Многомирье - детская повесть

Описание: Славянские сказки

Скоморох
Скоморох
Репутация: 24
Сообщения: 120
С нами: 5 лет 1 месяц

#1 Скоморох » 3 декабря 2014, 17:52

Все началось с того, что дочка попросила рассказать ей сказку. Длинную сказку, чтобы с продолжением, с приключениями и волшебством. героев, точнее, героинь, мы придумали вместе. Имена тоже придумала дочка. Так появились сестры Света и Рэй.
Сами собой в повести зазвучали отголоски русских сказок и мотивы моих любимых книг. Эта повесть рождается прямо сейчас. Неровно и трудно, но я очень хочу ее дописать.
Возможно, кому-то она тоже покажется интересной. Поэтому, я решил выкладывать новые фрагменты "Многомирья" здесь, где встречаются мои друзья.

Добавлено спустя 1 минуту 34 секунды:
Глава первая. Гость

- А-а-апчхи! - Света чихнула так, что чуть не свалилась с подоконника. Веселый ветерок донес с моря острый запах пряностей с Солнечных Островов.
Шмыгнув носом, девочка всмотрелась в блестящую, играющую солнечными зайчиками, морскую гладь.
Вот, белые паруса вдали! Но это не тот корабль, за которым она смотрит. Тот гораздо ближе, и паруса у него необычные!
Вот он! В порт входил гордый красавец клипер под светло-голубыми парусами. "Звезда Севера" доставила груз пряностей, а еще там в деревянных клетках, выложенных мягкими зелеными листьями, беспокойно скачут, почуяв незнакомую землю, невиданные животные.
Капитан, высокий красноволосый Радислав, стоит на мостике, сажав крепкими зубами изогнутую капитанскую трубку, и внимательно следит за ходом корабля.
Матросы ловко взлетают на мачты, соскальзывают вниз по канатам, и огромное облако парусов постепенно опадает, корабль замедляет ход, уже слышен раскатистый хриплый боцманский бас!
В пор заходит лучший корабль на свете – клипер «Звезда Севера»!
- Светаааа! Светкааа! Бежим в порт, пришла "Звезда Севера"!, - с нижней ступеньки лестницы ей кричала младшая сестренка. Пронзительно кричала, притопывала ножкой в маленьком кожаном башмачке и смешно морщила курносый веснушчатый нос.
Света спрыгнула с подоконника, разгладила юбку.
- Не бежим, а идём, - солидно сказала она, спускаясь по лестнице. - Ой, окно же надо закрыть, - старшая сестра снова поднялась наверх, захлопнула окно, наложила засовы. И, хохоча, скатилась по перилам, завывая ночной ведьмой.
Восторженно заорала, стараясь не попасться, Рэй, и девочки выбежали из дома.
Были они русоволосые, курносые и сероглазые, тоненькие, как тростинки и ловкие, как ящерицы.
- Все в отца, и характером тоже, - судачили кумушки из соседних домов, глядя, как сестренки несутся сломя голову в порт, стуча каблуками крепких башмаков по булыжной мостовой.
А они не просто неслись!
- Доброе утро, дядя Карл, - звонко встречала Рэй неспешно взбирающегося по крутой улице разносчика лимонада.
И тот, выпятив грудь, рявкал, - Стой!
И наливал девочкам стакан шипучего прохладного лимонада из запотевшего кувшина.
- Спасибо, дядя Карл, - уже на бегу кричали девчонки, летя через желтое с голубым летнее приморское утро.
- Здравствуйте, тётя Марта!, - уже хором пели сестрички, умильно глядя на кругленькую, румяную, сдобную, как булочки, которые она и продавала, женщину в платье с таким количеством оборочек, словно она изображала морскую пену.
- Сложив руки на животе, Марта смотрела на сестер сверху вниз и задумчиво улыбалась. наконец, не выдержав, манила рукой за собой, и те залетали в пахнущую корицей, марципанами и сдобой лавку. И спустя считанные мгновения уже летели по улице дальше, мыча набитыми ртами, - Пасибббб, тётяяя Мартаааа!!!!
- Смотри, смотри, почтовый! - глазастая Рэй приплясывала вокруг старшей сестры, тыча пальцем в небо. Там, пуская солнечные зайчики, чуть слышно рокоча моторами плыл словно гигантский медленный кит почтовый дирижабль.
Затаив дыхание девочки смотрели, как он подплывает к такой тоненькой отсюда причальной мачте и почти невидимые отсюда матросы причальной команды скидывают вниз толстые канаты, которыми привязывают величественную тушу дирижабля. Из блестящей гондолы выдвигается прозрачный хобот причального перехода и по нему двигаются яркие разноцветные пятнышки.
Это выходят пассажиры - на почтовых их немного, и они выходят первыми. Вот синие пятна мундиров, это офицеры Исследовательского Флота. Отсюда не видно, но на рукавах у них эмблема — древняя ладья со звериной головой на фоне золотого солнца с изогнутыми лучами.
А, вот, красный, словно мак, мазок на фоне неба. Роскошное женское платье из шелка, что делают в далекой стране, о которой рассказывала мама. В той стране высокие горы, покрытые снегом, а в долинах живут прекрасные бабочки шелкопряды. Их коконы собирают и как-то хитро делают из них шелк.
Девочки до конца так и не поняли, как же это, но слово шелкопряд стало их любимым.
До боли в глазах всматривались они в пассажиров дирижабля, с замиранием сердца провожая каждое пятнышко, но так и не увидели того, что так ждали...
Не было светло-коричневого пятна крепкой ношеной кожаной куртки отряда Открывателей.
Рэй опустила глаза и уже без аппетита жевала свою любимую булку с корицей.
Света погладила сестренку по голове. Она старшая, ей уже восемь, а малышке всего пять с небольшим, нельзя показывать, что у самой на душе кошки скребут.
А самой хочется шмыгнуть носом и расплакаться от обиды.
- А, может, папа на "Звезде" вернулся, пойдем же, пойдем!, - Рэй уже тянула сестру дальше, в порт.
И Света заулыбалась, - Конечно, бежим, посмотрим!
Хотя, кошки продолжали внутри мяукать и царапаться.
Папа отплыл почти год назад. Как обычно, обнял маму, поцеловал, подхватил на руки дочек - высокий, тонкий, похожий на шпагу, улыбающийся самой доброй на свете улыбкой.
Крепко поцеловал и их, поставил на нижнюю ступеньку лестницы. Поплотнее запахнул свою длинную кожаную куртку и, взяв дорожный мешок, шагнул за дверь, туда, где холодное осеннее солнце только готовилось взойти над серым морем.
____***____
Порт!
Шум, свет, многоязыкий гомон, раскатистый хохот огромного чернокожего толстяка со штурманским биноклем на необъятной груди! Скрип лебедок, разгружающих остро пахнущие тюки с пузатого торгового судна, хлопанье флагов и вымпелов, и запах моря!
Света поднырнула под сцепкой паровой коляски, потянула за руку Рэй, и они понеслись туда, где стоял красавец клипер.
На пирсе, внимательно наблюдая за разгрузкой стоял, заложив руки за спину капитан клипера - в небесно-голубой, как паруса своего корабля форме с золотыми эполетами и снежно-белой фуражке, из под которой выбиваются непослушные рыжие кудри.
- Капитан Радислав! Капитан! - Рэй, не дожидаясь сестры вприпрыжку понеслась по пирсу, уворачиваясь от грузчиков.
Капитан "Звезды Севера", широко улыбаясь, подхватил Рэй, поднял и закружил, - Ах ты, сорви-голова! Ну-ка, дай я посмотрю, как ты выросла! А ну, Джек, лови и веди ее на камбуз!
