеинский Свято-Богоявленский монастырь с собственной книгопечатной мастерской. В настоящее время территория монастырского комплекса входит в городскую черту Орши Витебской области. Что же касается непосредственно Сенненских озёр, то они расположены возле города Сенно, примерно в 60 километрах на северо-запад от Орши.
"Видом тот змей был как зверь фока*, такой же лоснистый, в складках, только без клыков. И серый, как фока. Но длиннее, чем тот, весьма. Потому что длины в нём было семь с половиной логойских саженей*, а если поинтересуется немец, то восемь и одна пятая фадена, а если, может, ангелец, то сорок девять футов и ещё двадцать два дюйма.
Туловище имели эти змеи широкое и немного сплюснутое, и имели они плавники — не такие, как у рыбы, а такие точно, как у фоки, толстомясые, широкие, но не очень длинные. Шею имели, к туловищу, так тонкую и слишком длинную. А на шее сидела голова, одновременно похожая и на голову змеи, и на голову лани.
И видит Бог, смеялась та голова. Может, просто зубы скалила, а может, потешалась над нашими бедами. И зубы были величиной с конские, но острые, и много их было на такую голову, даже слишком.
Глаза огромные, как блюдца, мутно-синие в зелень, остекленелые. И страшно было смотреть в эти глаза, и мурашки по спине, будто Евиного змея увидел, и неудобно как-то, и будто в чём-то виноват."
Владимир Короткевич "Христос приземлился в Гродно".

Легенду о свадебных благословениях Цмока записал лепельский краевед Владимир Шушкевич от своей бабушки Аннеты Михайловны:
С детства слышала небылицы, будто в деревню Волова Гора с Лепельского озера в день свадьбы кого бы то ни было из сельчан обязательно приплывает по рекам Эссе и Береще, озеру Береща и Березинскому каналу змееподобное чудовище по имени Цмок. Делает он это ради того, чтобы получить угощение со свадебного застолья. Ровно в полночь жених и невеста уходили со свадьбы на дамбу Березинского канала и в самый глубокий омут, где якобы уже ожидал разносолы и выпивку Цмок, выливали самогон и бросали закуску.
Одновременно просили у чудища благословения на будущую совместную жизнь. Делали это полулегально, поскольку церковнослужители не одобряли почитания мифического существа. Однако никто не отваживался нарушать обычай. Говорят, что молодые даже слышали, как после угощения пьяный Цмок бушевал в омуте и на местном диалекте благословлял будущую семью.
Записал в 1969 году Владимир Шушкевич от своей бабушки Аннеты Михайловны Шушкевич, жительницы деревни Веребки (1899-1975)
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"


Вернуться в «Родноверие в вопросах и ответах»

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 1 гость