И капитан высоко подбросил визжащую от страха и восторга Рэй куда-то в небо.
Это Рэй казалось - куда-то. А летела она уже точно в могучие руки неслышно подошедшего боцмана Джека. Забросив девочку на плечо, боцман переваливаясь полез по трапу, бурча под нос, - ну куда это годится, кожа да кости! Сейчас прикажу коку, чтобы привязал тебя к скамье и не отвязывал, пока ты не нарастишь хоть немного мяса!
- Здравствуйте, капитан, - тихо поздоровалась Света, потупив глаза. Сердце билось часто-часто, и страшно было спрашивать, но папа говорил, что надо идти навстречу страху, и она спросила, - Капитан, вы не слышали ничего о нашем папе?
- Нет, Света, - грустно покачал головой Радмир, - во всех портах, куда заходила "Звезда Севера", я спрашивал о Владимире, и о его товарищах тоже, но никто не видел Открывателей.
- Да, я знаю…кроме папы не вернулись из экспедиций еще двое. Но ведь папа отплыл как раз на "Звезде Севера", вот я и думала...
Капитан Радмир достал из кармана свою трубку, покрутил в руках, задумчиво сжал зубами. Он стоял такой высокий, такой надежный. что Света почти поверила, что он сейчас скажет - папа обязательно вернется, не беспокойся.
Но капитан лишь грустно вздохнул, - Отплыл, все верно. Но он сошел на берег в Бромбукерке и должен был отправиться дальше в глубь пустыни, исследовать Шуршащие Пески. Так он сказал, и в Бромбукерке я должен был забрать его три месяца спустя. Но…его там не было. И в следующий раз, тоже не было. Я спрашиваю о нем каждый раз, как захожу в этот порт. А боцман Джек с половиной команды обходит весь город и выспрашивает, не видел ли кто высокого человека в куртке Гильдии Исследователей. Но никто не...
И тут капитан замолчал. Глаза его потемнели, а зубы сжали трубку так сильно, что, казалось, еще немного, и он ее раскусит. Он смотрел куда-то позади девочки, и Света встревоженно обернулась.
По трапу сходил низенький круглый человечек в смешной черной одежде, вроде старушечьего платья и такой же смешной фиолетовой шляпе с большими обвисающими полями. В руке человечек нес большой, фиолетовый, как и шляпа, саквояж, набитый так туго, что кожа аж поскрипывала.
Почему это капитан стал таким сердитым, подумала Света, рассматривая черно-фиолетового человека.
А тот неожиданно ловко соскочил на пирс и, переваливаясь направился к капитану.
- Благодарю вас за чудесное путешествие, капитан Радмир, - почти пропел человек с саквояжем, - Я непременно, непременно расскажу о вас Его Превосходительству.
- Рад слышать,- коротко и очень сухо ответил капитан, резко кивнув головой. Наверное, он хотел изобразить вежливый поклон, но получилось у него плохо.
- Какая очаровательная девочка, это ваша дочь?, - заметив Свету снова запел человечек.
- Нет. Это дочь моего друга. Он открыватель из Гильдии Исследователей. Владимир Сваров, слышали о таком, господин генерал-епископ? - капитан Радмир посмотрел на пассажира очень внимательно, но тот лишь расплылся в умильной улыбке.
- Рад познакомиться с тобой, девочка. Твой папа - один из самых известных членов Гильдии. Открывать новые земли, какая прекрасная работа! Прекрасная, но и опасная. Но очень, очень полезная.
- Вы правда-правда не знаете ничего о папе? - Света смотрела на генерал-епископа во все глаза. У него же такое большое звание! Он же может все! Ну почти всё.
Но генерал-епископ лишь дотронулся до светлых Светиных волос и покивал головой.
По пирсу застучали тяжелые солдатские сапоги. Шестеро солдат под командованием дюжего лейтенанта печатая шаг подошла к пассажиру "Звезды Севера", и лейтенант прогаял, - Ваше превосходительство, почетный экскорт прибыл для обеспечения вашей безопасности и доставки в вашу резиденцию!
- Почему вы не прибыли заранее, лейтенант, - голос маленького пассажира стал очень резким и неприятным. Колючими глазками он сверлил лейтенанта, и Света увидела, как тот бледнеет и молча открывает рот, не зная, что сказать.
- Ладно, ведите меня к экипажу, мы обсудим вашу непростительную задержку позже, - кивнул, наконец, генерал-епископ.
- П-позвольте, в-ваш саквояж, - выдавил лейтенант, но генерал-епископ лишь мотнул головой и крепче вцепился в ручку.
- Всего доброго, капитан, всего хорошего, Светлана, - пропел он снова и пошел по пирсу, окруженный каменными спинами солдат.
Свете стало страшно и зябко. А капитан вынул изо рта трубку и спросил, - А откуда он знает, как тебя зовут?
- Ой, и правда, - Света аж зажала рот рукой.
Откуда?
Впрочем, додумать Света не успела. Сверху, с борта клипера раздался торжествующий голос сестрёнки: - Светааааа! Иди сюда, тут такое!
Капитан кивнул ей, - Беги, а то боцман с коком ее закормят так, что домой катить придется, и Света взлетела по трапу, крича, - Иду! Подожди и ничего не трогай!
___***___
Возвращались они уставшие, страшно довольные, нагруженные мешочками с пряностями, связками ракушек, сушеными морскими звездами невероятных расцветок, кораллом в крохотной бутылочке розоватого стекла, бусами из прозрачного камня, в который ловят на далеких островах сияние полной луны, а еще у Светы в новой парусиновой сумке лежали фрукты из далекой-далекой страны, которые капитан радмир вез, спрятав в леднике, глубоко-глубоко в трюме.
- Мама! Мама, смотри, что у нас есть!, - бросилась в кухню Рэй, едва успев переступить порог.
- Вот это да! Вот это здорово! Слушай, я сейчас эе добавлю это в рагу!, - донесся с кухни звонкий голос мамы.- А теперь мыть руки, живо! Света, и тебя это тоже касается!
- Мам, иду!
Обув мягкие домашние туфли, Света тоже прошла на кухню.
Мама Оля колдовала у плиты, напевая, пробовала на вкус что-то из булькающего котелка, напевая переворачивала овощи в глубокой сковородке, и Света залюбовалась ею - самой красивой мамой на свете. Невысокая, светловолосая, улыбчивая, их мама всегда находила слова, когда надо было утешить, умела как настоящая волшебница дуть на разбитую коленку, и тогда противная мазь вовсе не щипалась, а еще она бегала с ними запускать воздушного змея, умела карабкаться на скалы и собирать птичьи яйца, и была самой любимой учительницей ребятни со всего города.
Сегодня занятий в школе не было, но Ольга вела уроки для отстающих, а потом учила чтению и счету детей богатого купца Кристофера с Суконной улице, и сейчас улыбка ее была уже немного усталой.
Света деловито повязала фартук и отобрала у мамы поварешку.
- Рэй, раскладывай фрукты, пересыпай пряности, - скомандовала она сестренке, и та, сопя, полезла доставать горшочки с плотно притертыми крышками.
- Вот сюда - гвоздику, - подсказывала ей мама, а вот сюда, нет, нет, это не сюда, понюхай...
Готовили вместе. накрывали на стол тоже.
Уселись за стол, и только тогда стало грустно. Во главе стола стоял стул с высокой резной спинкой. Папин стул.
Мама Оля грустно улыбнулась и, выпрямившись, скомандовала, - А ну, налетай.
Ужин затянулся. Рэй попыталась капризничать, рассказывая, как накормил ее боцман Джек и какой замечательный кок на "Звезде Севера", Света разводила руки, показывая, какой огромный альбатрос кружил над кораблем, по словам матросов.
- А дяденька смешной какой там был, - хихикнула Рэй. Пузатый, в фиолетовой шляпе который!
- Генерал-епископ какой-то, - помрачнев, сказала Света, - приехал, такой важный. И он знает, как меня зовут.
- Рэй, отнеси тарелки на кухню, возьми персик и поешь там, - негромко сказала мама, но сказала так, что Рэй ветром сдуло.
- Света, расскажи теперь подробнее. расскажи всё, - очень серьезно заговорила мама, положив теплую ладонь поверх Светиной.
- Ну, он спустился по трапу, и поздоровался с капитаном. А, потом, начал ругать лейтенанта и солдат, что они поздно пришли, - пожала плечами Света.
Вспоминать о той странной встрече не хотелось, было в этом генерал-епископе что-то противное. Словно слизь на камнях в старых городских трубах, по которым течет вода после дождей. Скользкая, плохо пахнущая, не высыхающая даже в жару.
- Света, послушай, - в сумерках было не очень хорошо видно, а лампу мама еще не зажигала, но Свете рассмотрела, что глаза у мамы очень серьезные, даже потемневшие, - это очень серьезно. Этот генерал-епископ, он очень плохой человек, и очень опасный. Вслед за ним могут приехать и другие люди, одеты они будут примерно так же. Как только вы их где-то увидите, сразу же уходите оттуда. К себе не подпускайте, будьте очень осторожны.
Мама встала и заходила по столовой, теребя оборки фартука, - Запомни, если, вдруг, люди, которые относились к вам хорошо, вдруг, перестанут с вами разговаривать, сразу расскажи мне. Я должна знать обо всем, что происходит.
- Это из-за…папы, да? - тихо-тихо спросила Света.
Мама долго не отвечала. Повернувшись спиной, возилась с лампой, громко чиркала спичкой, наконец, по комнате разлился уютный неяркий свет.
На кухне что-то напевала Рэй, туда еще попадал свет с улицы, но скоро, совсем скоро упадет на город теплая летняя ночь, и они залезут к маме на диван, и станут слушать, как она читает толстую интересную книгу и приключениях команды брига "Солнечный".
А мама все молчала. Света уже испугалась - может, она спросила что-то не то?
Наконец, мама отозвалась. Чуть слышно она ответила, - Да, скорее всего. Володя.. папа…он говорил, что нашел что-то важное, что-то, о чем пока нельзя говорить, надо все проверить, но это очень и очень важно и изменит нашу жизнь.
За дверью что-то зашуршало и мама, вдруг одним прыжком оказалась у двери, успев схватить возле камина тяжеленную кочергу.
Света испугалась, она никогда не видела маму такой! Милая уютная мама превратилась в грозную воительницу, как в кижках о старых временах!
Она стояла у двери, подняв кочергу, и было ясно - ударит любого, кто попытается войти.
В дверь негромко постучали.
- Кто там, - спросила мама. Спокойно так спросила, никому бы и в голову не пришло, что за дверью его ожидает увесистая поднятая над головой кочерга.
- Это Рудольф. Оля, это я, Рудольф Грант, - ответили из-за двери.
Кочерга выпала из маминых рук и со звоном упала на каменный пол. Свете показалось, что мама с облегчением всхлипнула. Торопясь, она откинула засов, потянула на себя тяжелую дверь, впуская гостя.
Рей полошла, прижалась к сестре и внимательно смотрела на дверь.
Из сгустившейся темноты гость шагнул в дом.
Он был очень высок и очень худ. тяжелый кожаный плащ висел на нем, как на вешалке, лицо скрывала широкополая шляпа с обвисшими полями.
Виден был только острый подбородок, да топорщились в стороны лихо закрученные седые усы.
- Рудольф, как же я тебе рада, - мама обняла гостя и прижалась к его влажному, пахнущему промозглым ночным туманом плащу.
- Ну, ну, все хорошо, Оленька, - гость погладил маму по голове, словно маленькую девочку, - давай затворим дверь и сядем за стол, поговорим. Ты расскажешь, как вам живется, а я расскажу, где побывал, да что видел. А то вот те две юные барышни уже явно умирают от любопытства.
Юные барышни действительно смотрели во все глаза.
Света узнала этого высокого усача. Он приходил несколько раз вместе с папой, всегда подхватывал ее и кружил у самого потолка, и все они смеялись. И он, и Света, сердце которой сладко замирало от восторга и страха, и папа. Папа смеялся, но внимательно следил за Светой, и от этого страх проходил, а радости становилось еще больше.
Сейчас дядя Рудольф казался очень усталым, на его лице прибавилось морщин, а усы стали совсем седыми, хотя топорщились все так же грозно.
Сняв шляпу, он отдал ее Ольге, медленно стянул плащ, повесил его на крюк в прихожей, и, позванивая стальными набойками сапог, прошел в комнату.
- Как ты здесь очутился? - прижимая шляпу к груди. словно не знала, куда ее деть, спросила мама, - ты слышал что-нибудь о Володе? Как он, что с ним?
Рудольф, собиравшийся уже сесть, резко выпрямился, - Разве он не дома? То есть, я хотел сказать, разве он не вернулся? Я приехал как раз к нему, мне надо много сказать ему!
Мама устало покачала головой, - Нет, Рудольф. С тех пор, как он отправился в ту загадочную экспедицию, от него ни слуху, ни духу. Я надеялась, что ты расскажешь нам о нем хоть что-нибудь.
Рудольф наконец сел. Посмотрев на девочек, сказал,
- Простите мою невежливость. Я очень надеялся увидеть вашего папу. ты очень сильно выросла, Света.
Света улыбнулась, - А я вас помню. Вы меня у потолка кружили.
Рудольф кивнул.
- А ты, конечно, малышка Рэй?
- Я не малышка! - храбро пискнула Рэй и спряталась за спину сестры.
- Конечно, нет. А вот смотрите, что я вам привез!
И Рудольф, поставив на колени свою огромную сумку, принялся доставать из нее какие-то сверточки, баночки, склянки, свернутые тряпицы, непонятные корешки, ножницы, перочинный нож, увеличительное стекло, и еще массу всяких интересных и непонятных вещей. Рэй снова пискнула, на этот раз от восторга, и с коленями залезла на стул. Света тоже подалась вперед, а Рудольф, бурча, - ну где же это, где же, - все копался в бездонной сумке.
- А! Вот оно!, - торжествующе воскликнул он, доставая очередной сверток. - Это для тебя, малышка.
Он протянул сверток Рэй. Та даже не обиделась на малышку. С опаской приняв сверток, она развернула лиловую тряпицу и ахнула!
В свертке оказалась маленькая кукла.
Но какая!
Юбочка из тончайшего шелка, улыбающееся смуглое личико с раскосыми черными глазками, гибкие ручки и ножки в остроносых туфельках, кукла была как живая. И еще она удивительно приятно чуть уловимо пахла. Аромат был незнакомый, но на редкость успокаивающий.
- Это кукла-соня,- Рудольф погладил Рэй по голове. - Бери ее с собой в постель, и тебе обязательно будут сниться хорошие сны.
- А тебе, вот, держи, - Рудольф достал еще один сверток. Света осторожно взяла замшевую тряпицу, развернула. И ахнула! На тонкой серебряной цепочке висела янтарно-солнечная капля. В полумраке комнаты, которая сейчас освещалась лишь огнем камина, она неярко успокаивающе переливалась, мерцала, притягивая взгляд, словно звала в дальние страны.
- Дядя Рудольф, а вы откуда папу знаете? - осмелев высунулась из-за Светиной спины Рэй. Гость взглянул на маму девочек, Ольга всплеснула руками, - Да, что ж я стою! Сейчас соберу на стол, - и убежала на кухню. Девочки во все глаза смотрели на гостя. Рудольф положил на стол большие крепкие ладони.
- Мы с вашим папой вместе были во многих путешествиях. Ведь, он лучший Открыватель во всей Гильдии Исследователей! Я сразу понял, что он будет лучшим из нас, едва его увидел, а он тогда был не намного старше тебя. Рудольф погладил Свету по голове и подмигнул Рэй. Та хихикнула.
- Мы были с ним туда, куда потом приходили корабли Исследовательского Флота. Мы составляли для них карты, мы узнавали обычаи людей далеких стран и странных для нас миров. Мы шли под незнакомыми созвездиями и слышали голоса незнакомых существ, певших в жаркой ночи таинственные песни. Однажды мы шли по узкому горному карнизу, и я сорвался в пропасть. Ваш отец вытянул меня наверх. Спас. Он тянул меня и насвистывал веселую мелодию, чтобы мне не было страшно.
- Так, девочки, давайте кормить гостя, - вернул сестер в комнату, за обеденный стол голос мамы. - Быстренько на кухню, быстренько! Когда сестры умчались в кухню, Ольга украдкой оглянулась на дверь и шепотом спросила Рудольфа, - Что с Володей? Почему вы так встревожились? Вы что-то знаете? Гость задумчиво покрутил седой ус, - Давайте поговорим, когда девочки лягут спать. Обещаю, сегодня они уснут крепко и спокойно. Но не переживайте, ничего страшного с Володей не произошло. Об этом я бы знал, у нас есть способ сообщить друг другу такие вещи. Ольга облегченно выдохнула. Значит, самое страшное не случилось. Володя жив. Пусть он далеко, пусть он не может подать весточку, но он жив.
- Подожди, Оля, - остановил хозяйку дома Рудольф. Он снова полез в свою бездонную сумку, и девочки замерли. Они уже предвкушали, как дядя Рудольф достанет из нее что-то совершенно невероятное!
А он достал еще один сверток. Совсем маленький. Развернул его, и…
Казалось в полумрак комнаты влетела из неведомых стран стая радостно-ярких птиц!
Рудольф встал, и набросил Ольге на плечи платок тончайший платок, расписанный яркими птицами. Казалось, краски светятся, или они действительно светились? Платок был таким красивым, что девочки, обо всем забыв, завороженно рассматривали птичью стаю, открыв рты.
- Ох, какая красота!, - мама погладила невесомый шелк и бережно сняла платок с плеч. Приподнявшись на цыпочках, она поцеловала гостя в щеку, - Но пока я его уберу. Если испачкаю сейчас мясной подливой, никогда в жизни себе не прощу!
Рудольф широко улыбался, - Мясная подливка – звучит прекрасно!
И они принялись кормить дядю Рудольфа ужином.
А он уплетал за обе щеки и рассказывал о своих экспедициях, о том, где они побывали вместе с папой Светы и Рэй, как он знакомил Рудольфа со совей будущей женой, и мама краснела и смеялась, а еще, размахивая руками, он изображал полет летучих рыб, которые догоняли его корабль в далеком море, и ход двугорбых верблюдов по жаркому желтому песку.
А потом мама сказала, - Юные барышни, немедленно чистить зубы и спать.
И юные барышни вдруг поняли, как же страшно они устали. Света помогла подняться сестренке, которая уже вовсю клевала носом, и они отправились в ванную.
- Мама, ты потом приходи нам спокойной ночи сказать, - заплетающимся зыком пробормотала с верхней площадки лестницы Рэй, и Света увела ее укладываться.
Ольга снова вздохнула и, наконец, опустилась на стул.
- Рудольф, что с ним могло произойти? – спросила она гостя. – Володя никогда так не задерживался, никогда от него не было весточки так долго.
Рудольф успокаивающе похлопал маму по руке, но лицо у него было встревоженным, хотя он старался не подавать виду.
- Я не хочу пугать тебя и девочек, но, если Володя до сих пор не вернулся, вам надо быть настороже и следить за тем, что творится вокруг.
Мама резко выпрямилась на стуле, в глазах тревога.
- Что происходит, Рудольф? Мои дети в опасности?
Гость зачем-то огляделся, неслышно встал и прошелся по комнате.
В камине догорало полено, и Рудольф подкинул еще одно. Присев на корточки, протянул руки к огню. Легонько коснулся кончиками пальцев лепестков пламени, встал и снова пошел по комнате, обходя ее по часовой стрелке. Вытянув руку, которой касался пламени, он словно заключал комнату в невидимый круг.
Ольга даже моргнула, ей показалось, что с кончиков пальцев Рудольфа стекает едва заметное свечение. Стекает и растворяется в темном воздухе вечернего дома.
Замкнув круг, Рудольф снова сел за стол. Теперь он выглядел усталым, еще более усталым, чем когда вошел, но куда более спокойным.
Посмотрев на хозяйку дома, он ответил на ее невысказанный вопрос:
- Я проверял, не подслушивает ли нас кто, нет ли в доме или вокруг чьих-нибудь соглядатаев.
Да, кому мы можем быть нужны?! Какие соглядатаи, о чем вы, Рудольф? - Ольга снова встревожилась. Она ничего не понимала, и это ей очень! Очень не нравилось!
- Давайте, попьем чаю, и я расскажу вам все, что знаю. Заодно и подумаем, что делать, и как искать Володю, - попросил Рудольф, и Ольга снова отправилась на кухню.
Чайник вскоре засвистел на плите, и Ольга внесла в комнату, освещаемую лишь отблесками пламени в камине, две огромные дымящиеся кружки. Поставив на стол, ойкнула, - как же я забыла!, - и снова умчалась.
Вернувшись с вазочкой, полной домашнего печенья, поставила на стол и ее, и уселась.
- Теперь я готова слушать.
Рудольф неторопливо потягивал горячий чай и раздумывал, с чего начать рассказ.
- Понимаете, Оля, эта экспедиция Володи была несколько необычной и очень важной. Вы знаете, что последние три года он работал над прибором, который мог бы сильно изменить не только работу отряда Открывателей, но и всего человечества?
- Н-ннет. Точнее, Володя говорил мне, что решает очень сложную и интересную задачу, но больше ничего. Я не расспрашивала, я знаю, когда можно - он сам охотно делится со мной и девочками.
- Тогда, слушай. Ты знаешь, что Открыватели - это очень важный отряд Гильдии Исследователей. Мы исследуем новые пути, открываем новые маршруты, первыми проходим по неизведанным землям. Мы высаживаемся с кораблей и дирижаблей Исследовательского Флота и идем там, где не могут пройти они. Но кроме этого, мы занимаемся и научными исследованиями. Мы изобретаем и испытываем новые приборы, которые делают легче путь торговых судов и помогают понимать языки разных народов, дают возможность быстро получать новости из дальних стран. Вот, когда-то изобрели подзорные трубы и телескопы, - улыбнулся Рудольф.
- Ну, положим, это я знаю, - ответила Ольга, - я же учительница, об истории открытий я рассказываю детям. Да и Володя часто и много говорил мне и об Открывателях, и о Гильдии Исследователей. Он же очень гордится своей работой!
- Да, конечно. Но вот какая штука, - Рудольф поставил чашку на стол и подался вперед. теперь он говорил почти шепотом, в пляшущих отсветах пламени он стал похож на хищную птицу, и Ольга почувствовала укол страха. Глаза гостя стали очень темными и тревожными.
- Понимаешь, далеко не всем нравится то, что мы делаем. Чем больше люди знают, чем проще им путешествовать, общаться друг с другом, тем сложнее людьми управлять. Сложно говорить им, чтобы они делали так, а не иначе. Когда человек знает мало и боится даже выйти за дверь, очень просто убедить его в том, что кругом живут враги, и только рыцари короля могут от этих страшных драконов спасти. А за это надо рыцарей кормить, а еще надо обязательно ненавидеть тех, кто живет в другой стране, потому, что они дракона кормят.
Помрачнев, Ольга села, - Ты говоришь об Ордене Послушания?
Рудольф молча кивнул.
- Девочки сказали, что на "Звезде Севера" приплыл какой-то коротышка в фиолетовом платье и шляпе с круглыми полями.
- Этого я и боялся. Орден набирает все больше власти. Еще не так давно купцы охотно помогали нам, сами снаряжали наши экспедиции, ученые советы университетов посылали с нами своих лучших ученых, генералы старались обучить у нас своих офицеров. Но все чаще я слышу опасливый шепот и отказы, боязливые взгляды на дверь, когда мне объясняют, что новые знания могут быть опасны и сначала надо посоветоваться с офицером-нравоучителем Ордена.
Рудольф в сердцах грохнул кулаком по столу и тут же виновато съежился под взглядом Ольги.
Впрочем, из комнаты девочек не доносилось ни звука.
Понимаешь, все чаще люди боятся нового, - шепотом продолжил Рудольф, - а эти - в фиолетовой одежде собирают и прячут все знания, до которых могут дотянуться. Они следят за нашими экспедициями, они решают, чем можно пользоваться в путешествиях, а чем нет. Они хотят подчинить себе всех! Всех на свете!
- Но Володя то тут при чем? - чуть не заплакала Ольга.
- В одной из наших экспедиций мы нашли очень древние книги и чертежи непонятного прибора в развалинах неизвестного города, занесенного песками. Володя тщательно все перерисовал, и мы пошли дальше. на обратном пути мы даже не смогли найти эти развалины, их занесла песчаная буря. Но он расшифровал чертежи и пояснения к ним. На них был прибор, позволяющий определять места проходов между мирами!
Последние слова Рудольф произнес чуть слышно, Ольге пришлось наклониться к нему, чтобы расслышать.
- Между… Мирами?! - не поверила она своим ушам.
Старый Открыватель кивнул: - именно так. На самом деле о таких проходах известно давно. Мы даже пользуемся ими, эти миры настолько близки к нам, что все привыкли считать их частью нашего мира. Но попасть в них можно только по очень точно определенным маршрутам. Вы же наверняка знаете легенды о блуждающих островах, куда можно попасть только в определенное время года? О городах, скрывающихся в чащах леса, к которым можно дойти только если знаешь дорогу и найдешь проводника? Так, вот, мы и есть те самые проводники. А такие земли других миров, например, Облачные Королевства, куда летают только дирижабли. А по земле не получается туда попасть, хоть ты тресни. Ты не задумывалась, почему так?
Ольга задумалась.
Действительно, она не задумывалась о том, что прекрасные шляпки из Облачных Королевств, чудесную писчую бумагу и изящные дамские зеркальца доставляли только дирижаблями.
- Но… но почему Володя никогда не говорил об этом? Почему об этом не рассказывают в университетах?
- Почему же, не рассказывают?, - улыбнулся Рудольф. - рассказывают, но не везде и не всем. А многие ученые и вовсе считают, что все это один большой мир и мы просто не нашли еще все возможные дороги.
- Но вернемся к тому, что открыл Володя. - перебил сам себя Рудольф. - он обнаружил, что с помощью этого прибора можно не только очень точно находить дороги между мирами, но и создавать эти дороги самому! Представляете, как изменилась бы жизнь, если бы этот прибор был на каждом корабле, дирижабле, в каждой повозке? Насколько шире и интереснее стал бы мир? Сколько нового узнали бы люди, какие новые товары привезли бы купцы, в каких странах мы бы побывали?
У Ольги даже закружилась голова. Неведомые страны, путешествия, знания, запахи, которых она никогда не вдыхала, ветра, которые никогда не дули над ее домом! Девочки, для которых открыты все миры и пространства!
Она помрачнела, - Слишком много найдется людей, которые совсем не захотят, чтобы такой прибор стал доступен всем.
Рудольф грустно кивнул, - Именно так. Поэтому, Володя работал в глубокой тайне. В первую очередь, чтобы не подвергать опасности девочек и вас. Даже его ближайшие друзья и соратники знали только саоме необходимое. Никто не знает, где именно Володя хранил свои записи, где его мастерская-лаборатория. Но он был близок к успеху! В своем последнем письме он писал мне, что уже почти готов первый образец, но чтобы он точно заработал, ему нужны какие-то детали и уточнения, и он отправляется за ними в экспедицию.
- Мне он ничего не говорил об этом, - огорчено покачала головой Ольга и принялась комкать оборки передника, чтобы не заплакать.
В комнате стало совсем темно, наверху сопели девчонки, догорало полено в камине, а на столе остывал чай... И не было рядом Володи, который сейчас поднялся бы, тихонько подошел, поцеловал ее в макушку и прошептал, - Пойду, проверю, как там непоседы.
И бесшумно скользнул бы вверх по лестнице - так, как умел только он, стремительно и так тихо, что, казалось, он не касается ступеней.
Но Володя был где-то так далеко, что невозможно было представить.
- Он берег вас, - мягко сказал Рудольф, - И он писал, что рассчитывает закончить работы над прибором и представить его на Большом Совете Науки. Вы знаете, что это такое?
Ольга даже обиделась,
- Я же учитель! Конечно, я знаю, что это! Раз в три года в столице собираются делегации Гильдии Исследователей, Советы Университетов, ученые гильдии Купцов, члены Академии наук и выслушивают доклады о самых важных и интересных открытиях, которые произошли за это время.
- Именно. Володя собирался представить свое открытие как раз на Большом Совете Науки. О нем узнали бы все и новые возможности, новое знание не удалось бы утаить. Но, видимо, кто-то очень сильно хочет помешать этому. До меня дошли слухи о том, что Володю постараются перехватить по пути к столице, и я поспешил к вам. Но, Володя не появлялся...
Рудольф снова тяжело вздохнул, поднялся и зашагал по комнате.
- И я не знаю, что мне делать, и где искать его. Кроме того, в город прибыл генерал-епископ.
- И что это значит? - спросила Ольга.
Рудольф посмотрел ей прямо в глаза: - Опасность. Это означает смертельную опасность.

Добавлено спустя 1 минуту 55 секунд:
Трислав автор эмблемы Исследовательского флота.
Правда, я представлял себе ладью белой.
Изображение
И летит на крылатом коне Русь в далекие тысячелетья

Трислав M
Трислав M
Репутация: 176
Сообщения: 1906
С нами: 5 лет 1 месяц
Откуда: Ребриха Алтайский край

#2 Трислав » 3 декабря 2014, 18:55

Скоморох писал(а):Трислав автор эмблемы Исследовательского флота.
Можно белой сделать

Добавлено спустя 51 минуту 28 секунд:
Изображение
символ.png
Духовный Путь человека есть Путь Постижения им своей истинной Природы(влх Велеслав)
Изображение

Скоморох
Скоморох
Репутация: 24
Сообщения: 120
С нами: 5 лет 1 месяц

#3 Скоморох » 9 декабря 2014, 11:49

А еще лучше - красной. Белая сливается, а вот красная - она даже потертая и застиранная смотреться будет:)
И летит на крылатом коне Русь в далекие тысячелетья

Трислав M
Трислав M
Репутация: 176
Сообщения: 1906
С нами: 5 лет 1 месяц
Откуда: Ребриха Алтайский край

#4 Трислав » 9 декабря 2014, 12:10

Скоморох писал(а):А еще лучше - красной. Белая сливается, а вот красная - она даже потертая и застиранная смотреться будет:)
Угу сделаю)
Духовный Путь человека есть Путь Постижения им своей истинной Природы(влх Велеслав)
Изображение

Скоморох
Скоморох
Репутация: 24
Сообщения: 120
С нами: 5 лет 1 месяц

#5 Скоморох » 9 декабря 2014, 12:19

Трислав, это ж не просьба даже. Так, мысль вслух.
И летит на крылатом коне Русь в далекие тысячелетья

Трислав M
Трислав M
Репутация: 176
Сообщения: 1906
С нами: 5 лет 1 месяц
Откуда: Ребриха Алтайский край

#6 Трислав » 9 декабря 2014, 17:14

Изображение
333.png
Духовный Путь человека есть Путь Постижения им своей истинной Природы(влх Велеслав)
Изображение

Яробор M
Совет Старейшин
Аватара
Яробор M
Совет Старейшин
Репутация: 3554
Сообщения: 14255
С нами: 5 лет 1 месяц
Откуда: Казахстан, Алматы
Сайт Facebook Skype ВКонтакте

#7 Яробор » 9 декабря 2014, 17:21

Да, красный очень хорошо смотрится :smile:
Хоть совсем не молись, но не жертвуй без меры, на дар ждут ответа.
Жрец-верховода АРО "Серебряный серп"

Скоморох
Скоморох
Репутация: 24
Сообщения: 120
С нами: 5 лет 1 месяц

#8 Скоморох » 9 декабря 2014, 18:14

Ай, спасибо! Ай, как здорово!
И летит на крылатом коне Русь в далекие тысячелетья

Скоморох
Скоморох
Репутация: 24
Сообщения: 120
С нами: 5 лет 1 месяц

#9 Скоморох » 25 декабря 2014, 19:05

Глава 2. Епископ

Маленький кругленький человечек с саквояжем, которого встретила на пристани Света, стремительно вошел в широкие двери богатого, но сильно обветшавшего дома, прятавшегося на окраине города. Вокруг дома тревожно шуршали ветвями деревья заброшенного сада, перекатывались по ступенькам не убранные с осени листья, скрипели ступени полусгнившей беседки. Перед домом грустно смотрел в небо каменный аист. Когда-то из его клюва била струя прозрачной чистой воды, наполняя чашу фонтана, но уже не первый год фонтан был пуст, и в трещинах уже пробивалась желтоватая трава.
Генерал-епископа все это вполне устраивало.
Он не любил привлекать к себе внимание, поэтому тихий укромный дом, вокруг которого можно незаметно выставить стражу подходил ему, как нельзя лучше.
В дверях он движением руки отпустил сопровождавшего его лейтенанта с солдатами, приказав, - распорядитесь , чтобы в прихожей круглосуточно дежурили двое солдат. Пусть меняют друг друга.
Лейтенант вытянулся в струнку и щелкнул каблуками. Генерал-епископ пугал его до дрожи. И еще этот его саквояж… Лейтенанту все казалось, что в нем что-то шевелится.
Поэтому, оставив в прихожей двоих испуганно озирающихся солдат, он с облегчением отправился в казарму городской стражи.
Между тем, генерал-епископ, смешно переваливаясь, взбежал по узкой лестнице на второй этаж и пошел по длинному полутемному коридору, освещенному лишь падающими из приоткрытых дверей, да большого окна в противоположном конце коридора.
Обнаружив кабинет, в котором стоял большой письменный стол и потертое кресло, генерал-епископ вошел в комнату, аккуратно прикрыл дверь и уселся в кресло, бережно поставив саквояж на стол.
Сложил руки на груди, и застыл.
Тени в углу кабинета зашевелились, и из угла комнаты выскользнула согнутая в поклоне фигура. Человек оказался худ, с остреньким мышиным личиком, одет он был тоже неприметно, в серый костюмчик и серую же шляпу с круглыми полями.
- Ваше высокопревосходительство, позвольте сказать, как мы польщены вашим прибы…, - начал он, но генерал-епископ оборвал его:
- Да-да. Я понял. Но мне не нужны приветствия. Вы начальник секретных агентов города и мне нужны от вас отчеты. Что с наблюдением за семьей Открываетля?
Серый человек выпрямился. Оказалось, все это время он держал в руках папку с бумагами.
- Как вы и приказали, мы установили наблюдение за домом, школой, где преподает жена Владимира Сварова, и за их детьми. За это время никаких подозрительных действий они не совершали. Светлана Сварова за три месяца, что ведется наблюдение, ежемесячно заходила в таверну «Паруса», где часто собираются члены Гильдии Исследователей, пыталась узнать новости о муже. Никто ничего определенного ей не сообщил. Все подробности вот в этих докладах.
И серый человек протянул генерал-епископу аккуратно подшитые листы, исписанные мелким ровным почерком.
Покопавшись в складках одежды, епископ достал маленькие круглые очки и, водрузив их на кончик носа, уткнулся в бумаги, приказав, - Продолжайте.
- также, Светлана Сварова несколкьо раз заходила в лавки. Торгующие астрономическими и географическими принадлежностями, заходила в лавки купцов, к которым прибывают товары из земель, куда намеревался отправиться ее муж. Везде – задавала вопросы, выслушивала ответы. Более никаких действие не совершала.
Начальник тайных агентов мял в руках папку и докладывал виноватым голосом, словно плохо выучивший урок школьник.
Генерал-епископ, впрочем, читая бумаги, кивал благосклонно и что-то хмыкал себе под нос. Наконец, отложив в сторону отчеты, снял очки и почти ласково посмотрел на шефа тайных агентов.
- Скажите, а сегодня в порту ваши люди были?
Серый человечек снова согнулся и прошептал, - Конечно. Непременно, ваше высокоблагородие. Мы внимательно наблюдали за вашим прибытием и девочками. Один из моих людей отправился за ними и сейчас находится около их дома.
- Это хорошо. Очень хорошо, - рассеянно ответил генерал-епископ, постукивая по столу коротенькими пальцами. – Поскольку, события вскоре, начнут развиваться стремительно, и девочки будут играть в них очень важную роль.
- Глаз с них не спускать! Свободны, – вдруг рявкнул он, уставив на серого человека палец.
- Слушаюсь, - прошелестел начальник агентов, отступая в тени и растворяясь в них. Даже дверь открылась и закрылась неслышно.
Оставшись в одиночестве, генерал-епископ прошелся по кабинету, нашел заготовленные для него свечи и спички, зажег свет. Газовых рожков и, тем более, новомодных электрических ламп он не признавал. Все эти новшества давали людям слишком много удобства и свободы, а, значит, в головах у них поселялись лишние мысли, отвлекающие от главного – от Послушания и следования Установленным Законам.
Законы же устанавливала Церковь Послушания, которой он и служил уже много лет. Люди должны знать, как жить, кого слушаться. Это обеспечивает порядок. Люди не должны сами решать, куда идти, что узнавать, с кем общаться. Это доставляет слишком много хлопот и приводит к большом у беспорядку. Нет-нет, все должно делаться по Правилам. Все должны быть одинаковыми и знать свое место.
А что это за место, решала Церковь Послушания. И он, генерал-епископ.
И это ему ужасно нравилось.
Генерал-епископ подошел к саквояжу, довольно потер руки и принялся отстегивать туго стягивающие кожаные бока ремни. Почувствовав тепло человеческих рук в саквояже что-то задвигалось, зашуршало…
И летит на крылатом коне Русь в далекие тысячелетья

Любояр M
Аватара
Любояр M
Репутация: 0
Сообщения: 4
С нами: 3 года 9 месяцев
Откуда: Самара
Сайт

#10 Любояр » 30 декабря 2014, 15:27

Скомороху браво и уважение. Это ж какой талант человеку даден и души широта... Белой завистью завидую и продвижения трудов в широкие массы желаю. :smile:
Жить по ПРАВДЕ - здорово!
Община Родноверов Самары

Скоморох
Скоморох
Репутация: 24
Сообщения: 120
С нами: 5 лет 1 месяц

#11 Скоморох » 30 декабря 2014, 15:31

Любояр, искренне благодарю за похвалу. На самом деле - тебе огромное спасибо за теплые слова. Они очень важны и нужны любому автору.
А завидовать, даже белой завистью, не стоит. Уверен, у тебя есть ничуть не меньшие таланты, которые могуть быть даже куда полезнее людям, чем мое скромное умение увязывать слова.
И летит на крылатом коне Русь в далекие тысячелетья

Скоморох
Скоморох
Репутация: 24
Сообщения: 120
С нами: 5 лет 1 месяц

#12 Скоморох » 15 января 2015, 17:19

Небольшая обновка:
давно уже перевалило за полночь. Сладко спали в своей комнате наверху Света и Рэй, заснула, наконец, и их мама.
Угли в камине едва тлели, то приоткрывали свои красные глазки, то медленно закрывали тоже, засыпая.
Не спал только гость этого дома - странник, вечный бродяга Рудольф. Он сидел в кресле у камина, вытянув длинные ноги, и покусывал чубук пустой трубки. Уже много лет он носил ее с собой и прикусывал, погружаясь в раздумья. Сладковатый запах дерева успокаивал его, помогал сосредотачиваться и точнее вспоминать события.
Сейчас он думал о том, что всю семью Владимира придется уводить из города и прятать. Раз Владимир не вернулся, значит, церковники взялись за Гильдию Исследователей всерьез. И, значит, отряду Открывателей, как всегда, придется принимать на себя первый удар. Перед глазами снова всплыл его последний разговор с Володей. Они сидели за любимым столиком портовой таверны "Паруса", которую издавна облюбовали капитаны и открыватели, и разговаривали о Володиных исследованиях.
- Понимаешь, я наткнулся на эти развалины совершенно случайно, - горячо шептал Владимир, нагнувшись поближе к Рудольфу, - когда попал в пыльную бурю! Шепчущие пески не зря считаются самыми коварными в пустынных землях! Они шепчут, убаюкивают, а, потом, вдруг, враз, налетает жуткий шквал, и вот уже песок режет тебе глаза, сечет кожу! Верблюд жалобно взревел и чуть не провалился в какую-то яму, скрытую в песке. Мы продвигались наугад, и я уже стал беспокоиться, что на этот раз мое приключение кончится плохо, как вдруг, справа, за стеной песка, заметил какие-то едва видимые строения. Ни минуты не раздумывая, я устремился к ним!
Глаза Владимира блестели, он схватил стоящие на столе кружки и принялся их двигать,- Смотри, вот так шел я, а вот тут увидел эти развалины. Это оказались две почти засыпанные песком башни, они стояли вот так., - Владимир поставил кружки рядом, одну за другой, а между ними положил нож.
- И вот такой невысокой стеной они соединялись. Точнее, это тогда я подумал, что это стена, но это все неважно!
- Добравшись до здания, я пошел вдоль его стены, ощупывая каменную кладку рукой. Почти ничего не было видно, и я надеялся хоть так отыскать вход. И, мне это удалось! Часть стены рухнула и я завел своего корабля пустыни внутрь. Снаружи свистел, словно сонмище злых духов, песчаный шторм, а внутри было тихо и спокойно. Едва войдя внутрь, я почувствовал спокойствие и умиротворение. Словно все печали и заботы остались где-то вдали. Меня охватила спокойная уверенность в том, что все будет в порядке, и я снова увижу дом, бниму жену и дочек.
Владимир ткнул его кулаком в плечо, - Что мы еще не раз посидим с тобой в "Парусах", верный друг!
Сделав пару глотков, он продолжил свой рассказ, - Я освободил уставшего верблюда от поклажи, и он опустился на мягкий песок, устилавший пол. Тут и я понял, насколько устал. Завернувшись в свой плащ, я улегся рядом и моментально уснул.
Проснулся я от солнечного света, бившего мне в лицо. ненастье кончилось, все вокруг заливало ослепительное сияние. Поднявшись, я осмотрелся, и увидел, что стены башни покрывают прекрасные рисунки. Краски выцвели, песок и непогода сильно повредили творение неизвестного художника, но все же многое сохранилось. Рудольф, это были рисунки настоящего мастера!
Сидя у камина, Рудольф вздохнул. Ну почему, почему Владимир в тот раз не рассказал подробнее о своем пребывании в этой загадочной башне! Но они были уверены, что у них впереди еще много времени, что они еще не раз встретятся и всласть обо всем наговорятся! А тогда... час был уже поздний, хозяин таверны уже ударил в колокол первый раз, предупреждая своих гостей о том, что заведение скоро закрывается, и Владимир заторопился домой. Он сказал лишь еще несколько слов, но Рудольф напомнил их наизусть.
- Рудольф, на этих рисунках я увидел, что наш мир - лишь часть огромного Многомирья! И люди на этих рисунках умели по всему Многомирью путешествовать! И взрослым помогали дети! Главное - дети, понимаешь?!
И Володя ушел, что-то напевая, его ботинки стучали по булыжникам мостовой, длинная тень раскачивалась вместе с фонарями, которые танцевали в такт с легким теплым ветром.
А на следующее утро Владимир Сваров ушел в новую экспедицию, он так спешил открыть все тайны тех древних башен! Уже после его отъезда Рудольф прочитал краткий отчет, предоставленный его другом Гильдии Исследователей. В нем Володя писал о том, что на рисунках были тщательно прорисованы механизмы, с помощью которых люди могут путешествовать между разными мирами, точнее, как писал Открыватель, разными областями Многомирья. Писал он и о том, что на картинах дети были изображены вместе со взрослыми, они путешествовали вместе, и, даже помогали их как-то настраивать.
Вздохнув, Рудольф поворочался в кресле, слушая уютную тишину дома. Как давно он хотел возвращаться в такой вот дом, где слышно сонное детское сопение, где мирно поскрипывают ступени и за окном покачивается, отбрасывая причудливые тени, фонарь.
И тут он насторожился!
Что за тени? Что это за странные извивающиеся тени скользят по стене комнаты, словно кто-то там за стеклом заглядывает в окно?
И летит на крылатом коне Русь в далекие тысячелетья


Вернуться в «Славянская сказка»

Кто сейчас на форуме (по активности за 5 минут)

Сейчас этот раздел просматривают: 1 гость